Им за восемьдесят. Память — как у людей намного моложе. Их называют суперстариками. Теперь есть ответ, что в них особенного. Разница с обычным стареющим мозгом — не в генах. И не в удаче.
Что значит «не в удаче»? Значит, за этим стоит механизм. И именно его 25 лет искала группа исследователей из трёх американских университетов.
Они физически обнаружили — в гиппокампе суперстариков новых нейронов вдвое больше, чем у здоровых пожилых того же возраста. И в 2,5 раза больше, чем у людей с болезнью Альцгеймера.
Суперстарики, которые не должны существовать
Рождаются ли новые нейроны у взрослых людей — или нет? Этот вопрос нейробиология не могла закрыть с 1990-х. Одни находили следы такого процесса в гиппокампе. Другие эти данные оспаривали. Спор затянулся на десятилетия.
В 2025 году группа исследователей из Иллинойского университета в Чикаго, Northwestern University и Университета Вашингтона опубликовала результаты программы SuperAging в журнале Nature. Это — одно из двух главных научных изданий мира, планка рецензирования там такая, что проходят единицы.
Опубликованные данные, похоже, этот спор закрывают. Нейрогенез у здоровых взрослых людей происходит. Это теперь задокументировано. Но самое интересное в исследовании — не это подтверждение само по себе. А то, у кого нейрогенез происходит активнее всего.
Один возраст — три разных приговора
В программе SuperAging участники делились на три группы. Не по желанию — по тому, что происходит у них в мозге.
Первая группа — суперстарики. Гиппокамп активно производит новые нейроны. Эти клетки — самые пластичные во всём мозге: они легко встраиваются в существующие нейронные сети, поддерживают формирование новых связей, помогают обучаться и запоминать. Когнитивные тесты таких людей выглядят как результаты студентов.
Вторая — здоровые пожилые того же возраста. Деменции нет, жалоб нет, по меркам своих ровесников — в норме. Нейрогенез у них вдвое слабее, чем у первой группы.
Третья группа — пациенты с болезнью Альцгеймера. Нейрогенез практически нулевой. Исследователи описывают это так: хроматин — структура, в которую упакована ДНК в клетке — в клетках «закрыт». Генетические программы нейрогенеза выключены.
Вот что странно: суперстарики, как правило, не знали, что они суперстарики. Они не наблюдали за своей памятью и не сравнивали себя с молодёжью. Они просто жили определённым образом — и в восемьдесят обнаружили, что всё работает. Интересный диагноз: «вам повезло, но повезло не случайно».
Что делает клетки суперстариков другими
Многие думают: всё решают гены. Достались хорошие — повезло. Нет — не повезло. Отчасти. Ведь это ещё не всё.
Гены — это инструкция. Повезло — инструкция толковая. Однако, некоторые страницы могут оказаться под грифом "Только для служебного пользования", то есть доступны не всем. Закрывают их химические метки (т. н. эпигенетические сигнатуры). Своего рода замки: ген открыт, закрыт или работает вполсилы. И эти метки меняются. От питания, сна, движения, стресса — от всего, что человек делает или делал годами.
Для справки. Эпигенетика — наука о том, что и как влияет на работу генов. Активно развивающаяся младшая сестра генетики.
У суперстариков нужные замки открыты. Клетки гиппокампа готовы реагировать на сигнал к росту — и реагируют. У пациентов с Альцгеймером те же замки закрыты намертво. Не потому что гены другие. Потому что метки легли иначе.
И вот что это меняет: если дело не только в генах, но и в метках, то это — не лотерея. За этим стоит история. То, что человек делал или не делал все предыдущие десятилетия.
Что накладывает метки
Исследователи перечислили факторы, которые, по имеющимся данным, поддерживают нейрогенез в гиппокампе. Список не удивит тех, кто читал предыдущие материалы этого канала — но теперь за ним стоит конкретный механизм, а не просто рекомендация.
Аэробные упражнения. Именно аэробные — бег, плавание, велосипед. Они повышают уровень нейротрофического фактора BDNF, который буквально стимулирует рост новых нейронов в гиппокампе. Не «полезны для здоровья в целом», а напрямую — как сигнал к производству клеток.
Средиземноморская диета. Омега-3, полифенолы, антиоксиданты — всё это влияет на эпигенетические метки, которые либо открывают гены нейрогенеза, либо закрывают их. Связь: наша еда — поведение меток изучается сейчас самым активным образом.
Постоянное освоение нового. Не повторение знакомого — именно новое. Здесь уместно вспомнить данные из исследования о биологическом возрасте мозга: участники, которые регулярно осваивали новые навыки — танго, стратегические игры, рисование — имели мозг моложе паспортного на 5–7 лет. Механизм, судя по всему, тот же: новая когнитивная задача создаёт спрос на новые нейроны в гиппокампе — и мозг отвечает предложением.
Качественный сон. Про это на канале уже был отдельный разговор — о глимфатической системе и ночной очистке мозга. Но сон влияет и на нейрогенез напрямую: именно во время медленноволновой фазы поддерживается работа BDNF. Хронический плохой сон снижает нейрогенез — это показано на животных моделях и подтверждается косвенно у людей.
Заметьте: это тот же самый список. Который снижает биологический возраст мозга. Который поддерживает глимфатическую очистку ночью. Который улучшает качество медленноволнового сна. Как будто мозг использует одни и те же рычаги для всех своих задач обслуживания. Нам важно не только найти правильные рычаги, но и просто не отпускать уже найденные.
Самый живой рычаг
К четырём факторам исследователи добавили пятый — общение. Живое, непредсказуемое, такое, где нужно реагировать прямо сейчас, не обдумывая заранее. Объяснить что-то незнакомому человеку, поспорить, вместе что-то сделать — гиппокамп в таких ситуациях работает иначе, чем во время чтения или просмотра. Книга не перебивает. Телевизор не задаёт неудобных вопросов.
Изоляция, по имеющимся данным, ускоряет когнитивное снижение. Не потому что «грустно». А потому что мозг перестаёт получать тот класс стимулов, на который реагирует нейрогенез.
Если у вас есть человек, которому вы давно не звонили — возможно, это повод. Не потому что «надо поддерживать контакты». А потому что мозг, который объясняет, спорит и слушает, работает иначе, чем тот, который просто смотрит в экран.
* * *
Суперстарики в программе Northwestern — люди разных профессий, разного дохода, разной генетики. Их не отбирали по образованию или по тому, сколько книг они прочли. Общее у них — именно паттерн жизни: физически активные, социально включённые, продолжающие осваивать новое.
Это не доказательство причинно-следственной связи в строгом смысле. Исследователи честно это оговаривают. Но направление, на которое указывают эпигенетические данные — что клетки суперстариков буквально «открыты» к росту, а у людей с Альцгеймером эти же программы выключены — слишком конкретно, чтобы игнорировать.
Суперстарики не планировали стать суперстариками. Они просто не отпускали рычаги. Годами. Это, пожалуй, самая обнадёживающая новость из всех, что выходили в нейробиологии за последнее время.