— Нина Павловна, миленькая, ну пожалуйста! Можно как-то побыстрее?
Светочка нервно переминалась с ноги на ногу за высокой стойкой ресепшена. Девушка то и дело поправляла идеально белый воротничок блузки. Руки у нее заметно дрожали. Охранник Михалыч у входа сочувственно покачал головой, но промолчал.
— Куда торопиться, Света? — Нина Павловна спокойно опустила швабру в ведро.
— Грязь суеты не любит. Ее отмывать надо тщательно.
— Вадим Николаевич едет! Охрана с подземной парковки только что передала. Он уже в лифт зашел!
Светочка схватила со стола какую-то папку. Тут же бросила ее обратно.
— У него сегодня очень важная встреча. Инвесторы приедут. Он еще со вчерашнего дня на весь офис орет. А у нас тут лужи у самого входа! Уволит же всех! — Слякоть на улице, — Нина Павловна невозмутимо провела влажной тряпкой по блестящему керамограниту. — Зима нынче теплая выдалась. Снег тает, люди на обуви несут.
Я физически летать не умею.
Холл бизнес-центра выглядел дорого. Натуральный светлый мрамор. Черные кожаные диваны для ожидания. Хромированные детали новеньких турникетов.
И посреди всего этого великолепия находилась она. В синем рабочем халате поверх простой водолазки. С синим пластиковым ведром на колесиках.
Ей было шестьдесят два года. Возраст понемногу брал свое. Спина иногда ныла от долгой работы на ногах. Суставы реагировали на перепады погоды. Но Нина Павловна никогда не жаловалась.
Три года назад она благополучно вышла на пенсию. Думала, наконец-то выдохнет. Отдохнет от бесконечных цифр, отчетов, сверок и налоговых балансов. Всю свою жизнь она проработала аудитором. Независимым консультантом по очень сложным арбитражным спорам. Работа была нервная, изматывающая. Ответственность всегда колоссальная. Зато и платили весьма достойно.
Нина Павловна скопила хорошую подушку безопасности. Мечтала купить небольшую дачу недалеко от города. Думала о тихих летних вечерах и грядках с зеленью.
Но жизнь распорядилась иначе. Муж серьезно заболел. Потребовались регулярные платные обследования, консультации узких специалистов. Дорогие импортные препараты, которые в поликлинике не выдавали. Государственных квот было просто не дождаться. Сбережения начали стремительно таять.
А тут еще единственная дочь влезла в ипотеку. Купили с мужем двушку в новостройке на окраине. Платежи оказались неподъемными для молодой семьи. Особенно в тот месяц, когда зять временно остался без работы из-за сокращения штата.
Нина Павловна быстро поняла простую вещь. Нужно снова зарабатывать. Одной пенсии на выживание хватало. На лекарства и реальную помощь детям — уже нет.
Возвращаться обратно в консалтинг она категорически не хотела. Голова банально устала от сложных многоходовых схем. Внимание стало уже не то. Да и не хотелось снова погружаться в этот жесткий корпоративный террариум. Снова терпеть интриги и вечный стресс.
Случайно увидела на остановке объявление клининговой компании. Требовалась уборщица в бизнес-центр всего в двух кварталах от ее дома. Условия Нину Павловну полностью устроили. График идеальный: два часа утром, два часа вечером. Весь день свободен для поездок с мужем по врачам.
Физический труд казался ей теперь даже полезным. Мозг полностью отдыхает. Руки работают. Сделала дело — и голова совершенно не болит. Не нужно думать, сойдется ли дебет с кредитом.
— Нина Павловна, он идет! — Светочка резко выпрямилась.
Автоматические стеклянные двери плавно разъехались в стороны. В холл стремительным, тяжелым шагом вошел Вадим Николаевич.
Владелец компании. Главный босс. Царь и бог этого этажа.
На нем был дорогой темно-синий костюм, сшитый явно на заказ. Пальто распахнуто. Лицо красное, недовольное, брови сдвинуты к переносице. Следом за ним быстро семенил молодой помощник с толстой кожаной папкой.
— Я вообще не понимаю, почему этот договор до сих пор не согласован! — на ходу бросил Вадим Николаевич помощнику. — Юристы контрагента вчера вечером внесли свои правки... — начал оправдываться парень. — Мне плевать на их правки! Завтра к утру подписанный документ должен лежать у меня на столе! Иначе весь ваш юротдел пойдет на улицу снег чистить!
Вадим Николаевич резко остановился прямо посреди холла. Огляделся по сторонам хозяйским взглядом. Затем посмотрел на влажный пол. Потом на синее ведро. И наконец на саму Нину Павловну.
— Это еще что такое?
Голос босса гулко разнесся по помещению. Охранник у турникетов шагнул назад, сливаясь со стеной. Светочка за своей стойкой вжала голову в плечи.
— Вадим Николаевич, — Светочка попыталась выдавить дежурную улыбку.
