Когда город ещё только расправлял свои трамвайные сети и тёплый свет пробивался сквозь жалюзи, на кухне у Марии уже щёлкал нож по доске. На столе лежали тёмный хлеб, сливочное масло, веточка укропа, тонкие ломтики красной рыбы и лимон — всё то, что превращало обычное утро в небольшой ритуал.
Мария помнила, как в детстве отец приходил с рыбацкого рынка с целой бумажной пачкой рыбы, ещё тёплой от разговора продавцов. Тогда она ела бутерброды, сидя на подоконнике и глядя на двор, где дети скакали через скакалки. Теперь, когда отец уехал жить в другой город, она готовила те же самые бутерброды как будто для двоих — для себя и для памяти.
Она намазывала хлеб тонким слоем сливочного масла — не слишком много, но достаточно, чтобы хлеб блестел. Затем аккуратно укладывала ломтики красной рыбы, которые казались почти прозрачными при свете утра. Несколько капель лимона, щепотка укропа — и аромат наполнял комнату: свежесть моря и сладость масла смешивались, как старые фотографии и разговоры.
Пе