Принятие, прощение, сочувствие и благодарность появляются не потому, что надо и правильно их чувствовать, а потому что боль уже прожита и перестаёт затмевать собой всё. Когда рядом или внутри есть кто-то, с кем можно было выдержать происходящее, плакать, злиться, чувствовать, опираясь на этого самого кого-то, тогда постепенно становится видно и другое — не только то, что не дали, отобрали, нарушили, не только собственный ущерб, не только но и то, что всё-таки было дано, всё -таки было, и то, что происходило с другими, и то, что другие, действительно, могли, не могли, хотели, не хотели, где им самим было больно.
А бывает иначе. Боль никуда не девается, остаётся, но сверху выростает слой объяснений: они не могли, никто не виноват, так сложилось... Собственный крик от боли, свои слезы, страдание — всё это затыкается, душится идеей о том, что нужно прощать, понимать, принимать, сочувствовать, быть благодарным...
Слова про благодарность, принятие, сочувствие и прощение звучат те же самые. Но в одном случае это то, что выросло из прожитой боли и заботы о себе, боояшем. А в другом — то, что помогает эту боль не чувствовать, игнорировать, обесценивать, оставляя глубоко внутри.
