Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Закончив печатать очередной фрагмент, Андрей вынул лист из пишущей машинки, бегло просмотрел написанное и положил его в стопку готовых страниц на краю стола. Мыслями он всё ещё был в Центральной Америке: обилие впечатлений, собранных в Никарагуа, требовало спокойного, вдумчивого осмысления. Острые эмоции от увиденного успели улечься, превратившись в материал для работы, и теперь можно было неторопливо, обстоятельно переносить всё на бумагу, дополняя будущую книгу об этой стране.
Заправив в каретку новый чистый лист, Андрей потянулся, машинально погладил кота Серого, который дремал на соседнем стуле, и отправился на кухню. Сварив кофе и перелив его в кружку, он, прихватив пачку сигарет, вышел на лестничную клетку перекурить. Выпустив густое облако сизого дыма к потолку, он вдруг увидел, как из открывшихся дверей лифта вышел Аркадий Владимирович.
Мужчины тепло поприветствовали друг друга, обменявшись крепким рукопожатием и объятиями. Андрей поинтересовался, почему отец один, и выяснил, что мать ушла к Аделаиде Вениаминовне. Аркадий Владимирович с легким укором заметил, что Оля сообщила им о возвращении сына, тогда как сам он мог бы и позвонить родителям. Андрей, оправдываясь, сослался на командировочную запарку, отчеты и встречи, пообещав исправиться. Отец, хоть и с пониманием, но мягко пожурил его за то, что для звонка родителям нужна всего минута, и, хлопнув сына по плечу, предложил пойти в квартиру пить кофе.
На кухне Андрей сварил кофе для отца. Аркадий Владимирович, войдя следом с котом на руках, присел к столу и обратил внимание на разложенные фотографии, которые показались ему жутковатыми. Андрей пояснил, что разбирает снимки, которые всё равно нигде не опубликуют, и рассказал, что это городок Халапа на севере Никарагуа, где ему довелось видеть последствия боев: сначала там работали с сандинистами, а через две недели, после прихода контрас из Гондураса, картина была уже иной. Аркадий Владимирович, покачав головой, заметил, что работа у сына тяжелая — нервы нужны железные, чтобы общаться с теми, кто воюет против народа, и добавил, что дед наверняка гордился бы таким внуком.
За коньяком, который Андрей достал из шкафчика, разговор перешел на московские новости. Выпив за Андрея, Аркадий Владимирович поделился мыслями о попытках Андропова навести порядок, заметив, что к чему это приведет — покажет время. Андрей поинтересовался громким «елисеевским» делом. Отец ответил, что толком ничего не известно, так как дело ведет «контора», но Москва полнится самыми невероятными слухами, происхождение которых вызывает у него усмешку. Андрей предположил, что слухи эти фабрикуются специально обученными людьми из его родного университета, и попросил отца рассказать, о чем судачат в народе. Для этого они снова вышли на лестничную клетку покурить.
Стоя на лестнице и закурив, Аркадий Владимирович изложил суть народных толков. Он напомнил об укоренившемся отношении к работникам торговли как к жуликам, поэтому арест такой фигуры, как директор «Елисеевского», для простых людей стал знаковым событием. Многие злорадствуют, не понимая глубины системы, порождением которой и является Соколов. Люди наивно полагают, что дефицит и очереди — следствие деятельности «торговой мафии», придерживающей товары на складах для распределения по блату. Андрей выразил недоумение такой наивностью и спросил, что же будут говорить распускающие слухи, когда виновных накажут, а в магазинах ничего не изменится. Отец философски заметил, что тогда, вероятно, придумают новую байку, чтобы направить народный гнев в нужное русло. Андрей с горечью констатировал, что такие методы не похожи на уверенный путь к светлому будущему, на что отец снова повторил: время покажет.
