Просторный зал на двадцать девятом этаже был наполнен ароматами свежей типографской краски, полироли для дерева и крепкого черного кофе. За длинным овальным столом сидели трое представителей крупного азиатского холдинга. Напротив них расположились Артур — руководитель принимающей компании, и Глеб — старший юрист, чья рубашка казалась слишком тесной в вороте.
Артур взял со стола тяжелую металлическую ручку. Снял колпачок. До заветной подписи, которая должна была вывести его строительный бизнес на международный уровень, оставались считанные секунды.
Рита, стоявшая у окна с папкой черновиков, глубоко вздохнула. У нее мелко дрожали ноги, а ладони стали влажными и холодными.
— Сделка отменяется, — громко произнесла она на безупречном китайском языке, шагнув к столу.
Гудение кондиционера под потолком вдруг показалось неестественно громким.
Старший из иностранных партнеров замер. Его вежливая улыбка тут же исчезла. Он бросил короткий взгляд на своего помощника, затем посмотрел на Глеба. Юрист с трудом сглотнул и отвел глаза. Не проронив ни звука, представители холдинга одновременно поднялись, закрыли портфели и быстрым шагом направились к выходу. Двери из массива дуба закрылись.
В зале остались только трое. Глеб, который вдруг начал суетливо собирать бумаги, Артур, чье лицо стало пунцовым, и Рита.
— Вышли. Оба, — тихо сказал Артур. Он оперся руками о стол и низко опустил голову. — А ты, Рита, останься.
Восемь месяцев назад реальность Риты состояла из бесконечных смен в круглосуточной закусочной и утренних лекций в университете.
Ее отца не стало много лет назад, и мама, Зоя, тянула их в одиночку, работая диспетчером в таксопарке. Рита помнила мамины красные от недосыпа глаза, поэтому сразу после совершеннолетия пошла работать. Запах кухни и моющих средств въелся в ее одежду так сильно, что не перебивался ничем.
Тот ноябрьский вечер выдался тяжелым. Ледяной дождь бил в окна закусочной. Зал пустовал, если не считать шумной компании студентов в углу и одинокого мужчины у стойки.
Он был одет в дорогое пальто, которое сейчас выглядело измятым. Мужчина заказывал крепкие напитки один за другим и смотрел в стену неподвижным взглядом. Рита протирала соседний стол, когда гость вдруг сделал замечание студентам из-за громкого смеха.
Началась перепалка. Охранник заведения церемониться не стал. Он просто взял мужчину за плечи и выпроводил на улицу, прямо в слякоть.
Смена Риты закончилась быстро. Она надела пуховик и вышла на улицу. На скамейке у остановки сидел тот самый посетитель. Он тяжело дышал, а его одежда насквозь промокла.
— Эй, — Рита тронула его за плечо. — Вы же так окончательно подорвете здоровье. Вставайте.
Мужчина только что-то пробормотал. Бросить его здесь было нельзя. Рита достала телефон и вызвала такси.
Водитель долго ворчал, почувствовав запах спиртного, но за двойную оплату согласился ехать. Всю дорогу незнакомец спал.
В своей маленькой прихожей Рита помогла ему снять мокрую верхнюю одежду и уложила гостя на диван. Укрыла одеялом, а рядом поставила стакан воды.
Утром его уже не было. Одеяло было аккуратно сложено. На кухонном столе лежала визитка: Артур Юрьевич. Генеральный директор. На обороте было написано: «Вы очень мне помогли. Если что-то понадобится — звоните».
Зоя, вернувшаяся с дежурства, посмотрела на карточку.
— Ритуль, ну ты даешь. Но раз человек приличный... сходила бы. Может, работу предложит нормальную.
Через три дня Рита поехала по адресу. В холле бизнес-центра пахло выпечкой и хорошим кофе.
Артур при дневном свете оказался совершенно другим. Собранный, с внимательным взглядом. Увидев ее, он сразу встал.
Они проговорили долго. Рита рассказала о маме, о ночных сменах, о том, как учит китайский, чтобы изменить жизнь. Артур слушал молча.
— Учите китайский? — он поднял на нее взгляд. — Мы готовим крупную сделку. Переводчики часто путаются в терминах. Пойдете к нам стажером? На полставки, чтобы успевать учиться.
— Вы это из жалости? — Рита смущенно поправила одежду.
— Я предлагаю это, потому что мне нужен человек, который готов вкалывать. Пройдете собеседование — место ваше.
