— Я, Зинаида, не мальчик, чтобы перед тобой за каждую копейку отчитываться! Моя премия — мои правила! — торжественно, как Левитан по радио, объявил Анатолий и так агрессивно размешал сахар в кружке, что чай выплеснулся на свежую клеенку.
Зинаида Аркадьевна, женщина пятидесяти шести лет, обладательница трезвого ума и тяжелого взгляда, способного остановить на скаку не только коня, но и маршрутку, молча вытерла лужицу тряпкой. Она посмотрела на мужа. Толик, мужчина в самом расцвете остеохондроза, сидел перед ней с видом гордого орла, временно прописанного в двухкомнатной хрущевке.
— Значит, твои правила? — философски уточнила Зинаида, ставя перед ним тарелку с гречкой, сиротливо присыпанной укропом. — А квартплата, Толечка, у нас чьи правила? А кредит за остекление балкона?
— Кредит — дело семейное! — не моргнув глазом парировал Анатолий. — А премия — это, Зина, награда за мой личный производственный героизм. За перевыполнение плана на складе. Я имею право на маленькие мужские радости. Все, тема закрыта.
Он величественно зацепил вилкой гречку и принялся жевать с таким видом, будто это была как минимум черная икра. Зинаида Аркадьевна спорить не стала. За тридцать лет брака она усвоила главную житейскую мудрость: если мужчина включает режим «я добытчик и свободная личность», скандалить бесполезно. Нужно просто подождать, пока эта личность не попросит чистые носки.
Как пели в одном старом фильме: «Наши люди в булочную на такси не ездят». А уж Толик и «личные радости» — это вообще понятия из параллельных вселенных. Обычно его радости заканчивались покупкой нового спиннинга раз в пятилетку или вечерним просмотром телевизора в позе морской звезды.
Разгадка «мужских радостей» пришла к Зинаиде в руки ровно через три дня, во время стирки.
Толик, считающий себя гением конспирации, спрятал чек в самом, по его мнению, надежном сейфе мира — в нагрудном кармане своей старой флисовой жилетки, которую он надевал только на дачу. Он, видимо, забыл, что дачный сезон закрыт, а Зинаида имеет привычку проверять карманы перед тем, как закинуть вещи в машинку.
Зинаида развернула смятый клочок термобумаги, поправила на носу очки для чтения и замерла.
В нос ударил привычный запах тушеной капусты, доносящийся с плиты, но перед глазами разворачивалась картина роскоши. На чеке черным по белому значилось:
Спа-салон «Тайский Лотос». Программа: «Романтическое рандеву на двоих». * Массаж горячими камнями.
- Пилинг морской солью.
- Шоколадное обертывание.
- Итого: (сумма была такой, что на нее можно было бы купить чугунный мост, ну или как минимум досрочно закрыть половину кредита за балкон).
Зинаида Аркадьевна присела на табуретку. Толя. Спа-салон. Горячие камни.
Эти понятия соотносились в ее голове примерно так же, как Большой театр и разгрузка щебня. Человек, который всю жизнь мыл голову хозяйственным мылом и считал, что лучший пилинг — это потереться мочалкой из люфы до красных пятен, ходил на шоколадное обертывание?
Она представила своего Толика, с его пивным животиком и радикулитом, измазанного шоколадом, и ее нервно передернуло. Но главное крылось в другом. «Рандеву на двоих».
— Так-так-так, — пробормотала Зинаида, чувствуя, как в груди просыпается следователь прокуратуры. — Значит, не один ходил, обалдуй ты эдакий. С кем же ты там камнями грелся?
Мысли о молодой разлучнице она отмела сразу. Во-первых, молодая разлучница сбежала бы от Толика ровно на моменте, когда он начал бы жаловаться на цены на бензин (а он делает это всегда, даже если едет на автобусе). Во-вторых, содержать музу Толику не по карману. Значит, какая-то ровесница? Вдова с первого этажа, которая вечно стреляет у него дрель? Или та бойкая кладовщица с его работы?
Зинаида не стала рвать и метать. Драма — это для сериалов по выходным. В реальной жизни скандал с битьем посуды только приводит к необходимости покупать новую посуду. А лишних денег, как мы помним, нет — они все ушли на тайских массажисток.
Вечером Зинаида начала свое негласное наблюдение. И точно! Симптомы были налицо. Толик вернулся с работы подозрительно благоухающий. От него пахло не привычной смесью табака и машинного масла, а чем-то подозрительно цветочным. Пачули? Иланг-иланг?
— Ты что, парфюм сменил? — как бы невзначай поинтересовалась Зинаида, подавая ему на ужин макароны по-флотски.
— А? Нет! — Толик вздрогнул и торопливо втянул в себя макаронину. — Это у нас на складе... эээ... освежитель воздуха разбился. Прямо на меня брызнуло. Тропический бриз, будь он неладен.
«Ага, тропический бриз. С нотками тайского лотоса», — мысленно усмехнулась Зинаида.
