Отец сидел рядом с Леной, пока она разговаривала с Виктором, потом похлопал дочку по руке :
- Молодец, доходчиво все объяснила! Но надежнее было бы все-таки по старинке : ты заявила бы в милицию, пусть бы Виктора арестовали, вернули бы тебе ребенка. Посадили бы этого негодяя, ты лишила бы его родительских прав... Извини, дочка, ну не верю я, что он так легко согласится с твоими требованиями!
- Я тоже немного сомневаюсь, папа. Но, если бы ты был на моем месте, я уверена, ты бы считал иначе. Я очень плохо себя чувствую сейчас. Голова болит почти постоянно, заставляю себя ни о чем не думать. Пока плохо получается. А уж если вспоминаю о чем-то, то башка просто раскалывается. Я чувствую себя такой слабой и разбитой! Мы с тобой пытались написать вчера заявление в милицию, а я даже ручку не могла в руках держать, как следует. Я и сама не могу прочесть, что там настрочила. Как тот "писарь третьего разряда", который пишет так, что ни он сам, ни кто-то другой потом разобрать не может. Ты знаешь, что мне санитарка в больнице сказала? Она сказала : "бедная головушка" .
Придется заявление переписать. Какие-то моменты у меня улетучились из памяти. А что - то я, наоборот, боюсь забыть. Представь, меня будут спрашивать в милиции, а я начну сомневаться, было это или нет, и как все было на самом деле, потому что не все могу пока вспомнить. Но показывать мои сомнения нельзя никому, иначе скажут, что я склонна сочинять всякое, и верить не будут. А Виктор себя прекрасно чувствует, он лживый, изобретательный, умеет убедительно говорить, и, что важно, он записан отцом моего сына в свидетельстве о рождении. Не хочу я его пока сильно злить, загонять в угол. Так, припугнула. Я все это понимаю и прощать мужа не собираюсь.
Отец с сомнением показал головой.
- Папа, ты думаешь, Виктора в тот же день арестуют, если я на него заявлю? Они будут прикрывать своего сотрудника до последнего! Будут искать на меня компромат, сочинять, наговаривать. Будет много грязи. Меня будут стараться выставить неадекватной. Конечно, не все в милиции такие, но так будет, я чувствую. Чтобы все это вынести, мне нужны силы. Я должна научиться сдерживаться, а не срываться на плач. Если бы вы с мамой меня не забрали, я, наверное, скоро умерла бы. Я лежала там, в палате, и мечтала о том, чтобы умереть. Я верила мужу, что меня не любит даже сын. Но он привел Антошку, а тот сказал, что любит меня, и я ему поверила, - заплакала Лена.
Леонид Иванович тоже прослезился. Его дочь вытерла слезы:
- Сейчас, пока Витька напуган, важнее быстро забрать у него Антошку, потом поменяем сыну школу. Я знаю, что это не лучший вариант, надо бы дать ребенку доучиться, всего одна четверть осталась! Но я хочу его перевести в ту школу, которая рядом с нашим домом, чтобы водить его самой можно было. Если я отдам заявление в милицию спустя неделю, когда мне станет легче, ничего не изменится. Меня все равно будут допрашивать сто раз. Но, по крайней мере, я буду иначе выглядеть и лучше себя чувствовать, и не переживать, хотя бы, из-за своего внешнего вида. Фотографии в больнице у нас есть, Денис обещал помочь. Пойми, папа, я же женщина, для меня важно, как я выгляжу. Давай все делать по-порядку, главное сейчас - это мой сын.
- Я бы просто взял, приехал к этому пара.зиту домой и сам забрал внука! Можно участкового попросить.
- Папа, Виктор с Антошкой приедут поздно вечером, или ночью. Вас с мамой сын только на фото видел. Я еле держусь на ногах. Куда мне ехать в таком состоянии? Давай, подождем до завтрашнего утра, прошу! Сейчас, пока Виктор напуган, я надеюсь, он отдаст мне сына без скандала.
- Думаешь, завтра Антошка ко мне пойдет?
