Утром Либби отправилась домой. Одна. Сэм остался в гостинице — сказал, что у него дела в Сохо, надо проверить, что там с его заведением. Артур тоже не поехал — решил, что первая встреча должна быть без посторонних.
Антикварная лавка Коулов выглядела точно так же, как в день её отъезда. Та же вывеска, те же витрины с древними безделушками, тот же колокольчик над дверью. Либби толкнула дверь и вошла.
Генри Коул сидел за прилавком и читал газету. Услышав звон колокольчика, он поднял голову — и замер.
— Либби... — прошептал он, вставая. — Девочка моя...
Она бросилась к нему, обняла, прижалась к груди, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Генри гладил её по голове, бормотал что-то бессвязное, и сам плакал — впервые на её памяти.
— Папа, папочка, — всхлипывала Либби. — Я так скучала. Я так боялась, что не застану тебя живым.
— Живой, живой, — улыбался Генри сквозь слёзы. — Врачи говорят, ещё лет двадцать протяну. Особенно если дочка не будет меня так волновать своими приключениями.
— Не буду, — пообещала Либби. — Всё, закончила с приключениями. Буду сидеть дома, помогать тебе с антиквариатом...
— Ну уж нет, — рассмеялся Генри. — Ты теперь знаменитость, мисс Коул. Газеты пишут о твоих подвигах. К тебе клиенты выстроятся в очередь. Не засиживаться тебе дома.
Они прошли в гостиную, и Либби рассказала отцу всё — про Египет, про Картрайта, про Артура. Генри слушал, бледнел, качал головой, но не перебивал.
— Значит, Картрайт... — произнёс он, когда она закончила. — А я-то думал, друг. Тридцать лет дружбы, и всё ложь.
— Не всё, папа. Его чувства к тебе, возможно, были искренни. Но Орден был сильнее.
— Орден, — Генри покачал головой. — Сколько же жизней он сломал. Сколько судеб искалечил. Хорошо, что с ним покончено.
— Не совсем, — осторожно сказала Либби. — Блэквуд сбежал. Он где-то там, на свободе, ищет способ отомстить.
Генри побледнел ещё сильнее.
— Боже мой... Либби, ты должна быть осторожна. Этот человек опасен.
— Знаю, папа. Но теперь я не одна. Со мной Сэм, Артур, Райли. Мы справимся.
Они проговорили до самого вечера, вспоминая прошлое, строя планы на будущее. Либби впервые за долгое время чувствовала себя дома — по-настоящему, в полной безопасности.
Но она знала: это затишье перед бурей. Блэквуд где-то рядом. И скоро он покажет себя.
Вечером, когда они сидели в гостиной и пили чай, Генри вдруг отставил чашку и внимательно посмотрел на дочь.
— Либби, — начал он осторожно, — этот лейтенант Блэк... Артур... Ты мне о нём рассказывала. Но я хочу знать не как следователь, а как отец. Что он для тебя?
Либби смутилась и отвела взгляд.
— Не знаю, папа. Он... он особенный. Мы связаны той ночью в госпитале, двенадцать лет назад. Я держала его за руку, думала, он умрёт. А он выжил и всё это время помнил меня. Искал меня, следил, ждал. Это... это трудно объяснить.
— Ты его любишь? — прямо спросил Генри.
Либби помолчала, потом честно ответила:
— Не знаю. Может быть. Но сейчас не время об этом думать. Блэквуд на свободе, Орден ещё жив. Мы должны закончить это дело. А потом... потом посмотрим.
Генри кивнул.
— Ты у меня умница, Либби. Всегда была. Я горжусь тобой. И если этот лейтенант окажется достойным человеком — я буду только рад.
— Спасибо, папа.
Они обнялись, и Либби вдруг остро осознала, как ей не хватало этих простых вещей — отцовского тепла, домашнего уюта, покоя. Но она знала: покой ей только снится. Впереди была буря.
✨ Если вы почувствовали магию строк — не проходите мимо! Подписывайтесь на канал "Книга заклинаний", ставьте лайк и помогите этому волшебству жить дальше. Каждое ваше действие — словно капля зелья вдохновения, из которого рождаются новые сказания. ✨
📖 Все главы произведения ищите здесь:
👉 https://dzen.ru/id/68395d271f797172974c2883