Утром 5 июля 1943 года командир Pz.IV обер-фельдфебель Хайнц Линге из 3-й танковой дивизии в последний раз протёр прицел. Над позициями ещё висел предутренний туман, когда где-то далеко впереди загрохотала немецкая артиллерия. Операция «Цитадель» началась. Линге знал: где-то там, в глубине советской обороны, его ждут «тридцатьчетвёрки».
Знал он и другое: его «четвёрка» с длинноствольной 75-мм пушкой L/48 теперь может бить русские танки с дистанции, о которой год назад можно было только мечтать. Но сколько их там, за горизонтом? И хватит ли одной его машины, чтобы проломить эту бесконечную русскую оборону? Ответы на эти вопросы ему предстояло узнать в ближайшие дни — в самом большом танковом сражении в истории человечества.
Сколько «четвёрок» вышло на Курскую дугу
К лету 1943 года Pz.IV был самым массовым немецким танком. Из 2772 танков и САУ, которые немцы сосредоточили для операции «Цитадель» по советским данным (по немецким — около 2758 машин), на долю «четвёрок» приходилось около 800 единиц.
Для сравнения: «Тигров» было всего 146, «Пантер» — около 200 (дебютировавших в этом сражении), а устаревших Pz.III — ещё около 900, но их боевая ценность к тому времени была уже невелика. Получается, что именно Pz.IV составлял костяк немецких танковых дивизий. Именно на них ложилась основная тяжесть прорыва советской обороны.
Интересный факт: в английских и американских источниках Pz.IV часто называют «лучшим танком, действовавшим под Курском». И дело не в том, что он был мощнее «Тигра» или современнее «Пантеры», а в том, что он оказался самым надёжным и сбалансированным. «Пантеры» массово выходили из строя по техническим причинам, «Тигров» было мало, а «четвёрка» работала.
Тактика: «Тигры» в центре, «четвёрки» на флангах
Немцы построили свою тактику на Курской дуге вокруг тяжёлых машин. В голове каждого танкового клина шли «Тигры» — бронированные тараны с 88-мм пушками, способные пробить любой советский танк с предельных дистанций. За ними, чуть уступом, двигались «Пантеры». А на флангах и позади — основные силы: Pz.IV и Pz.III.
Эта тактика получила название Panzerkeil — «танковый клин». Она позволяла использовать мощь тяжёлых машин для пролома обороны, а «четвёрки» прикрывали фланги и добивали то, что не успели добить «Тигры». Но был у этой схемы и недостаток: «Тигры» и «Пантеры» страдали от технических проблем, и часто именно «четвёркам» приходилось выходить вперёд и брать на себя удар.
Генерал-майор Фридрих Вильгельм фон Меллентин, начальник штаба 48-го танкового корпуса, позже писал:
«Этой операции суждено было стать величайшей танковой битвой в истории войн».
И в этой битве Pz.IV играл роль главной рабочей лошади — не самой яркой, не самой мощной, но той, на которой держалось всё.
Боевая работа: день за днём
5–6 июля. Первые дни наступления. «Четвёрки» 3-й танковой дивизии пробиваются через минные поля. Советские сапёры работали профессионально: на километр фронта приходилось до 2000 противотанковых мин. Многие машины подрываются ещё до входа в бой. Но те, кто прошёл, встречают огонь советских противотанковых пушек и закопанных в землю Т-34.
7–10 июля. Бои на южном фасе. Под ударами 4-й танковой армии Гота советская оборона начинает прогибаться. Именно здесь Pz.IV показывают себя во всей красе. Они действуют парами, поддерживая друг друга. Пока один танк подавляет противотанковое орудие, второй прикрывает его от фланговых атак. Немецкая оптика и радио позволяют координировать действия с хирургической точностью.
12 июля. Прохоровка. В этот день в бой пошли не только «Тигры» и «Пантеры», но и сотни «четвёрок». Начальник штаба 48-го танкового корпуса фон Меллентин отмечал, что именно здесь плотность танков достигла максимума. Встречные бои на коротких дистанциях, где манёвренность Т-34 была преимуществом, а броня Pz.IV — слабостью, стоили обеим сторонам огромных потерь.
Интересный факт: 12 июля под Прохоровкой сошлись около 700 танков с обеих сторон. Из них немецкая группировка насчитывала примерно 150–200 Pz.IV — больше, чем «Тигров» и «Пантер» вместе взятых. Именно «четвёрки» вынесли на себе основную тяжесть этого беспримерного сражения.
Чего смогли добиться Pz.IV под Курском
Если смотреть на итоги операции «Цитадель» в целом, немецкое наступление провалилось. Но это не значит, что Pz.IV воевали плохо. Напротив, именно «четвёрки» показали себя наиболее эффективно среди всех немецких танков.
Они уничтожали Т-34 на дистанциях, недоступных для ответного огня. Они прорывали оборону там, где не могли пробить «Пантеры» из-за технических проблем. Они прикрывали фланги, когда «Тигры» уходили вперёд. К концу июля, когда наступление захлебнулось, и главного немцы сделать не смогли — прорвать советскую оборону на всю глубину.
Слишком много было мин, слишком плотным был огонь противотанковой артиллерии, слишком умело действовали советские танкисты, закапывавшие свои Т-34 в землю и бившие с коротких дистанций.
Друзья, как вы думаете, могла ли Германия выиграть Курскую битву, если бы сделала ставку не на «Тигры» и «Пантеры», а на массовое производство надёжных и сбалансированных Pz.IV? Или проблема была не в танках? Напишите своё мнение в комментариях.
Потери и итоги
Немецкие потери в танках под Курском были огромны. За период с 5 по 23 июля 1943 года вермахт потерял безвозвратно около 440 танков и САУ. Сколько из них было Pz.IV — точно неизвестно, но учитывая их массовость, можно предположить, что не менее 200–250 машин. Ещё больше было подбито и отправлено в ремонт.
Фридрих Вильгельм фон Меллентин, начальник штаба 48-го танкового корпуса:
«Наши танкисты на Pz.IV действовали под Курском с невероятным мужеством и мастерством. Они знали, что их машины уступают "Тиграм" в броне, но они знали и другое: их пушка бьёт достаточно далеко и точно, чтобы уничтожить любого врага. Они шли в бой с открытыми люками, чтобы лучше видеть поле боя, и часто выигрывали там, где, казалось, выиграть невозможно».
Друзья, если вам понравился этот материал и вы хотите разобраться в других загадках Второй мировой — подписывайтесь на канал и делитесь с друзьями. Впереди ещё много нерассказанных историй о людях и машинах, ковавших победу и терпевших поражения.