Я недавно решила углубиться в биографии советских вождей. Не в их речи и постановления, а именно в то, откуда они родом. И поняла одну простую вещь. В Союзе национальность была просто строчкой в паспорте. Никто не делал из неё культа.
Человек славил страну делами. А не наоборот.
После девяностых всё перевернулось. Вдруг все бросились рыть архивы и выяснять, кто кем был на самом деле. И открылась картина, от которой глаза на лоб лезут. Наши лидеры оказались настоящим коктейлем народов.
Возьмём Ленина. По материнской линии его прапрадед Ицко Бланк жил евреем на Волыни в Староконстантинове. Сын Мошко скандалил с соседями так, что его даже в поджоге обвиняли. От одного дома по всей улице двадцать два полыхнули.
В тысяча восемьсот двадцатом семья перебралась в Петербург. Черта оседлости заставила сменить веру. Исраэль стал Александром Дмитриевичем. Крестным был сенатор Баранов. Женился на Анне Гроссшопф — наполовину немке, наполовину шведке.
В тридцать пятом году родилась дочь Мария. А она в семидесятом подарила им внука Володю.
По отцу дед Ленина — Николай Васильевич, вольный крестьянин из Нижегородской губернии. Великоросс. Хотя некоторые считают его мордвином. Бабка Анна Алексеевна Смирнова. Есть версия про крещёного калмыка в предках, но документов нет.
Илья Николаевич, отец Ленина, официально русский. Но монгольская примесь заметна была. Выдающиеся скулы и разрез глаз говорили сами за себя.
Никто тогда не кричал «не наш». Интернационализм был официальной линией.
В двадцатые годы даже еврейскую автономию в Биробиджане создали. Чтобы все народы чувствовали себя равными.
А теперь Сталин. Слухов хватало на десятерых. То еврейские корни, то дворянские — Радзинский уверял, что отец Пржевальский. Но в две тысячи шестнадцатом внук Александр Бурдонский сдал ДНК.
Результат — гаплогруппа G2. Девяносто процентов у сванов, восемьдесят восемь у ингушей, семьдесят у осетин. Встречается и у грузин, греков, крымских татар.
Все предки — крепостные грузинских князей. Сам родился в бедной семье. Отец — простой сапожник из Гори.
Сталин был грузином до мозга костей. С акцентом говорил заметным. Но это никого не смущало.
Короткий: Слухи развеялись.
После него полгода правил Маленков. С марта по сентябрь пятьдесят третьего. Род македонский. Дед дослужился до полковника, брат стал контр-адмиралом. Отец — железнодорожник.
Мать — казачка Анастасия Шемякина. Деда в кузнице казахи звали Джагаром. Отсюда версия про казахские корни.
Правильнее сказать — русский с македонскими.
Никита Сергеевич Хрущёв очень гордился крестьянским происхождением. Хотя ходила версия, что он незаконный сын польского помещика Александра Гасвицкого. Мать у него работала. Тот не отрицал отцовства.
В четырнадцатом году от войны отмазали. Помещик дал рекомендательное письмо немцу Киршу. Так семья попала в Юзовку. Хрущёв там не в шахте горбатился, а управляющим поместьем работал.
Его оттепель получилась народной. Прямо от этих корней.
Леонид Ильич Брежнев всех запутал по полной. Сталин звал его молдаванином — по должности. В Казахстане пошли слухи про казахские корни. Сам в тридцать пятом году в анкете написал «украинец». Потом везде ставил «русский».
Мать имела польские корни и неплохо говорила по-польски. Отец то донской казак, то русский. Биография — как зеркало всей эпохи.
Юрий Владимирович Андропов менял фамилии как перчатки. До тридцать первого был Андропов-Федоров. Слухи про еврейские корни отца и матери ходили упорно. Хотя сам утверждал, что Файнштейны были приёмными.
Отец умер от тифа в девятнадцатом. Мать вышла за грека Андропуло, который усыновил мальчика. Потом ещё один отчим — помощник машиниста Федоров — дал вторую фамилию.
Официально русский. Но в кулуарах шептались долго.
Константин Устинович Черненко — сибиряк чистой воды. Из села Большая Тесь Енисейской губернии. Отец украинец Устин Демидович. Золотодобычей промышлял, да так и осел.
Мать Харита Федоровна Терская. Имя греческое, фамилия от гребенских казаков.
Михаил Сергеевич Горбачёв. Отец Сергей Андреевич — русский. Мать Мария Пантелеевна Гопкало — украинка.
Была даже совсем дикая версия: отец якобы турецкий солдат Мехмет Якуп из плена. Познакомился с матерью, сбежал, а Сергей Горбачёв потом усыновил и дал фамилию.
Корни русско-украинские. И перестройка от этого видения страны как одной большой семьи.
В целом Советский Союз был огромным котлом. Больше ста национальностей. В двадцатые годы политика коренизации поднимала национальные языки и кадры. Потом всё уравняли под один стержень. Но суть осталась.
Многие браки были смешанными. К восьмидесятым годам каждый четвёртый. Это делало страну крепче.
Сегодня графы «национальность» в паспорте нет. С девяностых убрали. Зато ДНК-тесты стали настоящим хитом. Миллионы людей сдали. И часто вылезают неожиданные проценты — балтийские, кавказские, азиатские.
Я подруге посоветовала. У неё вдруг балтийские корни обнаружились. Хотя всю жизнь считала себя просто русской.
И это круто. Показывает: мы все переплетены. В те времена не спрашивали «чистый ли ты». Спрашивали «что ты сделал для страны».
После такого чтения остаётся лёгкое послевкусие. История оказалась живой и смешанной, как наши собственные семьи.