Первые недели были очень сложными. Рита сидела за столом, обложенная словарями. У нее болели глаза от монитора, а от обилия терминов становилось хреново. Но когда ей пришла первая оплата — сумма была очень большой для нее. В тот же вечер Рита уволилась из закусочной.
Артур иногда заглядывал к ней. То приносил кофе, то спрашивал, как дела с переводом.
Однажды они столкнулись на обеде. Артур выглядел очень усталым.
— Тот вечер в кафе... — начал он. — Я ведь обычно вообще не употребляю крепкие напитки. Просто в тот день был сороковой день, как случился уход моей мамы. Отец после этого удара сильно занемог, передал мне дела. А я просто не выдержал. Если бы не ты, я бы на той лавке и остался.
Рита коснулась его руки.
— Это тяжелое испытание. Но ты справляешься.
Артур улыбнулся и накрыл ее ладонь своей.
— Завтра делегация. Будешь моим переводчиком.
День переговоров начался с суеты. Глеб — юрист с бегающими глазами — отдал Рите бумаги за час до встречи.
— Ритуль, глянь быстро, — бросил он. — Там только реквизиты уточнили. Ничего важного.
Рита села за стол, внимательно читая иероглифы. Раздел об ответственности сторон. В русской версии было написано, что при задержке оплаты сроки сдачи объекта переносятся.
Рита посмотрела на китайский текст. Она замерла и перечитала фразу трижды. Иероглифы означали совсем другое: при малейшей задержке оплаты вся компания переходит в собственность инвесторов.
Это была настоящая подстава.
Рита бросилась к Глебу.
— Глеб Викторович, тут ошибка! В китайской версии...
— Слушай меня, девочка, — юрист грубо перебил ее. — Твое дело — переводить слова и улыбаться. Документы готовы. Если ты сейчас сорвешь подписание, Артур тебя выгонит. Иди в зал.
Рита вышла в коридор, чувствуя, как сильно колотится сердце. Глеб знал. Он специально это сделал.
И вот теперь она стояла в этом зале.
— Вышли все, — повторил Артур.
Глеб постарался быстро уйти из кабинета.
Артур посмотрел на Риту.
— Ты понимаешь, что ты сделала? Год переговоров. Какого черта ты влезла?!
— Читай, — Рита подошла к столу и указала на лист. — Вот здесь.
— Я не понимаю их язык! У нас есть наш вариант!
— Твой юрист одобрил вот это, — Рита положила перед ним свой перевод. — Если бы они задержали деньги хоть на три дня — а это бывает часто — ты бы потерял компанию. Совсем. Они бы забрали её по закону.
Артур замер. Он медленно взял листок. Перечитал. Его лицо стало очень бледным.
Он понял всё. И почему Глеб торопил, и почему убежал.
Артур сел в кресло и закрыл лицо руками. В кабинете стало очень тихо. Рита стояла рядом, не зная, что делать.
Затем он поднялся. Сделал шаг к Рите. От пережитого напряжения он вдруг тяжело опустился на стул рядом с ней.
— Артур Юрьевич, вы чего... — Рита испуганно попыталась его поддержать. — Встаньте!
— Ты вытащила меня во второй раз, — голос его был тихим. — Сначала не дала замерзнуть. А сейчас спасла дело отца.
Он взял ее за руку. Его пальцы были холодными.
— Я знаю, что мы работаем недавно. Знаю, что это выглядит странно. Но я понял... я не хочу, чтобы ты была просто сотрудницей. Я вообще не хочу больше быть без тебя. Рита... ты станешь моей женой?
Рита растерянно посмотрела на него, чувствуя, что сейчас расплачется.
— Ты с ума сошел, — прошептала она. — Мы же на работе...
— Просто скажи да, — он улыбнулся.
Она посмотрела в его глаза, и все страхи исчезли.
— Вставай уже, — она тоже улыбнулась сквозь слезы. — Я согласна.
Спустя полтора года Рита вошла в кабинет директора. В руках она держала диплом переводчика. За столом сидели Артур и его отец, который после всех событий поправил здоровье и вернулся к делам.
— Защитилась! — радостно сказала она. На ее руке блестело кольцо.
Аркадий Борисович улыбнулся:
— Ну, раз диплом есть, пора назначать тебя руководителем направления. И чтобы без споров! Маме привет передавай, ждем ее в субботу, будем готовить мясо на огне.
Рита рассмеялась. Кто бы мог подумать, что одна тяжелая смена в закусочной так изменит жизнь. Стоило лишь однажды помочь человеку.
Спасибо за донаты, лайки и комментарии. Всего вам доброго!