Наступивший год по восточному календарю — год Лошади. Благородное, сильное, красивое животное заслужило право покровительствовать целому году. Но много ли мы, люди XXI века, знаем о лошадях? Для нас сегодня это экзотика, красивый аттракцион, спорт или развлечение. А ведь еще сто лет назад без лошади невозможно было представить жизнь. И есть те, кто помнит об этом.
Двенадцать гривен за коня, три — за человека
Знакомьтесь: Олег Семенович Лебедев. Он просит называть себя просто — конюх. Хотя за плечами у него кандидатская диссертация по биологии, работа над улучшением отечественных конских пород, участие в скачках до 1986 года. Сегодня пенсионер Лебедев занимается с детьми в одном из конно-спортивных комплексов Москвы. Всю жизнь он собирал сведения о лошадях — об их истории, происхождении, взаимоотношениях с человеком. Особенно его интересовала история коневодства в России.
— В Древней Руси разводили лошадей разных пород — и местных, и привозных, — рассказывает Олег Семенович. — Из летописей известно, что различали милостных, сумных и поводных (товарных) лошадей.
Милостные — местные верховые лошадки высшего качества. Их князья дарили своим подданным, на них ездили высшие чины дружины. Милостных жеребцов использовали как производителей в табунах. Это говорит о том, что зачаточные формы коннозаводства существовали на Руси еще до монголо-татарского нашествия.
Сумные лошади — крепкие, сильные, годные под седло и для перевозки вьюков. На них ездили рядовые дружинники.
Подводные (товарные) — древние тяжеловозы. Сильные, но неповоротливые, их использовали только в обозах.
В летописях XII века упоминаются и «фари» — благородные легкие скакуны, потомки лошадей Древнего Востока. Возможно, именно они стали основой украинской лошади. К XIII веку коневодство на Руси достигло расцвета. Самые большие табуны и конюшни принадлежали князьям, боярам и монастырям. Поголовье пополняли захватом лошадей у половцев, печенегов и других кочевников. А вот как высоко ценили лошадей: по законодательству Ярослава Мудрого (XI век), за убийство чужого коня виновный платил в казну 12 гривен и 1 гривну потерпевшему. А за убийство свободного крестьянина — всего 3 гривны. Конь стоил в четыре раза дороже человека.
После Батыева погрома
События XIII–XIV веков сыграли огромную роль в формировании русских пород. Орды Батыя не только жгли города и убивали людей — они захватывали коней, уводили с собой. Русь обезлюдела и «обезлошадела». Но уже Иван Калита начал возрождать коневодство. За основу взяли степных коней — выносливых и подвижных. Его внук Дмитрий Донской имел в войске не менее тридцати-сорока тысяч конных воинов. И кони были свои, русские, а не купленные на стороне. Особую роль в улучшении пород сыграли ливонские клепперы и литовские жмудки, поступавшие через Великий Новгород. Клепперы — невысокие, но выносливые лошади с правильным экстерьером, годные под тяжелых всадников. Жмудки — местные лесные лошадки, улучшенные восточной и западной кровью. Они повлияли на белорусских лошадей, а позже в Германии их использовали для выведения знаменитой тракененской породы. При Иване III слово «фарь» забыли. Благородных восточных лошадей стали называть «аргамаками» — независимо от того, персидскими они были или какой другой породы. Особенно ценились персидские лошади после женитьбы Ивана III на Софье Палеолог, племяннице последнего византийского императора. Иван III, по сути, создал государственное коневодство. При нем в подмосковном селе Хорошеве открыли первый конный завод. По его приказу покупали западных, персидских и других аргамаков для заводского разведения.
В боях и походах
Олег Семенович особенно много знает о боевом коневодстве. И это понятно: его отец, названный в честь легендарного командарма Буденного, в Великую Отечественную служил в конном корпусе генерала Доватора. А дед прошел Первую мировую, Гражданскую и начинал офицером-кавалеристом еще под Порт-Артуром, в русско-японскую.
— Лошади и их близкие родственники ослы — пять тысяч лет использовались в войнах, — говорит Олег Семенович. — На колесницах, запряженных парой, воины передвигались быстрее пехоты и наносили больший урон. Со времен Александра Македонского кавалерия оставалась важнейшим родом войск до Первой мировой, пока ее не вытеснили танки.Особенно грозной была кавалерия кочевников. Для людей степей лошадь давала всё: силу мышц — для защиты, шкуру — для одежды, жилы и кости — для оружия, мясо и молоко — для пищи.
