Если не читали предыдущие части, начните с первой:
В сентябре прошлого года я вновь посетила этот некрополь, зелёные безлюдные дорожки которого так хороши для долгих прогулок. Новое Донское кладбище содержится в отличном состоянии, но при этом здесь нет стольких любопытствующих, как на Ваганьковском или Новодевичьем. Так что давайте вновь виртуально пройдёмся с вами по Донскому и посмотрим фотографии.
Практически в самом начале кладбища, чуть вбок от основной дорожки, можно найти простую могилу дочери А.С. Пушкина, Марии Александровны Гартунг, урождённой Пушкиной (1832-1919).
В 28 лет она вышла замуж за Леонида Николаевича Гартунга, управляющего Императорскими конными заводами. Разборчива была, да и приданого за неё толком не давали: после гибели поэта его вдова, оставшаяся практически без средств и с четырьмя детьми на руках, уехала к родне. Там Наталья Николаевна вела затворнический образ жизни и сама учила детей музыке, языкам и пр. Замуж через 7 лет она вышла за человека, который бы принял её детей, но при этом Пётр Петрович Ланской тоже был небогат. Как злословили современники, "Свет дивится этому союзу голода с нуждою". Но ведь главное, что Ланской действительно стал вторым отцом детям Пушкина. Это не смотря на своих трёх детей, которые родились в этом браке.
Как бы то ни было, за Марию Александровну миллионов не давали, и потому она могла выбирать сколько угодно. Брак оказался бездетным, и вдобавок закончился трагически: спустя 17 лет Леонид Николаевич застрелился прямо в здании суда. Так вышло, что его несправедливо обвинили в хищениях, и потому Гартунг пустил себе пулю в сердце, не дожидаясь приговора. И оставил после себя записку "Клянусь всемогущим Богом, я ничего не похитил по настоящему делу. Прощаю своих врагов".
Впоследствии настоящих виновников действительно нашли, но человека уже было не вернуть. Не смотря на отсутствие детей, брак у Марии Александровны был счастливым, и потому смерть супруга сильно её потрясла. Из письма: "Я прожила с ним 17 лет и знала все его недостатки; у него их было много, но он всегда был безупречной честности и с добрейшим сердцем. Умирая, он простил своих врагов, но я, я им не прощаю".
Больше Мария Александровна замуж не вышла, помогала воспитывать племянников и спокойно старилась. Пока не грянула революция. Персональную пенсию, назначенную ещё Александром II, конечно отменили. И до самой смерти 7 марта 1919 года Мария Александровна жила впроголодь, умирала от голода в послереволюционной Москве. Потом про неё вспомнил Луначарский, выхлопотал пенсию, но старшая дочь Пушкина не дожила до получения этих денег. На них её на Донском и похоронили.
Кстати, Мария Александровна Гартунг стала прототипом для Анны Карениной, — не по судьбе, а по облику. Лев Николаевич именно с неё списал героиню.
Любопытна надпись на надгробии Андрея Евменьевича Кулыжного (1878-1919) — "Основоположитель с.х. и кредитной кооперации". Получив земледельческое образование, Андрей Евменьевич поработал агрономом. А потому отнюдь не теоретизировал, когда занялся проблемами сельского хозяйства. Ведь мало вырастить урожай, надо его ещё и как-то сбыть.
Кулыжный на различных съездах продвигал создание с/х коопераций и сбытовых объединений на их базе ("Союзкартофель", "Кустарсбыт" и т.п.) В 1916 году его услышали, создав первое подобное объединение, "Южно-русское кооперативное зерно". Но революционные события помешали компании развернуться.
Георгий Васильевич Храпак (1922-1974) покоится под скромным надгробием в виде мольберта. Художник и график, он был мастером городского пейзажа.
Но, прежде чем заняться пейзажем, Георгий Васильевич прямо со студенческой скамьи ушёл воевать на фронт, и прошёл всю войну фронтовым художником. Его рисунки публиковались в нашей прессе. А в 1945 году, проходя с войсками по Румынии, Георгий Васильевич написал... песню "Я тоскую по Родине".
Песня стала невероятно известной, но для самого художника это произведение не принесло ничего хорошего. Ибо музыку написал Жорж Ипсиланти, уехавший в США, а исполнил первым — Пётр Константинович Лещенко, уехавший в Румынию. За связь с эмигрантами в 1948 году Храпака посадили.
