Найти в Дзене
Рита Райан

От колхозницы к звезде

Поселок Городищи был из тех мест, про которые говорят: «Здесь даже собаки мечтают уехать». Вечерами здесь пахло навозом и безысходностью, а единственным развлечением были драки у магазина да пьяные признания в любви под окнами. Светка Котова ненавидела этот запах. Ненавидела резиновые сапоги, которые надевала, чтобы дойти до колонки, и ненавидела очередь за керосином. Она смотрела телевизор и видела там другую жизнь. Там женщины пахли духами, у них была укладка и столичная прописка. — Уеду, — шептала она, глядя на себя в мутное зеркало. — Охомутаю кого угодно, хоть под черта лысого, но отсюда уеду. План был прост: прописка, потом статус, потом деньги. Ступени, по которым она взберется к свету софитов. Ступень первая: Пролетарий с квартирой. Колька, тощий программист из Мытищ, приехал в Городищи в командировку на трубный завод. Для Светы он был «олигархом» только потому, что у него был паспорт с московской пропиской в трешке на окраине. Она окрутила его быстро. Свадьба, переезд. Месяц с

Поселок Городищи был из тех мест, про которые говорят: «Здесь даже собаки мечтают уехать». Вечерами здесь пахло навозом и безысходностью, а единственным развлечением были драки у магазина да пьяные признания в любви под окнами.

Светка Котова ненавидела этот запах. Ненавидела резиновые сапоги, которые надевала, чтобы дойти до колонки, и ненавидела очередь за керосином. Она смотрела телевизор и видела там другую жизнь. Там женщины пахли духами, у них была укладка и столичная прописка.

— Уеду, — шептала она, глядя на себя в мутное зеркало. — Охомутаю кого угодно, хоть под черта лысого, но отсюда уеду.

План был прост: прописка, потом статус, потом деньги. Ступени, по которым она взберется к свету софитов.

Ступень первая: Пролетарий с квартирой.

Колька, тощий программист из Мытищ, приехал в Городищи в командировку на трубный завод. Для Светы он был «олигархом» только потому, что у него был паспорт с московской пропиской в трешке на окраине.

Она окрутила его быстро. Свадьба, переезд. Месяц сладкой жизни кончился, когда она поняла, что Колька не собирается её содержать в стиле «гламур», а предлагает самой идти работать продавщицей.
— Ты кто? — кричала она ему на второй месяц брака. — Ты крыса офисная! Нищий червь!
Она ушла, забрав паспорт с нужным штампом. Колька остался в раздумьях: за что он вообще платил?

Ступень вторая: Менеджер среднего звена.

Антон был менеджером по продажам. Денег хватало на «Логана» и Турцию раз в год. Света, успевшая поработать в салоне связи, быстро поняла: Антон — трамплин.
С ним она освоила «тонкие материи»: перестала говорить «звОнит», научилась отличать «Прада» от «Гуччи» (пока что на слух) и врать про «творческий отпуск».
Антон купил ей норковую шубку (китайскую, но она не знала) и верил, что встретил девушку мечты.
Ровно до того момента, пока на корпоративе Света не перепутала вилку для рыбы с ложкой и не ляпнула начальнику Антона: «Командир, налей даме».
— Ты позорище, — прошипел Антон дома.
— Ты нищеброд, — парировала она, уже укладывая чемодан. — Я нашла, кто достойнее.

Ступень третья: Золотая клетка.

Игорь был директором консалтингового агентства. Умный, расчетливый, циничный. Ему было под пятьдесят, и он устал от ровных, вылизанных бизнес-вумен.
Света предстала перед ним «естественной», «земной», «уставшей от пошлости богатых ухажеров».
— Ты так не похожа на всех этих кукол, — говорил он, глядя, как она старательно делает грустные глаза.
Свадьба была в Подмосковье. Света наконец-то въехала в дом с колоннами. Она стала «Светланой». Она вешала на стены безвкусные картины, требовала у прислуги называть её «хозяйкой» и каждый день выкладывала фото в шелках, подписывая: «Труд — это путь к мечте».

Игорь быстро понял, что ошибся.
Однажды он привел домой партнеров из Лондона. Говорили об инвестициях, о новых рынках, об искусстве. Света, как истинная хозяйка, вышла к гостям. В бриллиантах, но с легким перегаром (тайком хлебнула крепкого «для смелости»).
— А вы, Светлана, как относитесь к современной живописи? — спросил иностранец через переводчика.
— Да я сама — живопись! — хихикнула она и, ткнув пальцем в картину импрессиониста, добавила: — А муж мог бы и побольше холст купить, а то наляпали мазни на носовом платке.

Повисла тишина. Лондонские партнеры вежливо улыбнулись, но Игорь побледнел. В этот вечер он впервые посмотрел на неё не как на жену, а как на проект, который провалился.

Ступень последняя: Финал иллюзий.

Игорь выставил её через три недели.
— Ты не соответствуешь уровню, — спокойно сказал он, протягивая конверт с деньгами и билетом обратно в Мытищи. — Я искал женщину, а нашел амбициозную самку, которая не умеет быть собой. Ты так старалась казаться той, кем не являешься, что забыла: стать звездой можно, только если внутри что-то есть. А у тебя — пустота, обернутая в дорогие тряпки.

Света выла в пустой комнате, пока приехавшие грузчики выносили её чемоданы.
— Козел! — орала она в спину Игорю. — Да я из колхозницы в люди выбилась! Я через таких, как ты, переступала!
— Ты из колхозницы так и не выбралась, — бросил он, не оборачиваясь. — Ты просто сменила декорации. А суть осталась. И мужчины это видят.

Эпилог

Сейчас Света живет в арендованной однушке. Работает администратором в салоне красоты и ведет блог «Звездная жизнь бывшей жены олигарха». Подписчиков мало. Мужчины в её жизни теперь — чаще случайные. Те, кто не знает её истории.

А ведь Игорь сказал главное. Мужчины уходят не от бедности женщины и не от её прошлого. Они уходят, когда понимают, что их использовали как ступеньку. Когда видят, что под слоем штукатурки и рассказов о «творческом отпуске» — все та же колхозница. А вас дорогие читатели и подписчики приглашаю в свой тг-канал "Рита Райан" и на Бусти, скучно точно не будет.