На следующий день она заметила, как муж, закрывшись в ванной, подозрительно долго там шуршал. Подкравшись к двери, Зинаида услышала звук щелкающих ножниц. Заглянув в щелочку, она чуть не упала: Анатолий, высунув язык от усердия, подстригал волоски в носу маникюрными ножницами! Тот самый человек, который еще месяц назад утверждал, что растительность на лице — признак сурового сибирского здоровья.
А потом он потянулся к ее дорогому крему для лица. Открыл баночку, понюхал и щедро зачерпнул пальцем, намазывая на свои суровые складки на лбу.
— Ну, Ромео недоделанный, — тихо выдохнула Зинаида, отходя от двери. — Готовишься ко второму раунду?
Она решила бить врага на его же территории — финансово-бытовой. Раз уж Анатолий стал независимым спонсором тайской экономики, значит, отечественная домашняя экономика закрывала для него свои двери.
В пятницу вечером Толик, предвкушая сытный ужин, радостно потирал руки на кухне.
— Зинуля, чем это так вкусно не пахнет? — игриво спросил он, заглядывая в пустые кастрюли.
— А ничем, Толечка, — ласково улыбнулась Зинаида, наливая ему пустой чай. — Деньги до зарплаты кончились.
— Как кончились? — опешил муж. — А пенсия твоя?
— Пенсия ушла на платеж по кредиту. За балкон. Мы же в нем вдвоем сидим, верно? А вот мясо нынче дорогое. Так что сегодня у нас разгрузочный день. Полезно для здоровья. Очищение организма, так сказать. Говорят, после пилинга морской солью особенно хорошо идет пустая овсянка на воде.
Толик поперхнулся чаем. Его глаза забегали, как у школьника, спрятавшего двойку в дневнике.
— Какого... пилинга? — севшим голосом спросил он.
— Душевного, Толя. Душевного, — вздохнула Зинаида, не сводя с него пристального взгляда. — Я тут подумала: раз уж ты у нас теперь свободный инвестор своих премий, то и питаться можешь на свободном рынке. В кафе там, или где вы с коллегами свои «мужские радости» отмечаете.
— Ты на что намекаешь? — Толик попытался нахмурить брови и включить альфа-самца, но с каплей пота, скатившейся по лбу прямо в овсянку, это выглядело неубедительно. — Я честно заработал! Я имею право! Я, может, устал как собака! Мне расслабление нужно!
— Да я же не против! — всплеснула руками Зинаида. — Расслабляйся! Только чур, дома не жаловаться, что поясницу ломит. У тебя же теперь там... горячие камни.
Она грациозно развернулась и ушла в комнату, оставив мужа наедине с пустой тарелкой и липким чувством паники.
Зинаида села на диван и достала из кармана халата свой телефон. Она не собиралась устраивать развод и делить хрущевку. Это слишком долго, муторно и вообще не в ее стиле. Она хотела знать правду. Кто та фифа, с которой ее благоверный лежал в шоколаде?
Она нашла в интернете номер этого злосчастного «Тайского Лотоса». План созрел мгновенно. Если Толик думает, что он самый хитрый агент под прикрытием, то он забыл, что женат на женщине, которая двадцать лет проработала в архиве и могла найти родословную любого человека по обрывку справки из ЖЭКа.
Она набрала номер.
— Алло, салон «Лотос»? Здравствуйте. Девушка, милая, выручайте. Это звонит... эээ... ассистентка Анатолия Борисовича. Он у вас на днях брал программу «Рандеву на двоих». Да-да, солидный такой мужчина. Беда у нас! Он там случайно цепочку золотую не оставил? А то спутница его так расстроена, так плачет... Имя спутницы? Ой, вылетело из головы, новенькая она у нас... Напомните, на кого бронь была оформлена вторым лицом?
Девушка на ресепшене защелкала по клавиатуре. Зинаида затаила дыхание, ожидая услышать какое-нибудь ненавистное «Анжела» или «Снежана».
— Секундочку... — прощебетала администратор. — Анатолий Борисович... Да, вижу. Программа на двоих. Но второй гость не девушка. Бронь была оформлена на... Сергея Петровича.
Зинаида моргнула. Еще раз моргнула.
— На кого? — переспросила она, чувствуя, как реальность дает трещину.
— На Сергея Петровича. Они еще очень громко ругались в спа-зоне, кому первому будут делать шоколадное обертывание, и требовали, чтобы им включили шансон вместо медитативной музыки. Мы их очень хорошо запомнили.
Зинаида медленно положила трубку. Сергей Петрович. Серега. Сосед по гаражу. Усатый, лысый Серега, который вечно ходит в трениках с вытянутыми коленками и пьет с Толиком пиво по пятницам.
Она закрыла лицо руками. Плечи ее затряслись. Нет, она не плакала. Она смеялась так, что чуть не свалилась с дивана. Два пожилых олуха, два гаражных завсегдатая, пошли на романтическое спа для двоих. И главное — почему?! И зачем прятать чеки?!
Измена? Если бы! Реальность оказалась куда смешнее. Решив бить мужа его же оружием, Зинаида открывает на дому элитный салон красоты с принудительными процедурами.
👇 Читать финал истории: как сельдерей и розовая пемза сломали волю сурового добытчика, и в чем на самом деле признались два пожилых олуха!