— Это клининг. На улице слякоть страшная, натоптали посетители.
— Уберите эту уборщицу, она портит вид! — заорал босс.
— Света! Я кому сказал? У меня через десять минут важная встреча! — Сейчас-сейчас, она уже уходит. Извините, Вадим Николаевич.
— Мне плевать на твои извинения! — мужчина раздраженно дернул воротник рубашки.
— Приезжают вип-клиенты. Серьезные люди из столицы. А тут ходит вот это... в синем халате! Ведром своим гремит!
Вы мне компанию позорите!
Нина Павловна стояла ровно. Она спокойно опиралась на пластиковую ручку швабры. Не сдвинулась с места ни на сантиметр.
— Господи, сколько шума из ничего, — негромко произнесла она. — Что вы там бормочете? — Вадим Николаевич сделал агрессивный шаг в ее сторону. — Женщина! Вы оглохли совсем? Пошла вон отсюда! Немедленно!
Нина Павловна внимательно посмотрела на него. Надо же, как раздобрел человек с годами. Щеки солидные наел. Костюм сидит идеально, часы швейцарские на запястье блестят. Уверенный в себе хозяин жизни. Тот, который ни в чем не знает отказа.
А ведь пятнадцать лет назад этот самый Вадик сидел в обшарпанном коридоре районной налоговой инспекции. Сидел и размазывал слезы по худым небритым щекам.
Тогда он был только начинающим коммерсантом. Дерганым, тощим парнем в вытянутом свитере. Он по глупости и неопытности влез в очень сомнительную схему. Старшие партнеры по бизнесу его тогда жестко подставили. Провели через его фирму огромные суммы по левым счетам. Обналичили деньги и бесследно исчезли.
Налоговая проверка нагрянула внезапно. Насчитали гигантскую недоимку и штрафы. Завели полноценное уголовное дело по факту мошенничества.
Вадику светил реальный срок. От пяти до семи лет колонии. Адвокаты просили сумасшедшие гонорары вперед и не давали вообще никаких гарантий. Дело казалось абсолютно безнадежным. Все ключевые документы были подписаны его рукой.
Кто-то из знакомых дал ему рабочий номер Нины Павловны. Она тогда считалась лучшим специалистом в городе по таким случаям.
Вадик прибежал к ней в офис прямо с допроса. Умолял помочь. Обещал золотые горы.
Нина Павловна взялась за это дело. Она трое суток не выходила из своего кабинета. Перерыла гору первичной документации. Докопалась до мельчайших процессуальных нарушений в акте выездной проверки. Нашла нестыковки в банковских выписках. Выстроила такую жесткую линию защиты, что следователь сам развалил дело еще до суда.
Она тогда буквально вытащила его из петли. Сделала почти невозможное. Вадик целовал ей руки прямо в коридоре управления. Клялся всеми святыми, что век не забудет свою спасительницу.
И вот этот благодарный спасенный стоит сейчас здесь. Орет на нее из-за мокрого пола.
— Я кому говорю! — голос Вадима Николаевича сорвался. — Чтобы духу твоего здесь через минуту не было! Света, звони сейчас же в их агентство! Пусть увольняют ее по статье! Я плачу огромные деньги за сервис!
Нина Павловна спокойно стянула с рук желтые резиновые перчатки. Аккуратно положила их на край пластикового ведра.
— Вы мне «тыкать» не будете, Вадим Николаевич, — ровно и твердо сказала она.
Босс осекся. Он открыл рот, собираясь сказать очередную грубость. Лицо его покрылось неровными красными пятнами от ярости.
— Да ты... да вы... Вы вообще понимаете, с кем разговариваете?!
Он отступил на полшага назад. По старой, укоренившейся привычке потянулся правой рукой к затылку и быстро потер шею.
Нина Павловна усмехнулась. Ничего в людях не меняется.
— Шею-то не три, Вадик. Пятнами пойдешь. Ты и в налоговой тогда точно так же тер. Помнишь? Когда акт выездной проверки первый раз читал.
Вадим замер. Рука так и осталась лежать на воротнике рубашки.
Он моргнул раз, другой. Слегка прищурился. Наклонился немного вперед, внимательно всматриваясь в лицо пожилой женщины. В ее строгие серые глаза. В плотно сжатые тонкие губы.
Раздражение в его взгляде быстро сменилось непониманием. А затем краска начала медленно сползать с его лица. Щеки стали неприятно сероватыми.
— Нина... Павловна? — голос его прозвучал глухо. — Узнал, значит. Я уж думала, память совсем отшибло от больших денег. — Вы? — он медленно опустил руку. Оглянулся на своего молодого помощника. Тот стоял с круглыми, ничего не понимающими глазами. — Идите наверх, Игорь. Подготовьте переговорную. Света, выйди из-за стойки. Прогуляйся на улицу. Живо я сказал!
