За окнами квартиры на седьмом этаже уже давно сгустились ранние мартовские сумерки. День выдался на редкость капризным: с утра солнце отчаянно сражалось с тучами, заливая город обманчиво-ярким светом, от которого слезились глаза и хотелось верить в скорую весну. Но к обеду небо затянуло плотной, ватной серостью, и к вечеру пошел снег. Крупные, ленивые хлопья падали на еще не остывший асфальт и тут же таяли, превращая тротуары в опасное месиво из воды и льда. В такую погоду особенно остро чувствовалась усталость, и даже мысли о доме грели с трудом.
Антонина Витальевна, вернулась с работы поздно. Сегодня было открытие новой поликлиники в райцентре, пришлось присутствовать. Устала до безумия. Это только кажется, что работать в министерстве, означает, сидеть в кабинете и отдавать распоряжения. На самом деле – адский труд. И об этом Антонина Витальевна Левицкая знает не понаслышке.
Скинув в прихожей сапоги на устойчивом каблуке и повесив пальто, она с наслаждением сунула ноги в мягкие домашние туфли. Тишина в квартире после гудения чиновничьих голосов и звона фужеров на фуршете показалась ей настоящим спасением. Дома была тишина. Домработница Галина Борисовна уже уехала домой, а муж Антонины, как всегда, наверное уже спит. Из глубины квартиры был слышен звук телевизора. Антонина вошла в гостиную, увидела, что Анатолий лежит на диване, похрапывая и выключила телевизор. Муж вздрогнул и открыв глаза.
— А, Тонечка, пришла наконец-то, – сказал он и потянулся.
Анатолий Степанович, все еще крепкий мужчина с добрым, немного отечным после сна лицом и аккуратно зачесанными назад седыми волосами, попытался сесть поудобнее. Свет от торшера мягко освещал комнату, выхватывая из полумрака его домашний вязаный свитер и книгу, упавшую на пол.
— Привет, милый. Ты уже ужинал? – улыбнулась жена.
— Нет, конечно. Тебя жду, – Анатолий сел на диване и потер ладонями лицо, — без тебя мне кусок в горло не лезет, ты же знаешь.
—Знаю, знаю, – Антонина Витальевна поцеловала мужа в щеку и пригладила его взъерошенные волосы, – сейчас переоденусь и будем ужинать.
Своего мужа – 60-летнего Анатолия Степановича Левицкого, Антонина обожала. Это был ее первый брак. Мужчина и женщина поженились, когда им было уже за пятьдесят. Тоня уже думала, что так и будет жить одна, но так получилось, что в 52 года влюбилась как девчонка. Замужем она никогда не была, хотя у нее была дочь – 23-летняя Кира. Единственная и любимая, самая обожаемая девочка, ради которой мама была готова на все.
В свои пятьдесят с хвостиком Антонина Витальевна выглядела великолепно: подтянутая, с идеальной осанкой, которую не могли испортить никакие совещания, и аккуратно уложенными в каре каштановыми волосами, лишь тронутыми у висков благородной сединой. Серые глаза смотрели на мир внимательно и чуть устало.
Киру Антонина родила в 35 лет. Всю жизнь работала, строила карьеру, добивалась высот, а потом поняла, что если сейчас не родит, то может навсегда остаться одна. Отцом Киры стал мужчина, с которым Антонина познакомилась во время отдыха в Турции. Он был молодым, стройным, изумительно красивым брюнетом, который почти не говорил по-русски.
После возвращения домой, Антонина больше никогда не видела своего страстного брюнета. Даже фотографии его не было. Впрочем, зачем ей его фотография? Все, что она хотела, она получила и спустя девять месяцев родила прекрасную темноволосую девочку с глазами цвета неба. С этого дня, Антонина жила только ради дочери.
Все самое лучшее для Киры. Кирочка никогда и ни в чем не нуждалась и выросла не то, чтобы избалованным ребенком, но – со своим мнением. Спорить с Кирой, доказать ей что-либо было невозможно. Так было с детства: если Кира чего-то хочет, то спорить бесполезно.
Кира, в свои двадцать три, была яркой копией своего неуловимого отца: высокая, тонкая, с копной непослушных темных волос, которые она вечно собирала на затылке, и невероятными глазами — огромными, серо-голубыми, в ясную погоду напоминавшими весеннее небо, а в гневе — грозовое море.
Когда Кирочке было 18 лет и она уже училась на первом курсе медицинского университета на стоматологическом факультете, Антонина встретила Анатолия. 55-летний вдовец жил один, детей у него не было – не сложилось, зато была транспортная компания, которую он считал своим детищем. Анатолий оказался прекрасным человеком – добрым, заботливым и хорошо обеспеченным.
В деловых кругах Левицкий имел очень хорошую репутацию, в общем, со всех сторон подходил Антонине Витальевне, которая и сама была не последним человеком в городе. Она в тот момент возглавляла управление организации медицинской помощи детям в министерстве здравоохранения региона. Не могла же она связать свою судьбу с каким-то слесарем? А Анатолий очень даже подходил! Единственное, чего боялась Антонина Витальевна – это того, что дочь будет против. Но Кира только поддержала мать, чему Антонина очень обрадовалась.
