Людмила Райкова.
Глава 23.
От Москвы до их гарнизона часа четыре езды, сейчас может и больше. Вон, Лёха позавчера на 80 километров три часа потратил. Маня носится по квартире с метёлкой, пыль высматривает. Глеб пылесосит в гостиной. На улице стемнело – 19.20. Гость будет не раньше, чем через полтора часа. Надо покормить чем ни будь человеческим с дороги. Он опята маринованные обожает. Опят в лесу много, приятельница по десять трёхлитровых банок закатывает. Только Мане с Глебом грибы нельзя. Не собирают и не маринуют.
Маня уже помучилась, начистила картошки. К ней есть скумбрия в собственном соку, правда без соли. Ну это не беда – недосол как говорится на столе.
Ещё можно блинов пожарить со сметаной, вареньем и икрой. Прошлой зимой Чуров целую гору съел. Маня хлопает дверцами шкафов муку ищет. Потом вспоминает, парень с первого этажа соседнего подъезда перед новым годом попросил в долг муки. Явился с весами и воронкой, чтобы отсыпать нужный объем. А потом и вернуть тоже строго по весу. Маня стоит в коридоре смеётся – так забирай. Дома взвесишь сколько нужно, а нам возвращать не надо. Храним второй год, всё равно не понадобиться.
Так, муки — значит тоже нет.
Сидит голову ломает. После звонка однокашника, Глеб посуровел. Просто поболтать подполковник на ночь глядя в тьму таракань не сорвётся. Значит дело серьёзное. Жена во что-то такое вляпалась, что даже подумать страшно. Просто талант, влипать в разные истории.
Глеб весь вечер отбивался от звонков акционеров. Стремились выразить радость, что всё обошлось благополучно. Он благодарит за внимание и намекает, что ещё не обошлось и не совсем благополучно. В крови обнаружены вредные препараты, отойдет немного и поедут они на очистительную капельницу, выводить из организма опасные токсины. Сдалось ей ваше собрание.
Глеб гудит пылесосом, телефон на полке перед зеркалом в коридоре. Поближе, чтобы звонки не пропускать. Маня находит аппарат и усаживается с ним на кухне.
Открывает каталог товаров Пятёрочки. Хорошее открытие они сделали месяц назад, запарились без машины соседа просить по магазинам прокатиться. Пожаловалась Юльке, а та недоумевает, мол, а заказать с доставкой в лом? Маня сомневается, что кто-то повезёт к ним в городок пакеты с продуктами. А потом решает проверить. И вуаля. Уже через сорок минут не просто привезли, а даже в квартиру донесли. Люби и знай свой край! Мане так понравилось, что раз в три дня она садится с телефоном и подбирает ассортимент. Обычно он стандартный, парная курица, кочан китайской капусты, молоко, свекла. Но сегодня она погуляет на полную катушку - маринованные корнишоны, опята, буженина, хлеб, пакет муки высшего сорта. Майонез. В корзине у Мани уже 12 позиций, а она остановиться не может. Так увлеклась разглядывая картинки, что не заметила, как муж пришёл и прямо из-за спины выхватил у бедолаги телефон из рук.
- Ты чего?
- Ты под домашним арестом! Чуров запретил всякие контакты.
- Даже со столом заказов?
Глеб смотрит на открытую в телефоне страницу, на лице отражается сомнение.
- Не будем же мы кормить Чурова отварной курицей.
- А чем будем?
- Я уже собрала корзину, осталось оформить и оплатить.
Глеб листает, облизывается. Возвращает аппарат. Мол давай. Маня оплачивает и обижено смотрит на мужа.
Да, конечно она сделала глупость, поехала на это собрание из любопытства. Но он ведь сам согласился. А всё остальное случилось помимо её воли, обычная цепочка разных непредвиденных обстоятельств. Безопаснее конечно сидеть безвылазно дома, не отвечать на звонки с незнакомых номеров. Но так не может быть вечно!
Сегодня доставка побила собственный рекорд, она ещё с диванчика встать не успела, а уже звонок – продукты прибыли. Глеб говорит с кем-то по телефону, Маня надевает пуховик идёт открывать дверь подъезда. Доставщик привычно ставит пакеты в коридоре. Она волоком тащит на кухню первый. Второй, не прерывая разговор, несёт Глеб.
Разбирать такой продуктовый набор сплошное удовольствие и большое испытание для диетчиков. Маня любовно выставляет на подоконник баночки. Заводит блины. Глеб, не выдержав близости запрещёнки, прихватывает два телефона и удаляется к своему компьютеру.
21.00. Маня включает «Звезду», и залив на сковородку первый блин слушает новости.
Путин перепугал Урсулу. Тихим голосом заявил журналисту, мол Евросоюз назначил время, с которого запрещает сам себе покупать энергоносители у России. Может нам не ждать этого часа «Х» и уже сейчас перенаправить все потоки в сторону надёжных партнёров.
