Почему Халит Эргенч считал свою бороду «проклятием», а валиде-султан годами не притрагивалась к еде в кадре? Пока мы восхищались интригами Хюррем, актеры боролись с тяжелыми коронами, удушающими корсетами и жесткими запретами продюсеров.
1. Халит Эргенч и «проклятие» бороды
Многие знают, что Халит не брился годами ради роли Сулеймана. Но в одном из интервью он признался, что борода стала для него настоящим испытанием в быту. Его маленький сын в то время пугался отца, а во время приемов пищи актеру нужно было очень стараться, чтобы не испортить грим. Более того, после финала съемок он первым же делом отправился в барбершоп, назвав это «моментом истинного освобождения».
2. Мерьем Узерли и «гаремная» диета
Мерьем вспоминала, что в начале съемок ее просили не худеть, а наоборот — поддерживать мягкие формы, чтобы соответствовать историческим канонам красоты того времени. Однако из-за бешеного графика и стресса она начала стремительно терять вес. Продюсерам приходилось идти на хитрости с костюмами, добавляя слои ткани, чтобы Хюррем не выглядела слишком современной.
3. Селим Байрактар и тайные уроки пластики
Исполнитель роли Сюмбюля-аги рассказывал, что для создания уникальной походки и жестов своего персонажа он тайно наблюдал за повадками... журавлей и фламинго. Он хотел, чтобы движения евнуха были одновременно грациозными, суетливыми и немного неестественными, подчеркивая его особый статус во дворце.
4. Окан Ялабык и «голос из темноты»
Окан (Ибрагим-паша) признавался, что самой сложной частью работы были не съемки, а озвучка своих же монологов и игры на скрипке. Актер — профессиональный мастер дубляжа, и он часами сидел в студии, добиваясь того самого «стального» и одновременно бархатного тембра, который сводил с сума Хатидже. Кстати, на скрипке Окан в реальности играть не умел — это была безупречная имитация движений.
5. Травмоопасная роскошь
Пелин Карахан (Михримах) и другие актрисы вспоминали, что тяжелые короны и массивные украшения были не просто реквизитом, а причиной постоянных головных болей. Короны крепились так туго, что к вечеру у актрис немела кожа головы. Нур Феттахоглу (Махидевран) однажды даже едва не потеряла сознание от сочетания тугого корсета, тяжелого платья и жары в павильонах, которые имитировали Топкапы.
6. Бурак Озчивит и «усы раздора»
Когда Бурака утвердили на роль Бали-бея, он должен был отрастить настоящие усы. Актер так сроднился с образом, что после окончания своего контракта в сериале... отказался их сбривать для других проектов. Это вызвало споры с продюсерами его следующих фильмов, но Бурак настоял: «Бали-бей — это часть меня». В итоге его легендарные усы стали трендом в турецких барбершопах на годы вперед.
7. Вахиде Перчин и «молчаливый протест» фанатов
Когда Вахиде сменила Мерьем Узерли в роли Хюррем, она столкнулась с невероятным хейтом. Актриса рассказывала, что в первые недели съемок она специально просила сценаристов сделать её героиню более властной и жесткой. «Я не пыталась копировать Мерьем, я играла женщину, которая пережила потерю детей и ссылку», — говорила Вахиде. Она намеренно изменила походку и тембр голоса, чтобы показать: Хюррем больше не та «веселая рабыня», она — железная Валиде.
8. Небахат Чехре: Валиде-султан против... еды
Исполнительница роли Валиде — икона стиля в Турции. В одном из интервью она призналась, что за все годы съемок ни разу не съела ни одного кусочка тех роскошных блюд, что стояли на столах в кадре. «Реквизитная еда в гареме часто была залита лаком для блеска или стояла под софитами часами. Если бы я съела хоть одну пахлаву со стола Валиде, сериал закончился бы в больнице», — шутила актриса.
9. Энгин Озтюрк и «тяжелое наследие» Селима
Актер, сыгравший шехзаде Селима, признавался, что ему было психологически тяжело играть «нелюбимого» сына. Он специально дистанцировался от Халита Эргенча на съемочной площадке вне кадра, чтобы в их общих сценах чувствовалась эта неловкость и холод. Энгин говорил, что иногда после съемок сцен ссор с отцом он уходил в свою гримерку и долго сидел в тишине, чтобы «сбросить» с себя чувство обиды шехзаде.
10. Секрет «летящих» тканей
Многие фанаты восхищаются тем, как красиво развевались шлейфы платьев султанш при ходьбе по коридорам Топкапы. Филиз Ахмет (Нигяр-калфа) «сдала» секрет: в коридорах павильона за декорациями были установлены мощные вентиляторы. Актерам приходилось учиться ходить так, чтобы ветер не задувал им в лицо, а только изящно подхватывал подолы платьев сзади.
11. «Смехотерапия» в самых тяжелых сценах
Мерьем Узерли в начале съемок почти не знала турецкого языка (она учила реплики буквально по слогам, не всегда понимая смысл). Из-за этого она находилась в диком стрессе и часто плакала в перерывах. Селим Байрактар, который в жизни обладает потрясающим чувством юмора, взял на себя роль ее «личного психолога».
Когда Мерьем готова была сорваться из-за усталости или забытого текста, Селим начинал прямо на площадке (пока операторы переставляли свет) смешить ее. Он подходил к ней в образе Сюмбюля-аги и начинал шепотом рассказывать нелепые анекдоты или строить гримасы, которые мог видеть только она.
«Иногда мы снимали сцену, где Хюррем должна была метать молнии или плакать, а я стоял за спиной султана или за камерой и тихонько делал что-то смешное. Мерьем приходилось прикладывать титанические усилия, чтобы не расхохотаться в кадре. Это помогало ей сбросить напряжение: после того как она едва сдерживала смех, ей было гораздо легче выплеснуть нужные эмоции», — вспоминал Селим.
Еще одна интересная статья по теме. Очень рекомендую!
Если вам понравилась эта статья, ставьте лайк и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые интересные материалы!
Подборка всех статей о "Великолепном веке" и Османской империи здесь.
Для подписчиков Премиум раздела доступны эксклюзивные материалы, которых нет в открытом доступе.