Экспертное мнение психотерапевта и клинического нейропсихолога Валентины Мухановой-Бирюковой.
Сегодня мы поговорим об очень сложном феномене, который встречается повсеместно. И однозначно кто-то в нем увидит себя или узнает своего близкого или знакомого. И имя этому феномену — обесценивание, самый любимый нарциссом инструмент. Маскируясь под «сложный характер» или «объективную критику», обесценивание выжигает всю живую почву для здоровых взаимоотношений, не давая шанса на сближение, особенно там, где невыносимо болезненно чужое счастье или устроенность в жизни.
Многие привыкли считать обесценивание дурным тоном, плохим воспитанием или даже путают с эгоизмом. На самом деле, это жесткая, эффективная и часто бессознательная психическая анестезия при нарциссических защитах.
Психоанатомия нарцисса
Наверно, никто так близко не видел нарцисса безоружным, как его психотерапевт. И самый распространенный факт — что за помощью приходит не родитель-нарцисс, а его ребенок, изнеможденный от боли утраты себя и стыда несоответствия. Хотя внешне многие могут даже не задумываться о том, что с ним что-то не так, или ему плохо настолько, что он впадает в депрессию от того, что больше не видит смыслов.
Человек так живет всю жизнь, и в какой-то момент чувствовать и проявлять собственные эмоции становится очень опасно, так как, по мнению нарцисса, это акт слабости, уязвимости и беспомощности, а он в них не нуждается (спойлер: на самом деле нуждается, только вот какая цена у этой помощи? Что говорит ему его опыт?). И раз он обесценивает собственные потребности, то будет ли он беречь чужие?
Чтобы понять, почему человек становится заложником обесценивания, нужно заглянуть в самую суть — в головной мозг. Исследования (включая МРТ-сканирование) показывают, что у лиц с выраженными нарциссическими чертами наблюдается дефицит серого вещества в левой передней островковой доле. Эта зона мозга — наш центр эмпатии и эмоционального резонанса.
Когда мы говорим, что человек «не чувствует» другого — это часто биологический факт. Вместо сопереживания у него включается амигдала — центр страха и агрессии. Любое чужое превосходство, успех или даже просто инаковость воспринимаются мозгом как прямая угроза. В этот момент обесценивание работает как «превентивный удар»: мозг выбрасывает порцию кортизола, и чтобы снизить это невыносимое напряжение, психика обязана уничтожить ценность объекта. «Это не он талантлив, это мне не важно». Давление падает. Равновесие (мнимое) восстановлено.
Но есть и отличная новость: биохимические изменения в мозгу можно корректировать, лимбическую систему можно тренировать новым поведенческим и эмоциональным опытом посредством психотерапии и менять ее работу на здоровый лад.
Как эта биология накладывается на психику?
Почти всегда в основе лежит нарушение привязанности. Ребенок, выросший в системе «объектного использования», не знает, что такое безусловная ценность. Его любили не за то, что он есть, а за то, что он делает: за пятерки, за медали, за то, как удобно он дополняет образ «идеального родителя или семьи».
Если мать была эмоционально холодна, а отец отсутствовал или был номинальным, или они оба являлись нарциссами, то ребенок не видел в их глазах своего отражения. В итоге внутри образуется нарциссическая лакуна — зияющая пустота. Поскольку стабильного «Я» не сформировалось, человек вынужден строить «Ложное Я» — блестящую витрину. Но витрина хрупка, и любое напоминание о чужой подлинности причиняет боль.
Обычно это истории о коалиции ребенка и матери (в том числе против отца ребенка и наоборот), где он был ее психологической опорой, родителем, подружкой, символом успешности, и теперь дитя живет с миссией выполнить ожидания даже ценой собственной жизни. Жизнь ребенка-нарцисса можно метафорично сравнить с такой картиной: на улице кипит жизнь, тепло, солнечно, весна или лето, дети радостно прыгают и резвятся, а ребенок нарциссичного родителя может только изредка, издалека наблюдать в окно, продолжая нести на плечах бремя родительских ожиданий, при этом не иметь права на свой голос, мнение или желания.