Маня двумя руками «за». Более того, она за то, чтобы объявить Европе санкции, отрезав все поставки прямо сейчас. Особенно сейчас, когда Иран перекрыл пролив, и корабли с нефтью, газом и разными контейнерами толпятся и толкаются в море. Стоимость энергоресурсов для капризных европейских политиков поднялась на 75%. А литр дизеля на немецкой заправке стоит теперь 2 евро 19 центов.
Блин шипит на сковородке, Маня бурлит от возбуждения. Она три дня не смотрела новостей, и теперь всё воспринимает как открытие.
Она убавляет газ под кастрюлей с картошкой. Трёт морковь и режет лук, не забывая переворачивать и заливать блинчики. Стопка растёт. Маня отрезает кусочек замороженного укропа и мелко нарезает зелёные листья чеснока. Пассирует всё вместе с луком и морковью, добавит майонез и получится отличный соус.
Надо бы достать кофемашину, чтобы сделать крепкий и ароматный напиток по своему вкусу. Нет, она сама к кофе не притронется, но сделает его по всем правилам. С солью, перчиком и шафраном. Чуров будет пить, а она наслаждаться ароматом. Только кофеварка наверху, ей самой не справиться. Глеб придёт покурить, попросит его снять.
Чуров прибыл в 22.30. Без сопровождающих. Маня снимает последний блин со сковороды, поэтому встречать гостя не выходит. Только слышит:
- Ну и где она прячется?
- На месте и при вкусном деле.
- Догадываюсь по ароматам.
Чуров улыбается и мигом тянется к блинам.
- Крайний раз я у вас гостил тоже на масленицу. Только квартира была другой.
Он уже устроился за столом, пододвинул к себе банку сметаны, и скрутив очередной блин, опустил его прямо в банку.
- У меня картошка на подходе, и вот – Маня махнула рукой на батарею баночек.
- Картошка потом, после блинов и откровенного разговора.
- Поговорить с тобой всегда большое удовольствие. – Откликается Маня.
- Насчёт удовольствия не уверен. Но об этом исключительно после блинов.
Маня включает кофемашину, от запаха кружится голова. Она наливает напиток Чурову. Себе воды. Глеб, взглядом несчастного наказанного кота смотрит на блины.
На экране обсуждают, что будет если война в Иране продлится до сентября. И хватит ли у объединенного запада снарядов на два фронта, украинский и иранский.
Маня присаживается, Чуров прихлебывает кофе, мечет блины за обе щёки и рассказывает захлебывающемуся слюной Глебу какая ужасная дорога на участке от трассы к их городку.
Подполковник, мастер держать паузу. Не на блины же он тащился к ним целых четыре часа. Маня гадает зачем. Восстановили в аппарате Алекса удаленные файлы с её документами? Возможно. Но как-то слишком быстро. Аппарат они оставили в полиции в 10.45. Потом поехали на освидетельствование. Да, анализы сделали быстро, установили какой-то убойный для сна порошок. Надо бы осторожно спросить, что это за чудо препарат. Всё в жизни бывает, например, ждёшь кого-то, а время тянется как резина. Наболтал в стакане чудо порошок. Брык, и дожидайся в покое гостя или события. Можно конечно заняться суетой по дому или на кухне, как Маня сегодня в ожидании Чурова. Но мысли всё равно крутятся, задевают бесконечные нервные окончания. Включают всякие страхи, запускают ужасы предположений. Ещё неизвестно, что такого важного он сообщит после блинов, а пару килограммов нервных клеток уже выпали в осадок.
Стопка блинов уменьшилась наполовину. Маня слила картошку и завернула кастрюлю в полотенце. Глупо сейчас предлагать. Часика через полтора, не раньше. Чтобы тепло удержать Маня берёт укутанную кастрюлю и несёт в спальню к батарее.
- Стоять! – Командует Чуров. – За блины конечно спасибо. Но какими бы они не были тонкими, ажурными и вкусными, расклада это не меняет.
Глеб перехватывает у жены куль. Куда? К батарее в спальню, рядом и на пол. Чуров освобождает место на столе для своего блокнота, составил в стопку тарелки, чашки. Смотрит на Маню требовательно. Указывает взглядом на диванчик. Маня присаживается.
- Гражданка Труфанова Мария Константиновна, как давно вы знакомы с Жировым Василием Анатольевичем и при каких обстоятельствах виделись с ним в последний раз?
- Не знакома ни разу, и не виделась никогда. – Что за чушь он сочиняет на ходу. Может и брала, когда ни будь лет тридцать назад, интервью у какого ни будь Жирова, только она из своих героев помнит не всех. Точнее будет сказать немногих. А ещё, что за тон такой? Прямо инквизиторский.