- Я показывала ему ваши с мамой фотографии, рассказывала, что вы - мои родители, что вы хорошие люди. Думаю, он тебя узнает. Не волнуйся, Виктор сына приведет. Самое большое наказание для него - это угроза его деньгам. Я пригрозила ему не только милицией, ты же слышал, но и тем, что подам на алименты, и квартиру придется делить. Ее реально поменять на две однокомнатные. Пап, ты только не пугайся. Если со мной что- то случится, я хочу, чтобы Антошка остался жить с вами.
- Леночка, не расстраивай меня! Ничего не должно случиться. Давай, будем думать только о хорошем.
Виктор приехал к родителям не в форме, а в обычной одежде, и без своего любимого жезла регулировщика. Он мог бы поймать попутку сам (это может быть долго, а ветер холодный), или попросить участкового посадить их в какую - нибудь попутную машину. Он бы так и сделал, и добрался бы до дома быстрее, если бы был один. Если ехать на автобусе, который останавливается в каждом населенном пункте, они с Антоном приедут домой ночью. Но на дороге - гололёд. Автобус безопаснее, и не будет возможности вести лишние разговоры, ведь рядом полно людей. Сам Виктор хотел в дороге выспаться, а Антошка собирался почитать одну из своих любимых книг.
Виктор с мальчиком купили билеты и сели в автобус. Доценко долго прокручивал в голове ситуацию, в которую он попал, и поэтому не мог уснуть.
"Утром я напишу заявление и отведу Антона к деду в институт. Правда, мальчишка своих родственников не знает, но ничего, познакомится. Жалко, конечно, потраченного на него времени. Думаю, в следующий раз я буду дрессировать уже только своего сына. Я теперь учёный... Чего бороться за пацана, который мне по крови чужой?"- решил Виктор после долгого обдумывания и сразу провалился в сон.
А Лена продолжала разговор с отцом:
- Скажи, папа, а ты ничего не слышал про Филиппа Мартыновича? Не думай ничего такого, мне просто интересно. Я иногда встречала в газетах упоминание о нем. Его то хвалили, то ругали. Чаще хвалили, конечно. Как хорошо, что я ничего так и не рассказала Виктору о тех деньгах, что Филипп передал мне для сына!
- Леночка ты знаешь, что у Филиппа умерла жена три года назад?
- Нет, папа, об этом я ничего не слышала. Если честно, она такая заносчивая была. Я ее раза два видела, и она мне не понравилась.
- Мы иногда созваниваемся с ним, по старой дружбе. Он спрашивал о тебе и о внуке. Но я отвечал, хотя это и стыдно было признать, что ты с нами не общаешься, что у тебя своя жизнь, и я ничего о тебе и внуке не знаю. Но он все равно продолжал звонить и интересоваться. Вот, последний раз недели две назад звонил. Однажды мельком я видел его у нас в институте, это давно уже было. Оказывается, его дочь училась у нас на педфаке. Знаешь, я об этом раньше не думал, но ведь его дети на него совсем не похожи. Будто чужие. Лица у всех широкие, носы картошкой. Они, кстати, и на его жену не похожи.
- Папа, это дети его жены и ее первого мужа. Филипп мне сам рассказал, что своих детей у него нет. Его жена была моложе нашей мамы, но рожать общего ребенка не захотела.
- Вот как! Теперь все понятно. Значит, и внуки не его? А твой Антошка похож на Филиппа?
- Да, сейчас он просто вылитый отец! Конечно, он у Виктора каких-то привычек нахватался, во всем пытался ему подражать, даже прическу ему такую же сделали. Антошка не знает, что Виктор - его отчим. Но, я думаю, Виктор не удержится, расскажет сыну. Завтра все и узнаем!
Виктор выспался, пока ехал в автобусе, потом начал прикидывать, какую выгоду он сможет получить от своего нового статуса разведённого мужчины:
" Положим, бабу я себе быстро найду, это не проблема. На меня обращают внимание. Взять хотя бы ту же Тамару, из гостиницы. Ленка, наверное, на эту работу уже не вернётся, так что, мешать нам с Томой никто не будет. Томка - холостячка, без детей, и похожа на мою Ленку, особенно, фигурой. Мне нравятся такие... сочные. Надо с ней познакомиться поближе. Подожду недельку и займусь ею. Долго без бабы мне нельзя, настроение портится".