Реабилитирован художник был только через 5 лет, после смерти Сталина. И тогда уже занялся городскими пейзажами. Но лично мне больше всего нравятся его военные работы: "Севастополь в день освобождения 9 мая 1944 года" и "Советская авиация в боях за Берлин". В 1970 году Георгий Васильевич получил звание Заслуженного художника РСФСР.
Марк Владимирович Мильман (1935-1995) композитор, пианист и педагог Московской консерватории, в которой преподавал 60 (!) лет. Создатель оперы "Алые паруса" и множества других музыкальных произведений, больших и малых, в том числе немало детской музыки. Еще в 1930х получил премию на Всесоюзном конкурсе за лучшее исполнение Бетховена, но с тех пор сам не играл, предпочитая сочинять и учить играть других.
Везде удивительно мало информации о Марке Владимировиче, поэтому я так и не нашла, кем ему приходилась Татьяна Берлин. Но предположу, что женой.
Надгробие Олега Алексеевича Казанчеева (1956-2017) — не только память о талантливом актёре, но и галерея его образов. В Театре на Таганке он играл 20 лет множество ролей, в Театре им. Моссовета — роль одну, но какую! Иисуса в рок-опере "Иисус Христос — суперзвезда" (какой же прекрасный голос!..)
В фильмах снимался не так активно, как играл в театрах, но десятка три ролей его профессиональный путь насчитывает. Например, в таких фильмах, как "Ученик лекаря" (главная роль), "Мы из джаза", "Последняя дорога", "Комната потерянных игрушек", "Зверобой" и других.
А вот "хозяина" этого надгробия определить сложновато. Мне оно напомнило коммунальную квартиру, если честно. По датам кажется, что первым был похоронен прах Л.О. Золотарева в 1933 году, однако сама форма надгробия, со сбитым крестом, явно дореволюционного происхождения.
Красивый вазон с искренними словами скорби.
Георгий Александрович Градов (1911-1984) родился с фамилией Сутягин, но сменил её на более благозвучную, да и связанную со своей основной деятельностью: он был архитектором. Прошёл Великую Отечественную войну, занимаясь инженерной разведкой. После войны возглавлял мастерскую, проектировавшую город Сталинск, а ныне Новокузнецк.
Кстати, он стал отцом Заслуженной артистки РСФСР Екатерины Георгиевны Градовой, супруги Андрея Миронова.
Николай Михайлович Федоровский (1886-1956) стал основоположником прикладной минералогии в нашей стране. Его таланты ещё в юности разглядел сам Вернадский, и пригласил молодого человека на учёбу в Московский университет. В дальнейшем Федоровский подружился со своим учителем и сопровождал его в поиске радиоактивных руд.
Что касается заслуг самого Николая Михайловича, то их немеряно. Это и участие в основании Московской горной академии, и разработанная методика комплексного изучения полезных ископаемых, и классификация минералов по промышленному назначению, и основание Института минерального сырья (который ныне носит имя Федоровского), и многие книги и учебники по минералогии и ископаемым. Даже разработка советского законодательства о горных недрах не обошлась без его участия.
И это всё — всего за какие-то 20 лет. А потом, в 1937 году, Николай Михайлович был арестован "за антисоветскую деятельность", приговорён к 15 годам лагерей и уехал в Воркутлаг. Периодически его переводили, иногда давали работу почти по специальности, а потом вновь отправляли в очередной лагерь.
Реабилитацию в 1954 году он встретил в Норильске, и там же учёного разбил инсульт. Дочь перевезла Николая Михайловича в Москву, однако он так и не поправился.
Николай Михайлович Фореггер (1891-1939) был театральным режиссёром, балетмейстером, педагогом. Очень, очень много экспериментировал с формами и новыми приёмами. Так, в 1920 году он основал Мастерскую Фореггера (Мастфор), в которой работали в том числе и С.М. Эйзенштейн, и С.И. Юткевич, и Б.В. Барнет, и многие другие. Театр просуществовал 4 года, поражая зрителей необыкновенно новой эстетикой сатиры и гротеска.