- Факты говорят об обратном. На вашей сумочке найдены отпечатки пальцев покойного Жирова. Причём свежие, поверх ваших мадам. А это значит, что утонувший в Москве реке Жиров, сумел скрыть от водолазов свой труп. Не для того ли, чтобы встретиться с Марией Константиновной, а потом уж решать оставаться ему покойным дальше или воскреснуть. По всем обстоятельствам дела о 12 миллиардном хищении бюджетных средств, выгоднее быть утопленником. Если чудесным образом воскреснуть, выбор не большой - отправиться домой, чтобы успокоить дражайшую супругу и матушку. Попрощаться с ними и отправиться прямиком в КПЗ.
- Так его фамилия Жиров?
- Чья, его?
- Ну того который сбил меня на снегоходе?
- Ага, значит кое-что мы всё-таки помним. А я собирался везти вас к гипнотизеру, чтобы восстановить утраченные воспоминания. Потом к психиатру.
Маня сидит, надулась и молчит.
- Ну-ну. – Сбавляет обороты Чуров. – Обычная тактика допроса. Человек расслаблен, гадает зачем он мне понадобился, потом бах и стреляю первым вопросом. Как правило наповал. А теперь можно и поговорить. Давай, начиная с момента, когда ты попала под колёса, тьфу, полозья этого снегохода.
- Этого момента я как раз не помню, погналась за машиной Глеба. А потом бах и темно.
Маня добросовестно излагает всё про стакан с водой на столике. Тёмную комнату, в которой проснулась, камин и даже про рептилоида.
- Это ты точно его обозвала. Депортировался за три часа до задержания. Мы его у дома караулим. А он как бы утонул вместе с новенькой машиной. Да так ловко!
- Мне кажется за ним кто-то следил. Дроны летали. Обо мне никто не знал, значит караулили его.
- Тебя мы караулили, телефон запеленговали. Но снег на участке не чищен и людей нет.
- Так это вы? А я спряталась под навес. Знала бы, выскочила на середину и руками махала.
- Хорошо, что не выскочила. Жиров мужик крутой. Говоришь маску не снимал?
- Ни разу. Объяснил потом, что лицо у него новое, лучше не видеть. Да мне и ни к чему. Я и так дрожала от страха, пока Алекс ногу не повредил. Потом ключи нашла собиралась сбежать. Только он ключи перепрятал.
- Понятно. Значит говорил в Домодедово отвезут?
- Говорил.
- Ты на базу пришла без двадцати шесть. А за ним сразу приехали?
- Этого я уже не видела. Мы остановились, условились куда он телефон бросит, чтобы я как можно скорее забрала. Я пошла к воротам, минут пятнадцать на дорогу ушло. А может и больше. А он остался.
- Куда лететь собирался не говорил?
Маня отрицательно качает головой.
- Все больше о жене и сыне Егорке переживал. И мне кажется тосковал, что больше не увидит мальчишку. Я тогда ему и предложила, что готова стать связным. Дала координаты в Латвии, телефонов не помню, а адрес квартиры в Елгаве он вызубрил. По нему найдет риэлтера. А тот уже даст мой телефон. Или на одноклассниках по фамилии найдет. Только это будет не раньше, чем через три месяца. Мы так договорились.
- Это ты Маня молодец. Назначаю тебя двойным агентом. Наши уже абонентов Васькиных приняли. В коттедже трудятся. Там твои отпечатки везде, а у нас заявление о похищении от Глеба. Так что будем их пока на предмет похищения крутить. До Жирова всё равно не добраться пока. А уж потом…
- Они сына и жену убить грозились. – Пугается Маня.
- Защитим. – Парирует Чуров.
- Похищение не пройдет. Их при мне в доме не было.
- Зато после явились.
Настроение Мани упало до плинтуса. Алекс не единственный расхититель бюджета. Просто у него крыши серьезной нет. Вон Цаликова взяли, тот давно на заметке, так его чтобы отмазать пытались в сенаторы пропихнуть. Что там у «Вальки красные трусы», заповедник для казнокрадов и преступников разных мастей, что ли? Жиров молодой, смотрит как вокруг все миллиарды гребут и тоже не удержался. Да плохо поступил. Мог бы пойти на сотрудничество с Чуровым, только пришлось бы семьей рисковать. А она сидит и помогает расставить ловушки для Алекса. Чтобы он уже никогда своих не увидел.
- У него в Облаке письмо для следователя. Бандиты его потому и вывезли, говорил, что каждые четыре дня надо что-то обновлять. А если пропустит, то письмо уйдет адресату.
- Придумал небось. Но не плохо сочинил. Точно писатель!
- Почему писатель?
- Глеб говорил, что ты с базы навстречу с каким-то писателем сбежала.
- Сказочник он.
- Мне было легче думать про измену, чем о том, что эти акционеры тебя на куски порезали. – Глеб присаживается к столу и закуривает.
- Кстати о них. Повестки разослал, не всё еще знаю. Но здесь для тебя Маня, похоже будет немало сюрпризов. Приятных. Готовься.
Маня вскидывается:
- Хоть намекни.
- Служба не позволяет. И вообще сегодня не 8 марта…