Дмитрий Николаевич Корсаков, владелец модного ресторана «Шато», сегодня ненавидел всё. Моросящий дождь за окном, который превращал центр города в серую кашу. Отчёт за квартал, где цифры прибыли скатились вниз, как прошлогодний снег. И, конечно, Илона.
Илона, его секретарь и по совместительству девушка для «особых поручений», вот уже четыре месяца мозолила ему глаза своей идеальной фигурой. Он посадил её на должность управляющей не за ум (ума там было ровно настолько, чтобы вовремя надуть губки и поправить причёску), а за длинные ноги, которые начинали расти от ушей. Илона должна была быть его соглядатаем: докладывать, кто из персонала ворует, кто пьёт на рабочем месте, о чём шепчутся за столиками важные гости. Но прибыль всё равно падала.
— Дима, — Илона вплыла в кабинет без стука и томно облокотилась о его стол, — ты меня звал?
Корсаков поморщился. На людях она должна была называть его по имени-отчеству. Он строго посмотрел на неё:
— Сегодня, после закрытия, общее собрание. Никого не отпускать.
Илона капризно надула губы, но, увидев его взгляд, выпорхнула обратно в зал, виляя бёдрами так, что даже суровый Корсаков на мгновение залюбовался.
Вечером, когда последний гость ушёл, Дмитрий Николаевич вышел к персоналу.
— Я слушаю вас. Почему касса пустая?
— А чему удивляться? — тут же выкрикнула официантка Света, бойкая девчонка с пирсингом в брови. — У меня сегодня три столика вернули стейки обратно! Говорят, резина, а не мясо!
— Да вы продукты посмотрите, что нам привозят! — поддержал её повар Иван Петрович, грузный мужчина в колпаке. — Из этого фарша только собак кормить, а я вам котлеты для людей лепить должен!
— Иван Петрович, — ледяным тоном осадил его Корсаков. — Вы прекрасно знаете, что поставщики взвинтили цены. Чтобы выдать вам зарплату, я экономлю на закупках. Ваша задача — уметь готовить из того, что есть.
Тут заголосили все. Кто-то кричал про антисанитарию, кто-то про старые скатерти в дырках. Уборщица тётя Зина и вовсе заявила, что моет полы тряпками, принесёнными из дома.
— Хватит! — рявкнул Корсаков, и в зале повисла тишина. — Значит, я плохой? А вы ангелы? Света, например, знает, что я в курсе про твои ночные смены? Когда ты выносишь продукты чёрному входу? Не для себя — для знакомых?
Света побледнела и замерла.
— А вы, Иван Петрович, — продолжил Дмитрий, — на прошлой неделе кормили каких-то бродяг на заднем дворе. Из моего котла и моей кастрюли. Благотворительность за мой счёт? Поэтому прибыли нет? Потому что вы меня обворовываете?
Он обвёл всех тяжёлым взглядом и закончил:
— В этом месяце всем штраф. За каждый косяк — вычет из зарплаты. Не нравится — увольняйтесь.
Корсаков развернулся и ушёл, хлопнув дверью. В груди кипела злость. Дома он плеснул себе виски и сел в кресло. В свои сорок два он имел успешный бизнес (ну, или делал вид), дорогую машину и таких вот Илон, которые менялись каждый сезон. Но счастья не было. Мысли свернули куда-то не туда, в прошлое.
Он вспомнил Веру. Вспомнил, как они познакомились. Тогда он был простым помощником управляющего в шикарном ресторане, а она — его начальницей. Умная, красивая, строгая. Как он её любил! Они собирались пожениться, но тут в его руки попала возможность, от которой он не смог отказаться. Возможность обмануть хозяина, «кинуть» его на крупную сумму и открыть своё дело. Выбор стоял: остаться с Верой, но быть никем, или стать успешным. Он выбрал деньги. Вера случайно узнала о его планах, и ему пришлось подставить её. Все улики указали на неё. Она села в тюрьму, а он, сменив имя и город, начал новую жизнь.
— Тряхнув головой, он прогнал видения. Надо было срочно что-то делать с рестораном. Взяв телефон, он набрал своего приятеля, владельца отеля «Гранд», Кирилла.
Через час они сидели в баре. Кирилл выглядел уставшим и помятым.
— Ты чего такой? — спросил Корсаков.
— Да Ленка меня выгнала, — махнул рукой друг. — Дурак я. Прилипла ко мне одна фотомодель, ну я и повелся. А она к Ленке домой пришла и правду-матку резанула. Ленка подала на развод. Детей забирает.
— Ну ты даёшь... Ленка-то какая женщина! Золото, а не жена.
— Знаю. Поздно пить "Боржоми". А у тебя что с кислой рожей?