После визита в больницу, к побитой Лене, Тамара о планах Виктора на свой счёт думать перестала. Более того, до нее дошло, насколько права была их заведующая, когда отправила ее туда:
- Какая она умница, наша "Маринэ" , не стала меня разубеждать, просто показала мне, что меня может ожидать в будущем. А Ленка - то почему вела себя, как последняя рохля? Полез бы этот гад ко мне, я бы его живо на место поставила! Вон, Колька один раз попробовал, только замахнулся. Так я его так веником отходила, что от того веника только ручка целой осталась. Он быстренько сгреб свои шмотки и был таков! Потом уже из - за забора гавкнул на меня, что правильно говорят: "бабы дуры, бабы бешеный народ". Сам он баба!
Если честно, Витька поздоровее Кольки будет. Наверное, раньше спортом занимался, а потом бросил. И стал на зубастого Колобка похож, с ухмылкой до ушей. Интересно, почему я этого раньше не замечала? Задница толстая, пузо над ремнем висит. Своего "птенчика", наверное, только в зеркало и видит. Он уже килограмм двадцать лишних наел, а скоро вообще превратится в груду мяса... и сала, при таком - то скромном росте. Кабанчик. Но и такого можно побороть, если врезать ему внезапно, например, моей тяжеленный утятницей. И так, чтобы мозги на стенку брызнули. Руки чешутся отомстить этой ското.базе, чтобы не скалился в мою сторону !"
Тамара не было кровожадной, она была предусмотрительной, любила просчитывать в голове разные щекотливые ситуации на несколько шагов вперед, вплоть, до финала, даже если он казался абсурдным. Причем, она делала это творчески, с фантазией. Но если ее мысли становились слишком "опасными", она говорила себе : "Стоп!" . Однако, думая о Викторе, ей не хотелось останавливаться. Ее шустрые ручки делали свою работу, а в мыслях она уже с Виктором поквиталась, и за себя, и за Ленку, и уже обдумывала, куда могла бы спрятать тр.уп этого наглеца. Но, потом все же смутилась и испугалась собственных мыслей. Нет, она, конечно, и раньше представляла, как поставить на место очередного заср.ан.ца, но ни разу не доходила в мыслях до того момента, когда надо будет прятать его те.ло. И вот теперь, в связи с Виктором, эти мысли вдруг появились. Явно, неспроста.
"Пусть живёт пока!" - великодушно "разрешила" ему Тамара и отправилась дальше по своим делам.
Виктор долго думал, сказать Антону или не говорить, что он ему не отец на самом деле. Выгодным, в конечном счете, могло оказаться и то, и другое, в зависимости от ситуации. А вдруг, Ленка передумает, простит его? Она много раз его прощала, а он уже все рассказал мальчишке? В этом случае, Антошка мог в один прекрасный день сказать ему: " А ты не командуй, ты мне не отец!"
Виктор считал, что такого он точно спокойно не переживет. Поэтому он решил не торопиться. Вот если Ленка его не простит, уже тогда... Поэтому он злился молча, но не сорвался на Антона. Когда они приехали в город и шли домой, Виктор сказал мальчику:
- Антоха, маму выписали из больницы. Но я за ней ухаживать не могу, сам понимаешь, какая у меня работа. Мы решили, что она поживет пока у своих родителей, у них больше свободного времени. Мама сказала, чтобы я завтра утром привел тебя к твоему деду на работу. Так что, твой чемоданчик распаковывать не будем, завтра утром я тебя отвезу. Ну, что скажешь?
- Раз мама так решила, пусть так и будет, - равнодушно ответил мальчик.
- Ну, вот и хорошо. Смотри, веди там себя прилично. Дед с бабкой у тебя строгие, сам увидишь. Они меня не любят. Так что, я навещать тебя не буду. Ну, может, в школу потом заеду, поболтаем. Но ты можешь мне звонить вечером.
Антошка кивнул. Он сейчас думал о том, что мама его почти никогда не наказывала, а вот он сам вел себя с нею плохо. Ничего, теперь он сможет попросить у нее прощения, за себя и за папу.
