Зимой 2015 года в славном городе Минеральные Воды произошла история, которая могла бы лечь в основу сценария для очередной серии «Следствие вели...».
Галина Григорьевна, женщина энергичная и предприимчивая, задолжала Ивану Васильевичу круглую сумму - больше миллиона рублей. Иван Васильевич, человек терпеливый (а куда деваться с такими долгами?), вежливо напоминал о деньгах.
И тут Галину Григорьевну осенило. Она позвонила Ивану Васильевичу и голосом, полным деловой заботы, сказала:
— Иван Васильевич, я тут подумала: ну зачем вам эти скучные деньги? Давайте я вам лучше КВАРТИРУ продам, трехкомнатную. Представляете? Я её уже почти купила, осталось только полгода подождать, пока там одна женщина в наследство вступит... ну, там дядя у неё умер, такие дела...
Иван Васильевич, который как раз присматривал жильё попросторнее, обрадовался. Квартира — это вам не какие-то бумажки, это серьёзно.
— Галина, это ваша квартира-то? — на всякий случай уточнил он.
— Моя, моя! — заверила Галина Григорьевна. — Я за неё уже... э-э-э... полностью рассчиталась, почти.
Иван Васильевич достал из закромов ещё 500 тысяч (в дополнение к тем самым старым долгам, которые Галина ему не отдала), и 10 декабря 2015 года сделка состоялась. Галина Григорьевна получила деньги и написала красивую расписку с печатью торгового дома (потому что квартиры через торговые дома продавать - это по-минераловодски).
В расписке значилось: «Обязуюсь закрыть сделку до 1 июня 2016 года». Иван Васильевич был счастлив. Галина Григорьевна — тем более.
Время шло. Иван Васильевич звонил:
— Галина, как там квартира? Женщина приехала?
— Ой, Иван Васильевич, приехала, но потом опять уехала в командировку, за границу,— тараторила Галина. — Но вы не волнуйтесь, всё под контролем!
Шли месяцы. Сначала закончился срок возврата долга по старым распискам, потом наступило лето, а сделку никто не закрывал. Иван Васильевич начал подозревать неладное.
Однажды, проходя мимо офиса Галины Григорьевны, он увидел, как из дверей пулей вылетела его должница с двумя огромными сумками, подозрительно напоминающими «тревожный чемоданчик» бегущего бизнесмена.
— Галина! — окликнул он.
— Ой, Иван Васильевич, — Галина Григорьевна замерла на секунду, но быстро нашлась. — Всё решу, всё будет, ждите!
И исчезла в неизвестном направлении.
Иван Васильевич ждать перестал и пошёл писать заявление в полицию.
19 февраля 2018 года Минераловодский городской суд вынес вердикт. Судья, выслушав всех, пришёл к выводу: Галина Григорьевна, конечно, мошенница (ч. 4 ст. 159 УК РФ, хищение в особо крупном размере), но какая-то она... неопасная, что ли.
Суд приговорил:
- Галина Григорьевна, вы приговариваетесь к 1 году и 6 месяцам лишения свободы. Условно. И ещё: заплатите-ка государству штраф — 50 000 рублей. И Ивану Васильевичу долг верните, само собой.
Иван Васильевич кивнул: справедливо.
Прокурор скривился: мало, совсем мало, где справедливость?
Галина Григорьевна и её адвокаты вообще возмутились: какое мошенничество? Это просто друзья бизнесом занимались!
Дело попало в краевой суд. Коллегия в составе трёх приготовилась слушать.
В зале собрались все:
- Галина Григорьевна с адвокатами Ивановым и Петровым. Они принесли кипу бумаг и выглядели как люди, которые сейчас докажут, что чёрное - это просто очень тёмный оттенок белого.
- Иван Васильевич с представителем Сидоровым.
- Прокурор — суровая женщина, которая явно пришла за победой любой ценой.
Судья объявила заседание открытым.
Адвокат Иванов вышел вперёд, поправил галстук и начал речь, достойную Цицерона:
— Уважаемые коллеги, здесь нет состава преступления. Это же элементарные гражданско-правовые отношения, Галина Григорьевна и Иван Васильевич дружат 25 лет, у них был совместный бизнес. Они брали друг у друга деньги, писали расписки, судились, мирились... Это традиция, обычай делового оборота.
