Когда в 1943 году экипажи StuG III Ausf.G выходили на задание, они часто спорили о том, какое орудие лучше. 75-мм длинноствольная пушка — точная, дальнобойная, идеальная для охоты на танки. Но когда нужно было выкурить врага из укреплённого дома, разбить дот или просто подавить пехотный взвод, залегший в овраге, её осколочно-фугасный снаряд оказывался слишком слабым. Пехотинцы требовали чего-то посерьёзнее.
И тогда на поле боя появлялись низкие, приземистые машины с коротким, чуть приплюснутым стволом. Это были StuH 42 — те же «штуги», но с 105-мм гаубицей. Их прозвали «кувалдами», и те, кто однажды работал с ними в паре, предпочитали их длинноствольным собратьям, потому что один выстрел из такой «кувалды» решал всё, что 75-мм пушка делала за пять.
Рождение идеи: когда 75-мм фугаса стало мало
Странно, но факт: StuG III, изначально задуманный как помощник пехоты, к 1942 году превратился в истребителя танков. Длинноствольная пушка StuK 40 L/48 отлично пробивала броню, но её осколочно-фугасный снаряд оставался тем же, что и у короткоствольного предшественника, — всего 680 граммов взрывчатки. Этого хватало, чтобы уничтожить пулемётное гнездо, но против капитального дерево-земляного укрепления или кирпичного дома сила была недостаточной.
Командование вермахта вспомнило, для чего вообще создавались штурмовые орудия. В 1941 году, ещё до массового появления длинноствольных «штугов», был сформулирован заказ: нужна машина с баллистикой лёгкой полевой гаубицы leFH 18 — 105-мм орудие, способное стрелять мощным фугасом на дальность до трёх километров.
Идея заключалась в том, чтобы иметь в штурмовых батареях обе машины: одни бьют по танкам, другие — по укреплениям и живой силе. Осенью 1942 года первые прототипы появились, переделанные из обычных StuG III Ausf.F. Гитлеру новинку показали 2 октября 1942 года. Фюрер оценил главное: высота линии огня составляла всего 1,55 метра — машину было трудно заметить и легко замаскировать.
Чем StuH 42 отличался от обычного «штуга»
Внешне StuH 42 легко отличить по короткому, толстому стволу калибра 105 мм с характерным дульным тормозом (хотя на поздних машинах тормоз часто не ставили — экономили ресурсы). Длина ствола составляла 28 калибров — заметно меньше, чем у 75-мм противотанковой пушки. Это делало снаряд медленнее (начальная скорость бронебойного снаряда PzGr — всего 475 м/с), но осколочно-фугасный (F.H.Gr) нёс 1,75 кг взрывчатки — в два с половиной раза больше, чем у 75-мм орудия. Один такой снаряд гарантированно разрушал полевой форт, пробивал стену дома или накрывал взвод пехоты в радиусе 15–20 метров.
Боекомплект StuH 42 составлял 36 выстрелов — меньше, чем у линейного StuG (54), потому что 105-мм снаряды крупнее и тяжелее. Основную часть боекомплекта (26 выстрелов) составляли осколочно-фугасные, остальные 10 — кумулятивные. Для гаубицы с раздельным заряжанием (сначала досылается снаряд, потом гильза с зарядом) это было неплохо, но скорострельность падала до 3–4 выстрелов в минуту — медленнее, чем у 75-мм пушки.
Экипаж оставался тем же — четыре человека: командир, наводчик, заряжающий и механик-водитель. Броневая защита не отличалась от поздних Ausf.G: лоб 80 мм, борт 30 мм, плюс бортовые экраны-шюрцены. Главным недостатком, как и у всех «штугов», оставались узкие углы горизонтальной наводки — всего ±10°. Но для работы в пехотных боевых порядках, где самоходка не гоняется за танками, а поддерживает атаку с места, этого хватало.
Друзья, как вы думаете, почему в эпоху повального увлечения длинными стволами и борьбой с танками немцы всё же нашли время и ресурсы для создания 105-мм гаубицы на том же шасси? И стоила ли овчинка выделки? Напишите в комментариях.
Интересный факт: для StuH 42 был создан унитарный патрон с кумулятивным снарядом в удлинённой гильзе, чтобы повысить скорострельность при стрельбе по танкам. Но в серию он не пошёл — война близилась к концу, и усложнять производство не стали.
