Представьте : вы легли спать, а через час в вашу спальню врываются двадцать человек. С ножами. И все они ваши же сотрудники, которым вы платили зарплату, доверяли ключи от дома, брали с собой в отпуск.
Примерно так закончилась жизнь князя Андрея Боголюбского в ночь на 29 июня 1174 года.
И знаете, что самое страшное? Он их сам приблизил. Сам поднял с колен. Сам сделал своими людьми.
Давайте разбираться, почему "свои" становятся страшнее любых врагов.
История первая. Про Анбала.
Был у князя ключник по имени Анбал. Ясин по происхождению, осетин то есть. Пришёл когда-то в рубище, босой, голодный. Князь его пожалел, пригрел, одел в бархат, поставил управлять всем домом. Анбал стал правой рукой .Где князь, там и Анбал.
А потом этот же Анбал оказался среди убийц.
И не просто оказался - он подготовился. За несколько часов до нападения вынес из спальни княжеский меч. Тот самый, что принадлежал когда-то святому Борису. Андрей остался без оружия.
Знаете, бывает такое: поднимешь человека с самого дна, сделаешь его большим, а он тебя тихо ненавидит. Не за то, что плохо сделал, а за то, что помнишь его нищим. Каждый раз, глядя на тебя, он видит своё прошлое унижение. И единственный способ избавиться от этого чувства убрать тебя.
После убийства слуга Козма просил у Анбала ковёр — тело князя прикрыть. Холодно же, лежит голый на земле. А Анбал ответил: «Мы готовим его на съедение псам».
Вот так. Человек, которого вытащили из грязи, готов отдать благодетеля собакам.
В современных организациях таких историй вагон. Помните случаи, когда личный водитель или помощник становился главным свидетелем против своего босса? А всё почему?Обида. «Я столько лет на тебя ишачил, а ты мне квартиру не купил».
История вторая. Про родственников.
Жена князя, Улита, была дочерью боярина Кучки. А боярина Кучку казнил отец Андрея (Юрий Долгорукий) . За что — история умалчивает, но факт остаётся: отца девушки убили по приказу свёкра.
И вот представьте: вы живёте в семье, где вашего отца казнил отец мужа. Муж вроде не виноват, но кровь-то одна. И братья ваши, Кучковичи, тоже при дворе. Терпят, улыбаются, а внутри звериная обида.
Один из Кучковичей, Пётр, был женат на родственнице князя. Своим считался. И именно он потом отрубил Андрею правую руку.
Летописец передаёт слова заговорщиков: «Если его сегодня казнили, то нас завтра так же казнит, промыслим о князе о сем». Страх, смешанный с ненавистью, гремучая смесь.
В любой конторе , где есть семейственность, такие сюжеты разыгрываются регулярно. Приходит новый собственник, начинает «чистить» старые кадры. Все, кто работал при прежнем хозяине, сидят и думают: «А не уволят ли и меня? А не припомнят ли мне грехи пятилетней давности?» И если находится кто-то, кто скажет: «Надо убрать его, пока он не убрал нас», - заговор готов.
История третья. Про загадочного Ефрема.
Среди убийц был один человек с отчеством Моизич. В переводе на современный - Моисеевич. Кто он такой непонятно. Летописи о нём молчат, но отчество заставило историков спорить до хрипоты.
Одни говорят — еврей. Другие — хазарин. Третьи — вообще крещёный иудей.
Князь Андрей вообще любил окружать себя чужаками. Охотно принимал пришельцев из разных земель — болгар, евреев, язычников, водил их в свою церковь, чтобы они видели «истинное христианство», и многие крестились.
Думал, наверное: эти будут благодарны, эти не предадут. Ведь они обязаны мне всем.
А они взяли и предали.
Бывает и сейчас. Нанимаешь человека с трудной судьбой, даёшь ему работу, жильё, доверие. Думаешь: уж он-то оценит, он-то будет верен до гроба. А он втихую ищет новое место или, хуже того, сливает информацию конкурентам. Потому что зависимость рождает не благодарность, а глухую злобу.
Как это было.
А теперь просто хронология той ночи.
Вечером двадцать человек собрались в княжеском погребе. Выпили вина и мёда для храбрости. Перебили стражу, вломились в спальню.
В темноте начали рубить. Андрей, кстати, дал отпор (мужик он был крепкий) , не раз в одиночку врубался в ряды врагов. Даже одного нападавшего сшиб, и свои же зарубили его вместо князя.
Но меча не было. Анбал позаботился.
Подумав, что убили, заговорщики ушли. Андрей очнулся, встал и пошёл по лестнице, громко стоная. Убийцы услышали, вернулись по кровавому следу. Нашли его за лестничным столпом.
Последние слова князя: «Господи! В руце Твои предаю дух мой!»
Что было потом.
А потом начался хаос. Убийцы грабили княжескую казну. Жители Боголюбова к ним присоединились , кто не успел взять при жизни, хватал после смерти. Тело князя несколько дней лежало на улице.
Через год брат убитого, Всеволод Большое Гнездо, провёл суд. Кого-то расстреляли из луков, кого-то повесили. Справедливость восторжествовала.
Только князя это уже не вернуло.
Мне кажется, эта история не про XII век. Она про нас.
Про то, как мы доверяем не тем. Как думаем, что добро всегда возвращается добром. Как забываем, что у каждого своя правда, своя обида, свой страх.
Андрей Боголюбский был фигурой сложной. Для одних — строитель, создатель Владимира, украсивший землю белокаменными храмами. Для других — жестокий завоеватель, навязывавший свою волю.
Но для двадцати человек, которые пили в его погребе в ту ночь, он был просто хозяин, от которого надо избавиться. Потому что страшно. Потому что обидно. Потому что накипело.
И знаете, что страшнее всего? Такое может случиться с каждым.
Даже если ты уверен, что окружил себя «своими».
Без Древней Руси не было бы ни Российской империи, ни СССР. Как всё начиналось на самом деле? Смотрите в моей подборке.