Конница скифов, гуннов, половцев, монголов не знала равных. Огромные массы всадников, действовавшие как единый организм, наводили ужас. Крепконогие, подвижные, неприхотливые степные лошадки могли сутками не есть, выдерживать любые морозы, есть самую жесткую траву. Это позволяло кочевникам совершать дальние переходы и бить врага внезапно.
Сейчас таких лошадей уже нет. Почти нет.
— В Якутии я работал с местной породой полудиких мохнатых лошадок, — вспоминает Олег Семенович. — Прямые потомки монгольских лошадей Чингизхана. Про них поэт сказал:
«Мчатся вперед крепконогие кони,
Их тех обгоняет народов страх...»
Это удивительные животные! Они живут в тайге, не замерзают в сорокаградусные морозы, зимой сами добывают корм из-под снега. Ударом копыта способны убить взрослого человека. Европейская кавалерия почти никогда не могла противостоять степнякам. На Западе и на Руси делали ставку на броню — защищали и коня, и всадника. Конь, несущий тяжелого воина в доспехах, плюс свою собственную броню, был очень сильным, но медлительным. Против пехоты он работал, но против легкой степной конницы — нет. С распространением в Европе стремян кавалерия стала еще грознее. Высокие седла арабского образца с опорами для ног позволяли рыцарям крепко держаться и свободно орудовать копьем и мечом. Но тяжеловооруженным всадникам требовались всё более крупные лошади. И в том, что европейское рыцарство к XVI веку угасло, немалая роль принадлежит лошади — она просто физически не могла нести столько железа.
Многопалый предок
У Олега Семеновича дома собрана уникальная коллекция гравюр, рисунков, картин о лошадях. Но над письменным столом висит странное изображение невзрачного существа.
— А это прямой предок всех лошадей и пони, — поясняет он. — Первобытная лошадь, жившая около 50 миллионов лет назад в Северной Америке. Размером чуть больше собаки, жила в лесу, питалась листьями и мягкой растительностью. На передних ногах — по четыре пальца, на задних — по три.
25 миллионов лет назад климат изменился. Влажные тропические леса высохли. Лошадям пришлось приживаться в степях и саваннах. Среда изменила их: жевательный аппарат приспособился к грубой траве, шея удлинилась, ноги вытянулись, пальцы ороговели и превратились в копыта. В ледниковые периоды древняя лошадь по перешейкам перебралась в Европу, Азию и Африку. А 10 тысяч лет назад, с окончанием оледенения, перешейки ушли под воду, материки разделились. В Америке лошади вымерли. Их завезли туда снова европейцы уже в эпоху Великих географических открытий. К моменту одомашнивания существовало четыре основных типа: два пони и две лошади. Пони жили на северо-западе Европы и в Северной Евразии. Лошади — южнее, высокие, тонкокостные, приспособленные к жаре. Такой тип ближе всего к нынешнему ахалтекинцу.
6000 лет вместе
Человек одомашнил лошадь примерно шесть тысяч лет назад. Предположительно, приручили два типа: мелких степных лошадок, похожих на тарпанов (отдельные экземпляры дожили до XIX века), и более крупных лесных — с узким лбом, длинной мордой и тонкими ногами. Первыми стали улучшать лошадей народы Древнего Востока. В VII–VI веках до нашей эры лучшими считались несейские лошади Персидского царства. Славились коневодством области у Каспия, южные районы Узбекистана и Таджикистана. В конце первого тысячелетия до нашей эры славу переняли лошади Парфянского царства — на территории современных Узбекистана, Таджикистана, севера Ирана и Афганистана. Парфянские кони золотисто-рыжей масти были статными и высокими для тех времен — до 150 см в холке. Их мечтал заполучить любой правитель. В Закавказье лошадей использовали для верховой езды еще в третьем тысячелетии до нашей эры. А в лесной полосе Восточной Европы лошадей разводили в основном на мясо — мелких, ростом 120–140 см.
Русские породы
Последние три-четыре столетия стали временем расцвета коневодства. В России вывели уникальные породы: орловского рысака, русского рысака, владимирского тяжеловоза, буденновскую.
— Буденновская порода выводилась исключительно как боевая, — с гордостью говорит Олег Семенович. — Она вобрала лучшие качества всех предков. Я могу руку дать на отсечение: ни в одной кавалерии мира за всю историю не было подобных лошадей!