После того, как здание Мастфора сгорело, Николай Михайлович работал во множестве разных театров. То ставил в Харькове "Князя Игоря", то — "Руслана и Людмилу" в Куйбышеве. А в театре, который мы все знаем ныне как Мариинский, участвовал в первой постановке "Любви к трём апельсинам" Прокофьева.
Архитектор Михаил Абрамович Готлиб (1908-1974) специализировался на проектировании ж/д объектов, его творения — вокзалы Ульяновска, Владимира, Уфы, Нижнего Новгорода.
Кроме того, он строил и типовые жилые дома. А вот с самым известным его зданием в Москве случился неприятный казус. Это так называемый "дом с башенками" около Белорусского вокзала, выстроенный для ж/д работников. Готлиб в соавторстве с Б.Д. Хилькевичем украсили здание множеством элементов: эркерами, выступами, башенками. Очень примечательный дом получился, да. Вот только через 2 года после завершения строительных работ, в 1955 году, вышло постановление "Об устранении излишеств в проектировании и строительстве", и строение сразу раскритиковали. Архитекторов лишили премии, а их начальство потеряло место.
Хорошо хоть дом не снесли.
Сейчас это объект культурного наследия.
Прежде чем перейду к завершающей части повествования, предлагаю посмотреть ещё фотографий с того посещения. Я немого поснимала и в самом "молодом" колумбарии, где наверху лестницы установлена прекрасная в своей торжественности женская статуя.
На Новом Донском кладбище был оборудован первый массовый крематорий в России (чуть было не написала "выстроен", но мы помним, что под крематорий переделали церковь).
В связи с чем здесь хоронили прах в том числе и репрессированных, о чём я уже упоминала в предыдущих рассказах. Всего таких мест захоронения три, они называются "Захоронения невостребованных прахов". Два из них сегодня покажу, до третьего я не дошла — как-нибудь в следующий раз.
По различным данным, здесь похоронили прах примерно 4500 — 5000 человек, начиная с 1930 года и заканчивая началом 1950х гг. Ю.В. Рябинин писал: "В период репрессий с Лубянки, из Лефортова, их других мест сюда грузовиками свозили трупы казненных или замученных. И сейчас на территории Нового Донского кладбища погребен прах В.К. Блюхера, А.И. Егорова, М.Н. Тухачевского, И.П. Уборевича, И.Э. Якира, А.В. Косарева, С.В. Косиора, А.М. Краснощекова, П.П. Постышева, М.Н. Рютина, А.И. Угарова, Н.А. Угланова, В.Я. Чубаря, а также Павла Васильева, Сергея Клычкова, Михаила Кольцова и многих других".
Ближе к 1990-м гг., когда спрашивать уже стало можно, родственники репрессированных обращались за информацией о местах захоронения их близких, и получали справки с указанием этих братских могил для праха.
Так, внучка театрального режиссёра Всеволода Эмильевича Мейерхольда, расстрелянного в 1940 году, добилась его реабилитации в 1955 году. Тогда она смогла написать имя деда на могиле его жены, актрисы Зинаиды Райх, на Ваганьковском кладбище. А в 1987 году узнала, что прах Мейерхольда — на Новом Донском.
Поэтому табличка режиссёра, как и множество других, здесь есть. И табличка маршала Блюхера, и писателя Бабеля, и академика Горбунова (кстати, под его руководством впервые в истории люди покорили высочайшую вершину СССР на Памире в Таджикистане — тогда она называлась пик Сталина), и профессора МГУ Матушевского, и многих других.
Захоронение невостребованных прахов № 1: период 1930-1942гг. Посередине установлена стела в память о всех жертвах репрессий, но её почти полностью скрывают памятные таблички:
Захоронение невостребованных прахов № 2: период 1942-1943гг. Здесь практически нет табличек, поскольку в военные годы особо никто не заморачивался с фиксацией захороненных здесь прахов. Данных почти нет.
Ну а про третью общую могилу напишу, повторяюсь, в следующий раз. Сейчас бы и снимки не влезли, учитывая установленные Дзеном лимиты в 100 штук...
Спасибо за внимание и на сегодня всё.
Заходите в ТГ-канал, уж не знаю сколько он ещё проживёт.
В ВК тоже наконец сделала канал, он явно проживёт подольше. Пока несколько бардачный. Хотя наконец придумала концепцию, надо будет заняться.