Светочка быстро выскочила из-за ресепшена и скрылась в боковом коридоре. Охранник отвернулся к огромному окну.
Вадим Николаевич суетливо одернул полы дорогого пиджака. Плечи его заметно поникли. Сейчас перед Ниной снова стоял тот самый испуганный мальчишка. Мальчишка, который до смерти боялся сесть в тюрьму за чужие грехи.
— Нина Павловна... я же не знал, — он заговорил быстро, очень сбивчиво. — Я думал, это просто... ну, обычный персонал.
— А с персоналом, значит, можно разговаривать как с бродячими собаками? — она сложила руки на груди.
— Да я на нервах весь! У меня сделка века горит. Инвесторы эти... они же мозг выносят за каждую копейку. Я ночами не сплю.
— Это повод орать на людей, которые за тобой грязь убирают? У тебя и тогда, пятнадцать лет назад, сделка горела. С фирмой «Вектор». Помнишь такую?
— Тише вы! — он боязливо оглянулся на лифты.
— Не надо здесь об этом. — А чего мне тише? Я пол мою. Мое дело маленькое. — Я виноват. Простите. Просто... почему вы здесь? Почему в таком виде?
Он перевел растерянный взгляд на ее синий халат. Лучший аудитор города моет полы в его бизнес-центре. Картинка явно не складывалась в его голове.
— Работаю я здесь, Вадик. Пол мою.
— У вас что-то случилось? Деньги срочно нужны? Вы бы позвонили! Вы же знаете мой номер. Я бы все бросил и приехал. Я же вам по гроб жизни обязан за тот случай.
— Зачем звонить? Мне многого не надо. Работа спокойная, от дома близко. — Какая работа!
— Вадим Николаевич всплеснул руками.
— Вы с ума сошли? Вы же гений налогового права! Бросайте эту швабру немедленно. Я сейчас же распоряжусь. Вас оформят ко мне в штат. Замом финансового директора. Зарплату положу любую, какую скажете. Оклад, премии. Кабинет отдельный.
Он торопливо полез во внутренний карман пиджака. Достал пухлый кожаный бумажник.
— Вот, возьмите пока. Тут наличные. Крупные. На первое время хватит, пока оформляем.
Нина Павловна посмотрела на толстую пачку купюр в его дрожащей руке.
— Угомонись, мальчик. Спрячь свой кошелек.
Она взяла швабру, аккуратно сполоснула ее в ведре и отжала лишнюю воду.
— Мне твои должности даром не нужны. Я свои балансы в этой жизни уже свела. У меня муж болеет. Мне свободное время нужно для поездок по больницам. А не график с утра до ночи в твоем террариуме.
Она расстегнула пластиковые пуговицы на рабочем халате. Сняла его, аккуратно свернула. Под халатом оказался простой, но качественный серый брючный костюм. Свернутый халат она положила прямо на край стойки ресепшена.
— Пол я в холле домыла. Смена моя закончилась.
Вадим Николаевич так и стоял с протянутым бумажником.
— Нина Павловна... ну нельзя же так уходить. Вы же меня тогда от тюрьмы спасли. Дайте я хоть как-то отблагодарю! — Ты уже отблагодарил, Вадик. Показал, чего ты стоишь на самом деле, когда пиджак дорогой надел.
Она взяла свою сумку из маленького шкафчика за стойкой.
— А вид тебе пусть теперь кто-нибудь другой не портит. Я увольняюсь. Найди себе новую уборщицу. Желательно глухонемую. Чтобы твои крики не слышала и не расстраивалась.
Она развернулась и пошла к выходу из здания.
— Нина Павловна! Ну подождите! Пожалуйста! — неслось ей в спину.
Она не обернулась. Вышла на улицу. Вдохнула морозный зимний воздух. На душе было на удивление легко. Работу она новую быстро найдет. В соседнем торговом центре уборщицы всегда нужны. Зато высказалась.
Через три дня на банковскую карту дочери Нины пришел перевод. Сумма была очень внушительной. Перевод поступил от физического лица, без каких-либо комментариев. Денег с лихвой хватало, чтобы погасить весь остаток по ипотеке. И еще на год вперед закупить нужные лекарства для мужа.
Нина Павловна сидела на своей маленькой кухне. Смотрела на светящийся экран телефона с уведомлением от банка.
Сначала она хотела пойти в отделение и оформить официальный возврат средств. А потом немного подумала.
В конце концов, пятнадцать лет назад она взяла с Вадика за работу строго по стандартному тарифу. Сущие копейки по сравнению с тем, сколько на самом деле стоила его свобода. Не говоря уже о его нынешнем процветающем бизнесе.
Она отложила телефон на стол. Пододвинула к себе тарелку. Возвращать эти деньги она не будет. Будем считать, что это просто накопились проценты за давность лет. Да и Светочке теперь, возможно, чуть полегче работать будет. Вадик после такой встряски должен хоть немного поутихнуть.