Страна у нас большая, 11 часовых поясов, и единственное, что нас всех объединяет - никогда не заходящее над нами Ярило и сильная воля одного человека, поддерживающая остальных. Скорбная весть о кончине прекрасного писателя в 2017 году застала многих, любивших его людей врасплох. И его тоже... Как же так?
Он зашел в кладовку, открыл портфель, набитый черновиками, достал два листка с печатным текстом, пробежал его глазами и долго укорял себя, что не успел включить маленький рассказ в сборник и не послал человеку, которого всегда так уважал и восхищался его талантом.
… Стук железных колес бил по стучащему в его груди сердцу.
- У меня тоже. – Прошептала она.
Спутник еще сильнее сжал её руки в своих ладонях и посмотрел в занавешенное окно.
- Сейчас после моста будет станция Дёма. Приготовься.
Милое лицо красавицы не выразило испуг, только одно желание – быть всегда рядом. Лязгнули стыки вагонов. На перроне - толчея людей, желающих попасть на поезд до Москвы. Прогудел подходящий встречный. Остановка три минуты. Они тихо вышли из вагона, пригнувшись, прошмыгнули под ним, как раз под гудок подходящего поезда в другую сторону.
- А билеты? – Задала она вполне резонный вопрос. Но спутник только похлопал себя по карману пиджака и улыбнулся. Это придало ей ещё больше уверенности.
Они познакомились в редакции местной типографии, куда он принес свой первый литературный опус. Решился. До этого оттачивал перо в стенгазете, в районной прессе Белорецка и в республиканской «Красной Башкирии».
Посетителя встретила молодая симпатичная девушка, нашедшая в принесенном чистовике массу сырого материала. Но молодой человек ни капли не был обескуражен, привлек девушку к себе при передаче листков из рук в руки и запечатлел на её губах долгий и страстный поцелуй. Уже потом юноша показал, как он умеет стоять вниз головой на руках. Кажется, в парке возле Солдатского озера. Его не остановило то обстоятельство, что девушка замужем, а законный муж занимает в пеницитарных структурах звание офицера НКВД. Как раз в Уфе, в той её части, которая в народе называется Черниковкой, и где в одной из тюрем содержалась по этапу великая русская певица Нина Русланова.
Как только доброжелатели донесли историю ухаживаний молодого человека за его женой, за наглецом было установлено наблюдение. Посыпались анонимные угрозы по телефону и в письменном виде.
Каким же надо было быть лихим мужиком, чтобы в тридцатые годы, когда тебя могли стереть в лагерную труху и пыль, не отступиться, настоять на своём, и поверить в вечное слово – любовь!
Соседи говорили ей - дура. А девушка пошла в городской загс, показала письма с угрозами и тут же получила развод без согласия мужа.
Теперь ход был за ним. За парочкой устроили негласный надзор. Оба чувствовали кожей надвигающуюся опасность. Представьте, вы идете по липовой аллее, ярко светит солнце, мимо проходят улыбчивые уфимцы в выходной день, мальчик со смехом катится на трехколесном велосипеде, опережая своих родителей:
- Осторожнее, малыш! Не спеши!
А позади, за мирно шагающей в обнимку парой, следует какой-то тип с невзрачным лицом, уплетающий мороженое. Она сдерживала его, чтобы он не развернулся и не дал кулаком по наглой, ухмыляющейся физиономии.
Побег из города решили обставить тайно и незаметно. План разработал он, утаив главное.
Как только товарищу в ярко кобальтовых галифе доложили про исчезновение его бывшей супруги и юного борзописца, тут же выяснили, что они взяли билеты на поезд до Москвы. По пути следования состава была дана телеграмма о немедленном задержании двух едущих на запад страны персон. Конечно, их искали. Заходили в вагон, спрашивали проводников, проверяли все купе. Отчитывались, и получали новые депеши, как прижучить беглецов.
А другой состав увозил влюбленную пару в противоположном направлении, на восток страны, в Комсомольск-на-Амуре. На великие народные стройки. «Ту-ту», - протяжно гудел паровоз. «Ту-ту», - отдавалось в их ушах. И через девять месяцев у пары родился мальчик, которого они нарекли Михаилом.