— Вернусь через три дня. Мама сама не справится.
Света смотрела, как Сергей бросает сумку в прихожей и надевает куртку. Не спрашивал. Не советовался. Сказал — как гвоздь забил.
— Погоди. Ты сказал маму привезёшь? Сюда?
— Ну не в гостиницу же её селить. У неё давление, Свет. Побудет три дня, я вернусь с командировки, заберу.
— Сергей. — Она взяла его за рукав. — Мы же договаривались. Я на следующей неделе сдаю проект, у меня дедлайн, у меня вообще...
— Три дня. — Он вышел из-под руки. — Она тихая, не мешает. Покормишь пару раз, и всё.
Дверь закрылась.
Света стояла в коридоре с чайником в руке — она как раз шла за кипятком — и смотрела на закрытую дверь.
Через двадцать минут в эту же дверь позвонили.
Валентина Степановна вошла с двумя пакетами, сумкой через плечо и выражением лица человека, который приехал не в гости, а принимать дела.
— Ну, здравствуй, Светочка. — Она оглядела прихожую. — Коврик у вас совсем истрепался. Я ещё в прошлый раз заметила.
— Здравствуйте, Валентина Степановна. Проходите.
— Куда тапочки класть?
— Вот сюда, на полку.
— Это неудобно. — Свекровь поставила пакеты, осмотрелась. — Их надо у двери держать. Чтоб сразу.
Света сосчитала до пяти.
— Хорошо. Я переставлю.
— И зеркало у вас мутное. Протереть надо уксусом, не химией всякой.
— Угу.
Валентина Степановна прошла на кухню, поставила один пакет на стол, заглянула в холодильник.
— У вас тут пусто совсем.
— Я собиралась за продуктами.
— Сергей что, не оставил денег?
— Оставил. Я просто не успела.
— Понятно. — Свекровь достала из своего пакета банку с чем-то и поставила на стол. — Я борщ привезла. Сварила ещё вчера, только разогреть. Сергей любит мой борщ.
— Я знаю.
— А ты умеешь борщ варить?
Света взяла телефон, написала мужу: «Ты мне должен».
Он прислал смайлик с сердечком.
К вечеру выяснилось, что Валентина Степановна не умеет спать при работающей технике. Никакой. Вообще.
— У вас холодильник гудит.
— Он всегда гудит.
— Громко. Я в своей комнате слышу.
— Валентина Степановна, это гостевая комната, там холодильника нет.
— Но слышно же. — Она вышла в коридор в халате и тапочках и встала у кухонной двери. — Вот, слышишь?
Была половина одиннадцатого. Света сидела с ноутбуком и пыталась доделать макет.
— Немного слышно, да.
— Вот именно. Как вы вообще спите?
— Нормально спим.
— Привыкли, значит. — Свекровь помолчала. — У меня от такого давление поднимается.
Света закрыла ноутбук.
— Хотите, я вам чаю налью? С валерьянкой?
— Зачем валерьянку? Я не нервная.
— Ну просто...
— Просто холодильник надо было брать потише. Есть же тихие модели.
— Мы брали какой взяли.
— Сергей выбирал?
— Вместе выбирали.
— Понятно. — Валентина Степановна поджала губы и пошла обратно в комнату. Потом остановилась. — У тебя полотенце в ванной одно. Мне своё достать?
— Я вам чистое положила. Синее.
— Синее мне не идёт.
Света открыла ноутбук.
На второй день Валентина Степановна нашла на кухонной полке пакет с приправами и переставила их по своей логике. Алфавитной.
— Вы всё перемешали, — сказала Света, когда хотела найти паприку.
— Я навела порядок.
— Это мой порядок. У меня своя система.
— Какая система, Света? Вот тут карри стоит, тут куркума, а тут вообще что?
— Это зира.
— И где логика?
— Я ставлю то, что чаще использую, ближе. Это удобно.
— Удобно — когда по алфавиту. Всегда найдёшь.
Света взяла паприку — она стояла теперь между петрушкой сушёной и перцем — и отошла к плите.
— Валентина Степановна, пожалуйста, не трогайте мои вещи.
— Я просто помогаю.
— Я не просила помочь.
Свекровь обиженно замолчала. Потом, минут через десять:
— Борщ разогреть?
— Нет, спасибо. Я сделаю пасту.
— Пасту. — Она произнесла это слово как диагноз. — Сергей от пасты сыт не бывает.
— Сергея здесь нет.
Пауза.
— Я просто говорю.
— Я слышу.
Света засыпала макароны в кипяток и смотрела в стену перед собой.
Вечером второго дня позвонил Сергей.
— Ну как вы там?
— Отлично, — сказала Света. — Приправы теперь по алфавиту.
— Чего?
— Ничего. Всё хорошо. Когда возвращаешься?
— Завтра во второй половине дня. Мам как?
— Давление в норме.
— Вот видишь. Я же говорил — она тихая.
Света посмотрела в сторону комнаты, откуда доносился звук телевизора на полной громкости — Валентина Степановна смотрела сериал и время от времени громко комментировала происходящее на экране.
— Тихая, да.
— Светик, ты лучшая, правда.
— Ты мне должен ужин в ресторане.
— Договорились.
— И чтоб без мамы.
Долгая пауза.
— Света...
— Сергей.
— Ладно. Без мамы.
На третий день, утром, Валентина Степановна вышла на кухню и застала Свету за ноутбуком с кофе.
— Уже работаешь?
— Дедлайн сегодня.
— Не позавтракала?
— Кофе — это завтрак.
— Это не завтрак. — Свекровь полезла в холодильник, достала яйца. — Яичницу сделаю.
— Не надо, правда.
— Три минуты. Ты пока работай.