Анатолий и Кира очень быстро подружились и девушка даже начала называть его “батя”. Вроде бы и в шутку, но… зная Киру, Антонина поняла, что дочь приняла Анатолия в семью безоговорочно.
С тех пор, как Анатолий Степанович переехал в элитную пятикомнатную квартиру жены, в доме звучали только смех и радость. Антонина не раз думала: “неужели Кирочка так рада, что я наконец-то счастлива?” Оказалось, что дело не только в этом. Оказалось, что Кира тоже влюблена! Влюблена в парня, который учился вместе с ней в медицинском университете, но на два курса старше. Виктор был отличником, учился на лечебном факультете, мечтал поступить в ординатуру и стать нейрохирургом. Но на этом его достоинства заканчивались.
Когда Кира познакомила мать и отчима со своим женихом, то парень понравился Антонине Витальевне, но когда дочь рассказала о семье Виктора, мать опешила:
— Из деревни? Из многодетной семьи? – повторила Антонина слова дочери.
— Ну из деревни.. ну, из многодетной семьи и что? – пожала плечами Кира.
— Нет, не в этом дело, – нахмурилась мать. — Кирочка, ты меня разыгрываешь или серьезно говоришь, что отец твоего Виктора спился и умер от цирроза в сорок два года, а мать работает дояркой? – дрожащим голосом спросила мама и тут же улыбнулась, но улыбка получилась какой-то кривой, — нет… нет, разыгрываешь конечно же.
— Нет. Это правда, – надула губы Кира, – ну и что? Во-первых, Клавдия Ивановна не работает дояркой, у нее собственное хозяйство! Десять коров, два племенных бычка, овец целая… целая отара! Она – кремень женщина! Четверых детей растит, сыну помогает учиться в городе. Да на таких женщинах вся страна держится.
— Может быть… может быть, но только бы подальше от нас, – рассердилась мать. — Он тебе не пара!
— Да ладно тебе, Тонь, – улыбнулся Анатолий, – я и сам из деревни, и что? Хороший парень, умный, добрый.
– А наследственность? Он - сын алкаша! – не унималась Антонина. — Может и сам на пьяную руку сделан.
— Мама! – закричала Кира, – если ты сейчас же не прекратишь, – глаза Киры потемнели и стали похожи на небо перед грозой. Антонина хорошо знала свою дочь. Она знала, что Кира не остановится и если она хочет быть с этим… деревенским студентишкой, то так тому и быть.
Мать хорошо помнила, как в детстве Кира ушла из дома из-за того, что мать не разрешила ей принести в дом блохастого котенка, которого она подобрала где-то на улице. Киру искала вся полиция города целых три дня и именно тогда, Антонина обнаружила у себя первую седину.
Были и другие случаи, вспоминая о которых, Антонина непроизвольно вздрагивала.
—Ладно, Кирочка, извини. Парень он неплохой. Посмотрим…
Но чем больше Антонина присматривалась к жениху дочери, тем больше она понимала, что парень, действительно, идеальный – добрый, заботливый, умный, очень воспитанный и любит ее дочь по-настоящему. Высокий, широкоплечий, с открытым лицом и спокойными серыми глазами, он производил впечатление надежности.
И, что скрывать, он был невероятно похож на того самого молодого турка из ее далекого прошлого, только в русом, а не в чернявом варианте.
Все закончилось свадьбой. Кире тогда должно было исполниться вот-вот 23, а Виктору - 25 и парень уже учился на первом курсе в ординатуре и уже работал, а Кира была на пятом курсе в университете. В этом году Кира получила диплом специалитета и сообщила родителям о своей беременности. Сейчас уже 12 недель.
Антонина невероятно счастлива. И с нетерпением ждет рождения внука или внучки. Даже предложила детям переехать пока к ним с Анатолием, но Кира и Виктор отказались. Они отказались даже жить в квартире Анатолия Степановича, в которой он жил до женитьбы. Решили, что с самого начала начнут приучаться к самостоятельной жизни и арендовали квартиру.
Кое-как справлялись, хоть было и нелегко. От помощи своей матери Виктор давно отказался, знал, что ей и так тяжело. А вот Кирочка не могла отказать маме и Антонина регулярно подкидывала доченьке денег, а на день рождения подарила новую машину.
Едва Антонина и Анатолий закончили свой ужин, состоявший из приготовленных Галей куриных котлет с картофельным пюре, и не спеша пили чай с мятой и лимоном, прозвучал звонок. На экране определился номер Кирочки:
— Да, доченька, слушаю, – улыбнулась мать.
— Мам, привет, – как-то взволнованно произнесла Кира.
—Доченька, что случилось? – нахмурилась Антонина, а муж замер с чашкой у рта.
— Ничего, все нормально. Я сегодня на скрининге была, на первом. Поговорить нужно, – вздохнула Кира.
— Что-нибудь с малышом? – сердце Антонины начало биться быстрее.
— Нет, все нормально. Плод развивается, все в пределах… просто, давай встретимся завтра и поговорим, – снова вздохнула Кира.