Адвокат Петров подхватил:
— Вот, смотрите: Иван сам на следствии говорил, что у них «прочные финансовые взаимоотношения». А в суде вдруг передумал. И потом, где умысел? Галина Григорьевна просто хотела как лучше.! Ну, сорвалась сделка с квартирой, бывает. Но она же не отказывалась, предлагала варианты.
Галина Григорьевна согласно кивала и добавляла:
— Иван Васильевич, ну вспомните, я же всегда возвращала долги, а тут просто время пришло трудное...
Иван Васильевич слушал это и медленно багровел. Его представитель Сидоров успокаивающе похлопывал его по руке.
Прокурор поднялась с места и посмотрела на сторону защиты так, что адвокаты непроизвольно сделали шаг назад.
— Гражданско-правовые отношения? — голос прокурора звенел от негодования.— А скажите мне, уважаемые защитники, в каких таких гражданско-правовых отношениях человек получает деньги за квартиру, которая ему НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ? Галина Григорьевна, вы когда брали задаток у Ивана Васильевича 10 декабря 2015 года, вы уже знали, что квартира не продаётся? Что хозяйка (кстати, ваша подруга) вернула вам задаток ещё в октябре?
Галина Григорьевна замялась.
— То-то же, — продолжила прокурор. — Умысел налицо. А вы нам тут про традиции рассказываете. И вообще, приговор суда первой инстанции — это издевательство. Полтора года условно за особо крупный размер? Дайте ей три года реально, и в колонию общего режима! А штраф, кстати, уберите, потому что судья внизу забыл объяснить, зачем он его назначил. Формальность, но нам же закон важен!
Галина Григорьевна побледнела, адвокаты засуетились. Иван Васильевич, наоборот, приободрился.
Судья, выслушав все стороны, тяжело вздохнула. Потом ещё раз перечитала материалы дела, потом посмотрела в окно на мирные пейзажи.
— Так, — наконец произнесла она. — Давайте по порядку.
Она обратилась к адвокатам:
— Господа защитники, ваши доводы о гражданско-правовых отношениях судом проверены и признаются несостоятельными. Наличие долгой дружбы не даёт права продавать воздух. Расписка написана, квартиры нет, деньги есть у Галины. Это не дружба, это статья.
Адвокаты поникли.
Судья повернулась к прокурору:
— Уважаемый прокурор, насчёт ужесточения приговора... Вы знаете, Галина Григорьевна — женщина пожилая, пенсионерка, болячки есть, характеризуют её неплохо, часть денег она уже вернула... Ну, куда её на общий режим? Пусть гуляет под надзором. Полтора года условно — вполне достаточно.
Прокурор недовольно поджала губы, но спорить не стала.
— Однако, — судья подняла палец, — в одном вы, прокурор, правы. Штраф на 50 тысяч назначен без всяких объяснений, в приговоре не написано, почему Галина должна его платить, а это нарушение. Штраф — долой!
Галина Григорьевна воспряла духом: 50 тысяч сэкономила! Правда, миллион с лишним Ивану всё равно отдавать...
— И ещё, — добавила судья, — протокол проверки показаний от 8 сентября 2016 года мы из приговора убираем. Там представитель потерпевшего Сидоров в качестве понятого участвовал, а это по закону нельзя, но на приговор это не влияет, других доказательств достаточно.
Итак, чем закончилась эта эпопея?
Иван Васильевич получил моральное удовлетворение и судебное решение о взыскании денег. Ждать их, правда, теперь придётся ещё долго, но это уже детали.
Прокурор мог считать, что выиграл: штраф убрали, как они и просили. То, что хотели посадить Галину по-настоящему, а не условно, ну, не получилось, зато формально представление удовлетворено.
Галина Григорьевна ушла из суда с чувством глубокого морального удовлетворения: срок оставили условный, штраф отменили. И только Иван Васильевич, наверное, бредёт домой и думает:
- И зачем я только согласился на ту квартиру? Лучше бы деньги требовал...
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
