Есть мнение, что сейсмические бомбы были изобретены англичанином Барнсом Уоллесом, – и это, собственно, один из мифов, порождённых англосаксонским по преимуществу влиянием на Википедию, о которых речь шла в заглавии. Не принадлежит Британии и приоритет в производстве и практическом применении «сейсмических бомб», – это второй миф. Само же по себе существование боеприпасов данного типа – миф уже третий.
Но прежде об изобретении. Идея «сейсмической бомбы» не принадлежала, собственно, никому, являясь достоянием всего человечества. В межвоенный период множество мыслителей, любящих на досуге помышлять на темы повышения эффективности способов убийства и разрушения, на основании одной и той же информации приходили к предсказуемо одинаковым выводам.
Информацией же для размышлений являлись результаты стрельбы в морском бою. Поставленный на мгновенный подрыв фугасный снаряд не наносил практически никакого ущерба даже при небольшом недолёте. Разве что, надстройки корабля могли быть повреждены осколками, но это мелочь, в принципе. Другое дело, если не долетевший снаряд взрывался с задержкой – уже в толще воды. В таком случае эффект оказывался даже выше, чем при прямом попадании. Ударная волна была куда разрушительнее и распространялась в воде дальше, чем в воздухе, поражая при этом неприкрытую бронёй и, вообще, уязвимую часть корабля – днище.
...Но ведь это же должно работать и на суше? При подземном взрыве, распространяясь в грунте, ударная волна вызовет большие – и более «качественные», ведь удар придётся не по оконным стёклам, а по фундаментам, – разрушения, чем в случае взрыва на поверхности… Другое дело, что грунт – не вода, и глубоко вогнать в него снаряд само по себе проблема.
Собственно, Уоллес долго думать не стал, и предложил британскому правительству то же, что и прочие: нужная многотонная бомба с узким, обтекаемым и очень прочным корпусом. Сброс же следует производить с высоты более 10000 метров, чтобы снаряд набрал скорость свыше 1000 метров в секунду.
Британское правительство отреагировало на прожект предсказуемо. Никак. До Второй Мировой у Англии, во-первых, не было тяжёлых бомбардировщиков, способных поднять нагрузку в 5-10 тонн на высоту 10-12 километров… Во-вторых, не имелось тяжёлых четырёхмоторных бомбардировщиков вообще. Никаких.
Важно отметить, что на данном этапе вопрос о вероятности попадания «сейсмической бомбы» в цель со столь большой высоты ещё не ставился. Эффект применения данного вида оружия виделся, как разрушение застройки на большой площади. Соответственно, по площади требовалось и бомбить… Но в любом случае, немцы, как им казалось, придумали лучше. Собственных сумеречных гениев у них хватало, и концепцию «сейсмической бомбы» они воплотили путём создания суперпушки «Дора». Снаряды которой отвечали всем требованиям к такому типу боеприпасов, и, глубоко проникая в грунт, должны были вызывать нужный эффект…
И тогда же было установлено, что «сейсмическая бомба» – не работает. Во всяком случае, как «сейсмическая». Место попадания снаряда из гигантской пушки, если подрыв производился с задержкой, оказывалось… трудно найти. Каких-либо последствий подземного взрыва на поверхности не наблюдалось. Раскопки же показали каплевидное расширения диаметром 1.5 метра в конце пробитой 7-тонным снарядом 80-сантметрового диаметра скважины. Будучи, в отличие от воды, сжимаемым, грунт не хотел проводить ударную волну, а, напротив, эффективно поглощал её энергию.
На этом открытии история «сейсмических бомб» ожидаемо закончилась. Наибольший эффект при бомбардировках наземных сооружений производили, как скоро стало ясно, «блокбастеры» – тяжёлые фугасные бомбы с высоким коэффициентом наполнения (отношение массы заряда к массе боеприпаса), взрывающиеся на земле или даже над землёй.
...Эффект действительно был настолько велик, что немцы вздрогнули и начали зарываться в землю. Наиболее ценные стратегические сооружения скрылись под метрами бетона, о который корпус «блокбастера» просто разбивался. Взрывная волна также не оказывала действия на бункер. Вот, тогда англичане вспомнили об Уоллесе. Он же, в свою очередь, узнал, что изобрёл вовсе не «сейсмическую» бомбу, а бетонобойную.
Кстати, и не только. Настоящим шедевром Уоллеса стала «прыгающая», а на самом деле способная катиться по воде, бомба. Но это чудо заслуживает отдельной публикации. В рамках же данной необходимо отметить, что для производства и применения противобункерных «Толбоев» массой 5.5 тонн потребовалось разработать новые технологии и новую тактику.
И, во-первых, о технологиях. Корпус такой бомбы нельзя было варить, – требовалась высочайшая прочность. Выточить монолитную стальную деталь такой массы также представлялось на тот момент невозможным. Соответственно, корпус целиком отливали. Пока же он остывал, – это занимало несколько дней, – внутрь заливали расплавленный тротил. Бомба, кстати, не имела «очка» – отверстия в носовой части под установку взрывателя. Взрыватель, срабатывавший от перегрузок при ударе, вставлялся сзади… И не один. Дополнительно, при сбросе запускался часовой механизм самоликвидации.
Противобункерная бомба стоила как три истребителя, так что, использование каждой представляло собой спецоперацию. С тщательной разведкой цели, ожиданием идеальной погоды, расчисткой неба от немецких истребителей, и использованием специально подготовленных экипажей, упражнявшихся путём метания макета «Толбоя» по макету цели... Для атаки бункера, обычно, отправлялись два-три бомбардировщика, плюс, разведчики, наблюдающие результат метания. Любопытно, что в случае если цель была поражена, то лишние (а если не обнаружена или не доступна, то все) противобункерные бомбы требовалось доставить «домой». С точки зрения пилота Второй Мировой это само по себе было дикостью. Самолёт никогда не садился с бомбами на борту, – взрыватели уже были взведены, это было слишком опасно для экипажа и аэродрома. По цели, нет ли, бомбы сбрасывались над вражеской территорией или над морем… Но не в данном случае. Даже если бы бомбардировщик разбился при посадке, «Толбой», наружного взрывателя не имевший, уцелел бы и его можно было бы использовать повторно.
...Ближе к концу войны на вооружении Королевских ВВС появился «Grand Slam» («Большой Бум») массой 10 тонн, а уже после войны, в расчёте на русский размер, американцы стали производить 20-тонные противобункерные бомбы.