И это не про уроки или невымытую посуду, если что.
Заложники ЧБ-мира: почему нет полутонов?
Нарциссическая личность живет в режиме расщепления. Это неспособность психики удерживать целостный образ.
- Отсутствие константности: для такого человека ты существуешь только «здесь и сейчас». Если в эту секунду ты его разочаровала, все твои прошлые заслуги аннулируются. Ты становишься «плохой» целиком.
- Экономия ресурса: поддерживать сложную картину мира, где люди разные и имеют право на ошибки, энергетически затратно. ЧБ-фильтр позволяет мгновенно классифицировать объект: «бог» или «ничтожество».
- Защита от стыда: стык белого и черного —это зона реальности, где мы все обычные, неидеальные люди. Но для нарцисса быть «обычным» — значит быть никем. Поэтому он мечется между полюсами грандиозности и ничтожности, таская за собой и окружающих.
Как это звучит в жизни?
Обесценивание — это всегда попытка «уменьшить» другого, чтобы не чувствовать себя маленьким рядом с ним (попытка отыграться на других за то, что было с ним). Оно маскируется под:
- Сарказм: «Ну, ты у нас прямо принцесса на горошине».
- «Заботу»: «Для твоего уровня это неплохой результат», «Для твоего возраста ты выглядишь неплохо», «Подумаешь, уволили, зато теперь выспишься!»
- Газлайтинг: «Ты слишком чувствительна, я просто пошутил», «Ничего нового вы мне не открыли — я и так все знаю».
- Уменьшительные формы: «Твой проектик», «Твоя статейка», «Твои копеечки».
Даже если внешне все благочестиво, но ощущение, будто тебя помоями облили — значит, ты имела дело с нарциссической атакой, где ты была просто человеком, а с тобой успели посоревноваться и обесценить.
Что же делать?
Если ты мишень:
Осознай: агрессия нарцисса не имеет отношения к тебе. Это его крик из внутренней пустоты. Перестань быть зеркалом для его проекций. Используй технику «Серого камня» — не давай ярких эмоциональных реакций. Обесценивание питается твоим откликом; без него механизм холостит.
Если ты узнала себя:
Признай, что обесценивание — это твой щит от стыда. Путь к исцелению лежит через развитие способности выдерживать «серость», то есть нормальность. Понимать, что ты (и другие) можешь ошибаться и при этом оставаться ценной. Это долгая работа, часто требующая «перепрошивки» реакций амигдалы через глубокую психотерапию, но это единственный способ выбраться из тюрьмы черно-белого мира к живым, теплым отношениям и настоящей себе.
Второй критический пункт — это дикий страх критики в свой адрес. Человек с НРЛ может даже осознавать, что с ним что-то происходит, что люди с ним не уживаются, и ожидания не сбываются, но страх признать собственную неправоту или причину собственного поведения — один из самых болезненных этапов не только во время обдумывания, но и даже во время психокоррекции.
Хорошая новость в том, что психолог, психотерапевт или психиатр не собирается тебя критиковать и наказывать, как рисует бессознательный прошлый опыт, а, напротив, помочь вытащить то, что мешает спокойно функционировать в жизни, без тревожности, подавленной агрессии, панических атак и ненависти к чужому счастью. Даже несмотря на то что у тебя будут попытки выместить это все на терапевте.
На борьбу с дофаминовой гонкой к окситоциновому покою потребуется не только время (которое необходимо на тренировку амигдалы во время терапии), но и твое собственное разрешение, в первую очередь, самой себе — разрешить стать отдельной и счастливой.
---------------------------------------------
Автор: Валентина Муханова-Бирюкова, психолог, психотерапевт, клинический нейропсихолог
Фото: Shutterstock