Виктор, конечно, заметил дома отсутствие вещей Лены, но потом, убедившись, что ничего лишнего она не забрала, сменил гнев на милость. Уложив сына спать, мужчина написал заявление в двух экземплярах, на всякий случай, без даты. Указал данные своего паспорта и поставил подпись.
"Сыграем по ее правилам. Может, она подумает и остынет. Если нет, то, по крайне мере, я не буду видеть каждое утро ее кислую рожу!".
Антошка уже спал, а Виктор почистил свой костюм и ботинки, потом принял ванну. Спать ему больше не хотелось. Он взял в руки какой-то детектив и погрузился в чтение, отвлекаясь время от времени на невеселые мысли и проклиная свою жену.
Виктор разбудил Антошку в семь утра, как всегда. Сварил ему на завтрак два яйца и положил на тарелку кусочек хлеба. После завтрака собрал оставшиеся вещички мальчика. Вдруг Виктор пристально посмотрел на Антона и ему показалось, что он не так уж и хорошо знает сына Лены. Он давно к нему вот так серьезно не приглядывался:
"Другой бы сейчас переживал, канючил : "Папа, не отдавай меня!". А этот с такой готовностью вещи собирает! Я бы даже сказал, что он повеселел. Даже обидно. Чужая кровь, что ещё скажешь!"
Потом они сели в автобус и поехали в институт. Остановка находилась рядом со зданием института. Антошка на самом деле не был спокоен, он переживал. Мама рассказывала ему, что дед с бабушкой - хорошие люди, но они ее не поняли.
"Интересно, а меня они поймут?- волновался мальчик, - лишь бы не обижали маму, как папа".
Виктор нес чемоданчик Антона, а тот тащил небольшую сумку со сменкой, со спортивным костюмом и любимой книгой "Повести А.Гайдара". Когда они уже вошли в здание института, то Антон инстинктивно шагнул поближе к отцу. У двустворчатой двери, ведущей в спортивный зал, стояло несколько стульев, на них сидели люди. Навстречу мальчику встал и шагнул мужчина в строгом костюме, с седыми волосами, и маленькая худая женщина, тоже в костюме, очень похожая на маму. Оба улыбались. Антон их узнал, глубоко вздохнул и смело шагнул к ним навстречу.
Бабушка обняла его и прижала к себе, а дед подошёл к Виктору, не здороваясь, отобрал у него чемодан:
- Где заявление в суд?
Виктор достал два листка из папки и протянул тестю. Тот внимательно все прочитал, кивнул, развернулся и пошел к жене и внуку.
Виктору почему - то стало так обидно. Он смотрел вслед Леониду Ивановичу и его жене, которые взяли Антона за руки с двух сторон и уводили его вверх по лестнице, и чего - то ждал. На самом деле, ему очень хотелось, чтобы мальчик помахал ему рукой, или, может быть, даже вырвался, подбежал к нему, обнял. Но этого не случилось. Антошка ни разу не обернулся. Потом Виктор вспомнил, что сам учил Антона, что обнимаются и целуются только девчонки, мужчинам так вести себя нельзя.
Виктор постоял еще немного, а потом на деревянных ногах пошел к выходу. Именно тогда пришло осознание того момента, что он стал никем в жизни жены и сына. Он потерял над ними всякую власть, и это было обидно.
" А, может, ну их к черту? Пусть катятся, сам проживу! Буду встречаться, с кем хочу, но жениться пока не стану. Я не дурак. Поживу в свое удовольствие, накоплю еще денег. Хорошо, сразу догадался у Ленки ее зарплату забирать. Пусть теперь сидит с голой ж..пой. После буду решать, что делать дальше. Но я этого просто так не оставлю! Она мне за все заплатит!"
Продолжение следует…
Имена участников и некоторые обстоятельства событий изменены. Любое совпадение считать случайным.
Этот текст был впервые опубликован на моем канале "Лана Орловская. Солнце на парусах" на платформе "Яндекс Дзен" 20.03.2026 года. Копирование или иное использование текста, в том числе, его озвучка, без разрешения автора ЗАПРЕЩЕНО.
#рассказ#повесть#криминал#уголовное дело#мошенничество#преступление