— Персонал достал. Воруют. Прибыль тает. Мне бы человека жёсткого, который бы их всех выдрессировал.
— Знаешь, — оживился Кирилл, — есть у меня одна знакомая. Маргарита Львовна. Она как хирург. Берёт самое убыточное дело и за три месяца выводит в плюс. Дорого берёт, но результат гарантирует.
— Не верю я в таких людей.
— И правильно. Но она бывшая... как бы это сказать... В общем, сидела она. По экономическим. Но я ей как себе доверяю. Она мою гостиницу в позапрошлом году спасла.
Корсаков задумался. Бывшая заключённая? Идеально. Такие люди умеют держать в ежовых рукавицах. Его обнаглевший персонал даже пикнуть не посмеет. Он записал телефон.
На следующий день Маргарита Львовна пришла к нему в офис. Это была женщина лет тридцати пяти, подтянутая, в строгом костюме, с гладко зачёсанными волосами. Она говорила коротко, по делу, и сразу произвела на Корсакова впечатление. Несколько раз ему показалось, что её лицо ему смутно знакомо, но головная боль и духота в кабинете мешали сосредоточиться.
— Я согласен, — сказал он после получасового разговора. — Приступайте завтра.
Вечером он объявил персоналу:
— Завтра я улетаю в отпуск. С вами остаётся новый управляющий, Маргарита Львовна. Будете делать всё, что она скажет. И предупреждаю: у неё очень тяжёлое криминальное прошлое, так что советую не шалить.
Три недели на Мальдивах с Илоной пролетели как сладкий сон. Корсаков отключил старый телефон и наслаждался жизнью. Маргарита Львовна присылала отчёты: прибыль попёрла вверх, персонал работает как часы, поставщики перезаключены на лучшие условия. Довольный Корсаков сделал Илоне предложение. Глупенькая, но какая разница? Зато не один.
В последнюю ночь перед вылетом ему приснилась Вера. Она смеялась и звала его за собой. Он бежал за ней, спотыкаясь, а она манила его рукой, а потом исчезла в темноте. Он проснулся в холодном поту.
Утром они с Илоной подъехали к «Шато». Парковка была пуста. Внутри — ни души. Сердце Корсакова бешено заколотилось. В центре зала, за столиком, пила кофе Маргарита Львовна. Она сидела в его любимом кресле.
— Здравствуй, Дима, — сказала она спокойно, снимая очки.
Корсаков замер. Голос... Эти глаза... Он узнал их.
— Вера? — выдохнул он.
— Узнал наконец, — усмехнулась она. — А я уж думала, придётся тебе паспорт показать.
— Где все? Где персонал? Где посетители? — растерянно спросил он, чувствуя, как пол уходит из-под ног.
— Персонал? О, я о них позаботилась. Света теперь работает в отличном стейк-хаусе, Иван Петрович — шеф-повар в частной школе. Все пристроены, не волнуйся. А посетителей нет, потому что ресторан закрыт.
Илона, стоявшая за спиной Корсакова, испуганно взвизгнула и вцепилась ему в локоть. Вера перевела на неё равнодушный взгляд.
— Беги, девочка. Пока можешь.
Илона выскочила на улицу.
— Вера, что ты сделала? — прошептал Корсаков.
Вера (она же Маргарита Львовна) пододвинула к нему стопку бумаг.
— Это тебе мой прощальный подарок. Счета от двух крупных заказчиков за срыв свадебных банкетов. Ты не справился, и теперь должен им огромные неустойки. Это — решение СЭС о закрытии из-за антисанитарии. Это — акт пожарных. А это, — она достала последний лист, — заявление в прокуратуру от некоей Веры Соболевой о мошенничестве, совершённом шесть лет назад. С новыми доказательствами твоей вины.
Корсаков рухнул на стул.
— Зачем? Мы же любили друг друга...
— Любили, — кивнула Вера. — А ты меня предал. За бабки. Шесть лет я провела не на Мальдивах, Дима. Я провела их в местах, где даже такой паршивый фарш, как у тебя, был бы деликатесом. И все эти шесть лет я жила только этим моментом.
Она встала и, пройдя мимо него, остановилась на пороге.
— Знаешь, что самое смешное? Я бы всё тебе простила. Если бы ты хоть раз меня нашёл. Написал. Извинился. Но ты жил припеваючи и даже имя сменил. Ужин при свечах для двоих, Дима? Сегодня ты будешь ужинать при свете допросной лампы.
Она вышла на улицу, глубоко вздохнула свежий воздух и, достав телефон, набрала номер своего адвоката:
— Алло? Да, всё готово. Можете заходить.
Если вам понравилась эта история, поддержите лайком! А чтобы не пропустить новые остросюжетные рассказы, подписывайтесь и жмите на колокольчик. Всего доброго