Кумулятивный сюрприз: как гаубица стала истребителем танков
Главным секретом StuH 42 была способность бороться с танками, несмотря на «гаубичное» происхождение. Для этого использовались кумулятивные снаряды Gr.39 rot Hl/C, которые пробивали до 100 мм брони под любым углом и на любой дистанции. Снаряд весом 12 кг разгонялся до 495 м/с — быстрее, чем осколочно-фугасный, и с пробитием 115 мм уверенно поражал любой средний танк союзников. Правда, заброневое действие кумулятивных снарядов было слабее, чем у каморных, — взрыв направлен вперёд, и экипаж не всегда гарантированно выводился из строя с одного попадания.
На практике это означало, что StuH 42 мог работать по любым целям: против дотов и пехоты — осколочно-фугасным, против танков — кумулятивным. Универсальность делала его желанным гостем в любой батарее. В отличие от 75-мм StuG, который специализировался на борьбе с бронетехникой, «кувалда» была готова к любой задаче.
Вот что писалось в технических документах:
«Основной боекомплект состоял из 26 осколочно-фугасных и 10 кумулятивных выстрелов. Для борьбы с сильнобронированными целями применялись кумулятивные снаряды, бронебойное действие которых достигало 90–100 мм».
Статистика производства: сколько их было
StuH 42 выпускали серийно с марта 1943 года по февраль 1945-го на том же заводе Alkett в Берлине-Шпандау, что и обычные StuG. Всего за это время собрали 1311 машин. Для сравнения: StuG III всех модификаций выпустили около 10 000 штук, то есть каждый восьмой «штуг» был гаубичным. Пик производства пришёлся на 1944 год, когда сдали 903 машины.
Это немного — всего 1300 машин на всю войну. Но они ценились настолько высоко, что их старались распределять равномерно: к началу 1944 года в каждой батарее штурмовых орудий один из четырёх взводов комплектовали гаубицами, чтобы сочетать достоинства настильного огня 75-мм пушек и навесного — 105-мм.
В бою: как работала «кувалда»
Первое крупное применение StuH 42 состоялось летом 1943 года на Курской дуге. Из 53 машин, участвовавших в битве, безвозвратно потеряли 38 . Потери были высокими, но задача, которую они решали, того стоила. В наступлении, когда пехота упиралась в хорошо укреплённые позиции, «штухи» выкатывались вперёд и буквально выбивали противника из окопов и домов.
В обороне они становились кошмаром для наступающей пехоты: низкий силуэт позволял замаскироваться, а мощный фугасный снаряд накрывал целые взводы. Экипажи любили StuH 42 за то, что он мог одним выстрелом сделать то, на что 75-мм орудию требовалась целая батарея.
Недостатки — медленное заряжание (раздельное, нужен был заряжающий с хорошей физической подготовкой) и малый боекомплект — компенсировались уверенностью, что если ты выстрелил, то цель уничтожена.
Интересный факт: в 1944 году в Голландии, во время боёв под Остербеком, StuH 42 из 280-й бригады штурмовых орудий использовали для уличных боёв. Машины были так хорошо замаскированы ветками, что англичане, по их собственным воспоминаниям, замечали их только после выстрела, когда было уже поздно.
Почему её полюбили больше, чем длинную пушку
Вопрос, вынесенный в заголовок, имеет простой ответ: StuH 42 был универсальным солдатом. 75-мм StuG был отличным охотником на танки, но для поддержки пехоты, для прорыва укреплений, для городских боёв он годился лишь условно. Его фугас был слаб, а поразить цель за толстой стеной или в глубоком окопе было сложно.
StuH 42, напротив, мог всё. Кумулятивный снаряд — против танков, осколочно-фугасный — против всего остального. Одно орудие, одна машина, два принципиально разных способа применения. Экипажи ценили это. Пехота, которую они поддерживали, ценила это ещё больше. Не случайно к концу войны в каждой штурмовой батарее обязательно был хотя бы один взвод StuH 42.
Друзья, если вам понравился этот материал и вы хотите разобраться в других неочевидных страницах бронетехники Второй мировой — подписывайтесь на канал и делитесь с друзьями. Впереди рассказ о том, как устроен StuG III изнутри, как работал его экипаж и почему четыре человека в тесной рубке умудрялись побеждать.