Света хотела сказать что-то резкое. Не сказала.
Через три минуты перед ней стояла тарелка с яичницей и ломтиком хлеба.
— Ешь. На голодный желудок думать невозможно.
Света посмотрела на тарелку. Потом на свекровь.
— Спасибо.
Валентина Степановна села напротив со своей чашкой чая.
— У тебя проект важный?
— Для меня — да.
— Дизайн?
— Да. Сайт для детского центра.
Свекровь помолчала, подвинула к себе чашку.
— Покажешь потом?
Света подняла глаза.
— Если хотите — покажу.
— Сергей говорит, ты хорошо умеешь. Рисуешь там всякое.
— Ну, не рисую. Проектирую.
— Всё равно. Руками делаешь. Это... — Валентина Степановна нашла слово, — это хорошо.
Света съела яичницу.
В обед приехал Сергей. Зашёл, обнял мать, кинул сумку.
— Ну как, нашли общий язык?
— Приправы по алфавиту, — сказала Света.
— Так удобнее, — сказала Валентина Степановна.
Они переглянулись.
— Я в ресторан должен, — сказал Сергей осторожно. — Договорились же.
— Езжайте, — сказала свекровь. — Я сама доберусь.
— Мам, ну я тебя отвезу сначала...
— Не надо. Такси вызову. — Она поднялась, пошла за пакетами. На пороге обернулась. — Света. Сайт покажи как сделаешь.
— Покажу.
Дверь закрылась.
Сергей смотрел то на дверь, то на жену.
— Чего это она?
Света закрыла ноутбук.
— Ничего. Пошли уже в этот ресторан.
В ресторане Сергей взял меню, полистал и поднял глаза на жену.
— Ты злишься?
— Я голодная.
— Это не ответ.
— Это очень конкретный ответ. — Света отложила меню. — Утром яичница была единственное, что я съела. Потому что дедлайн, потому что три дня я не могла нормально сесть работать, потому что коврик в прихожей истрёпан и холодильник гудит громко.
Сергей помолчал.
— Она что, весь день тебя пилила?
— Она помогала.
— Ты сказала «не могла работать».
— Сергей. — Света взяла хлеб из корзинки. — Ты уехал. Оставил мать. Не спросил. Сказал — три дня, покормишь пару раз, и всё. Ты понимаешь, что я не домработница?
— Я не говорил, что ты домработница.
— А как ты думаешь это выглядело с моей стороны?
Официант подошёл, записал заказ, ушёл.
— Она давление мерила каждые два часа, — продолжала Света. — Громко сообщала результат. Переставила приправы. Объяснила мне, что зеркало мутное.
— Это она умеет.
— Я знаю. Ты предупредил бы хоть.
Сергей покрутил в руках вилку.
— Прости. Правда. Я думал — ну три дня, ерунда.
— Для тебя — ерунда. Ты был в командировке.
— Ну да. — Он отложил вилку. — Она тебя сильно достала?
Света подумала.
— Она сделала мне яичницу.
— Чего?
— Утром. Я работала, не завтракала. Она просто встала и сделала. Без разговоров.
Сергей смотрел на жену.
— И что?
— Ничего. Вкусно было.
Принесли еду. Некоторое время ели молча.
— Она одинокая, — сказал вдруг Сергей. Негромко, без предисловий. — Отец умер три года назад, ты помнишь. Она там одна в квартире. Целыми днями.
— Я понимаю.
— Когда она командует — это она так... общается. По-другому не умеет.
— Я тоже поняла. — Света отрезала кусок. — Но ты мог сказать мне заранее. Просто сказать: Свет, мама одна, может, она к нам приедет на несколько дней. Спросить. Не поставить перед фактом.
— Ты бы согласилась?
— Не знаю. Может, и нет. Но это другой разговор.
Сергей смотрел в тарелку.
— Я привык, что ты справляешься.
— Я справляюсь. Это не значит, что меня не надо спрашивать.
За окном шёл мелкий дождь. Машины ехали по лужам, фонари отражались в асфальте длинными оранжевыми полосами.
— Ресторан без мамы, — сказал Сергей.
— Заметил.
— Ты серьёзно потребовала.
— Я серьёзно всё говорю. Ты просто не всегда слышишь.
Он поднял глаза.
— Слышу.
— Хорошо.
Помолчали. Не тяжело — просто каждый думал о своём.
— Она правда сказала — сайт покажи?
— Правда.
— Она никогда не интересуется. Ни у кого. Ни у кого вообще.
— Значит, заинтересовалась.
Сергей медленно кивнул. Взял бокал.
— Покажешь ей?
— Обещала.
Он смотрел на жену — немного удивлённо, немного с облегчением, как человек, который ждал грозы, а гроза прошла стороной.
— Ты странная.
— Ты тоже. Но ресторан хороший. — Света взяла меню. — Закажем десерт?
Дома Света открыла ноутбук, нашла в мессенджере номер свекрови — Сергей когда-то добавил на всякий случай — и написала коротко: «Сдала проект. Если хотите — пришлю ссылку».
Ответ пришёл через минуту.
«Хочу».
Света отправила ссылку. Подождала.
Через десять минут пришло: «Красиво сделала. Детям понравится».
И через паузу: «Коврик в прихожей всё-таки поменяйте».
Света засмеялась — неожиданно для себя, вслух.
Сергей вышел из кухни с чашкой.
— Чего?
— Ничего. Иди сюда.
Он подсел, заглянул в экран.
— Мама написала?
— Написала.
— Что?
— Что коврик надо поменять.
Сергей помолчал секунду. Потом тоже засмеялся.
За окном дождь почти прекратился. Только редкие капли стучали по карнизу — негромко, почти неслышно.