Вернувшись на кухню и выпив еще по одной, Аркадий Владимирович продолжил. Он сказал, что правды о «торговой мафии» москвичи, скорее всего, никогда не узнают, но слухи ходят упорные: о шикарной квартире Соколова, о белом «Мерседесе», о миллионах под матрасом и даже о его жене с необычным американским именем Флорида. Андрей, покачав головой, выразил опасение, что такие настроения могут привести к настоящей охоте на ведьм. Отец согласился, назвав дело Соколова лишь первой ласточкой, и добавил, что самое печальное — в стране ничего не изменится по сути. Бороться надо не только с последствиями, но и с причинами — улучшать снабжение товарами, а не просто рубить головы направо и налево.
Затем Андрей спросил о судьбе Николая Анисимовича Щелокова, заметив, что Оля ничего не говорит, ссылаясь на отцовское молчание. Аркадий Владимирович объяснил, что не хочет посвящать невестку в такие дела, чтобы она, по своей горячности, не ввязалась в неприятности, и рассказал о самоубийстве Светланы Владимировны Щелоковой в феврале. По официальной версии — нервный срыв, но дело, по его мнению, темное. Домашняя хозяйка, знавшая семью, утверждает, что никакого видимого напряжения у жены Щелокова не было, хотя, конечно, человек мог всё держать в себе. Трагедия произошла на глазах у мужа. Что сам Щелоков говорит следователям — неизвестно, но после смерти жены он стал затворником.
Сменив неприятную тему, Аркадий Владимирович поинтересовался планами сына. Андрей ответил, что надеется побыть дома два-три месяца, так как в Никарагуа назревает новый виток войны: американцы планируют удушить сандинистов экономически, минируя порты страны. Отец возмутился, назвав это терроризмом. Андрей пояснил, что американцы действуют руками контрас, которые уже объявили территориальные воды Никарагуа зоной боевых действий. Он предположил, что именно поэтому Ортега летал в Москву просить помощи. Если мины действительно будут выставлены, сандинистам не справиться без тральщики и специалистов — их флот слишком слаб, а попытки минирования уже привели к гибели рыболовных судов. Аркадий Владимирович уточнил, занимается ли сын сейчас только Никарагуа, и узнал, что работа предполагает также поездки в соседние Гондурас и Коста-Рику. На вопрос о практической пользе таких командировок Андрей ответил утвердительно, но заметил, что подробности рассказать не может. Он лишь поделился своим выводом: встречаясь с людьми по обе стороны баррикад, начинаешь понимать, что причины конфликта часто зыбки, и, будь сандинисты чуть дальновиднее в отношениях с крестьянами и индейцами, войны, возможно, удалось бы избежать, несмотря на неизбежные пакости со стороны американцев. Отец согласился, заметив, что история не терпит сослагательного наклонения, и в их собственной стране тоже наломали дров, борясь со следствием, а не с причиной.
Мужчины молча выпили по последней. Аркадий Владимирович, переложив задремавшего кота с колен на табуретку, что коту крайне не понравилось, и они снова вышли на лестницу покурить. Отец посоветовал убрать со стола страшные фотографии, чтобы мать их случайно не увидела. Андрей ответил, что и Оле их не показывает, чтобы не волновать её. Аркадий Владимирович мягко заметил, что Оля, конечно, догадывается, в какие переделки лезет муж, и переживает, но виду не подает, и попросил сына ценить и беречь жену. Андрей признался, что, снимая рукопашную схватку ополченцев с контрас в Халапе, он даже не думал о том, что и сам может оказаться в самой гуще… Отец, затягиваясь папиросой, наставительно заметил, что о таком думать и не надо, и добавил, что сын это и сам понимает. Заканчивая разговор, он сказал, что пора возвращаться, так как скоро придут бабушки с Вовкой.
На площадке Author Today можно приобрести и скачать в формате FB2 электронные книги: «Пикси», «По прозвищу Змей», «Серж» (6 книг).
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 130 рублей месяц.