— Кирюш, ну неужели нельзя сказать по телефону хоть что-то? – чуть не закричала мать и уже спокойнее добавила, – я же волнуюсь…
— А ты не волнуйся! Я же сказала, все хорошо! Или ты не хочешь видеть меня? – начала нервничать Кира.
— Конечно, хочу! Конечно. Давай завтра в два в “Золотом тюльпане”, окей? — попыталась улыбнуться мать.
— Хорошо, я буду, – уже спокойно ответила Кира. – Целую тебя, люблю.
— Я тоже, – ответила Антонина, но дочь уже отключила телефон.
—Что там, Тонь? – поспешил спросить, молчавший до этого Анатолий.
— Не знаю. Мне кажется, что-то случилось. Сердцем чувствую.
— Тонечка, ну что ты сразу волнуешься? – Анатолий Степанович накрыл руку жены своей большой, теплой ладонью. — Просто Кирюшка беременна, гормоны… то да сё, ну, волнуется, нервничает. Все нормально, милая, не волнуйся.
— Ты думаешь? – встревоженно спросила жена.
— Конечно! Поверь, все будет хорошо, — муж подмигнул, затем поправил прядь волос и вздохнул, – пойдем спать, Тонь, завтра вставать ни свет ни заря.
— Пойдем, – улыбнулась Антонина, но сердце ее было не на месте.
******
Ночь прошла тревожно. Антонина Витальевна ворочалась до самого утра, прислушиваясь к завыванию ветра за окном и шороху мокрого снега по стеклу. Анатолий Степанович, чувствуя состояние жены, крепко обнимал ее во сне, но это не помогало. Мысли роем кружились в голове: что могло случиться? Почему Кира не сказала ничего по телефону? Сердце сжималось от нехороших предчувствий.
Утро снегопад усилился, и огромные пушистые хлопья залепили окна, создавая в квартире ощущение уютного, но тревожного кокона. Антонина Витальевна выпила кофе без всякого аппетита, долго выбирала наряд — строгий серый костюм с юбкой-карандаш и шелковую блузу цвета слоновой кости. К встрече с дочерью нужно было подготовиться и морально, и внешне. Она тщательно уложила волосы, сделала сдержанный макияж, стараясь скрыть синеву под глазами, и ровно в час дня вышла из дома.
Когда Антонина Витальевна приехала, припарковав свою шикарную иномарку возле кафе, дочь уже была там.
«Золотой тюльпан» считался одним из самых уютных заведений в центре. Небольшой зал в пастельных тонах, живые орхидеи на каждом столике, мягкий свет от дизайнерских светильников и неизменный запах свежей выпечки и хорошего кофе. Антонина любила это место за ненавязчивую атмосферу и возможность спокойно поговорить.
Сквозь большое панорамное окно, по которому стекали капли тающего снега, она увидела дочь. Кира помахала матери через стекло, сидя за столиком возле окна. Выглядела Кира абсолютно счастливой, у матери сразу отлегло от сердца.
Когда мать подошла к столику, Кира что-то увлеченно читала в телефоне, но увидев мать, отложила его и заулыбалась открытой, искренней улыбкой, которая всегда растопила бы сердце любой матери. Антонина на мгновение замерла, любуясь дочерью, и поймала себя на мысли, что даже беременность не испортила ее тонкой, изящной фигуры — только появилась какая-то особая, трогательная мягкость в движениях.
— Здравствуй, милая, – улыбнулась Антонина, поцеловала дочь и села за столик.
— Привет, мам, я заказала твое любимое капучино и мороженое с фисташками, – радостно сообщила дочь.
— Спасибо, солнышко, – расцвела мать. Ей было приятно. Кирочка никогда не забывала о предпочтениях мамы, — ну, рассказывай, как скрининг?
— Все отлично, – сказала Кира и махнула рукой, – ну, с небольшими деталями.
— С какими? – поинтересовалась мама, наблюдая как официант расставляет на столе чашки и вазочки.
Кира уже доставала из сумочки файлы с документами и едва официант ушел, она вздохнула:
— Мама, наш малыш… он… ну, скорее всего, он будет особенный ребенок, – тихо сказала Кира.
Антонина Витальевна как раз поднесла чашку с дымящимся капучино к губам, но так и замерла, не сделав глотка. Аромат кофе смешался с внезапным запахом горечи во рту. Она смотрела и не сразу смогла осознать услышанное.
— Конечно, – улыбнулась мать, не понимая куда клонит дочка, – конечно, особенный! Принц или принцесса. Бабушка все сделает, чтобы наше чудо росло в самых лучших условиях.
— Нет, ты не поняла, – покачала головой Кира, — я говорю об особенностях развития…
— О чем…о чем ты говоришь? – растерялась мать.
— О хромосомной патологии, – слегка улыбнулась Кира, – синдром Дауна. Слышала о таком?
В глазах Антонины все поплыло. Мягкий свет ламп вдруг показался ослепительно-ярким, а очертания фисташкового мороженого в вазочке расплылись в одно цветное пятно. Где-то на периферии сознания зазвучала приглушенная музыка, льющаяся из динамиков, но она казалась насмешкой…
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.