Наталья убавила огонь под сотейником и полезла в телефон за рецептом соуса, когда позвонил Дмитрий. По голосу сразу стало понятно: романтический вечер накрылся.
- Наташ, тут такое дело, - мямлил он. - Алинка звонила, ревёт. Парень её бросил, прямо накануне восьмого марта. Она одна в квартире, ей плохо. Я сказал, чтобы приезжала к нам.
- Ты уже сказал? - Наталья выключила плиту. - То есть вопрос решён, а мне звонишь просто уведомить?
- Ну а что, мне родную сестру на улице оставить? Она там прямо рыдает.
Наталья хотела ответить, что Алина рыдает примерно раз в месяц, причём всегда по разному поводу, но сдержалась. Восьмое марта на носу, Дмитрий уже неделю ходил загадочный, намекал на какой-то сюрприз, она сама с утра забежала в магазин за продуктами, приготовить праздничный ужин на двоих. А теперь выходило, что ужин на двоих превращается в вечер утешения золовки.
- Во сколько она будет? - только и спросила Наталья.
- Через час примерно. Наташ, ну ты же понимаешь, она у меня одна.
- У тебя ещё и я есть, - напомнила Наталья. - Но ладно, пусть приезжает.
***
С Алиной у Натальи отношения были натянутые, хотя обе старались этого не показывать. Дмитрию было тридцать три, сестре двадцать шесть, и разница эта чувствовалась не в возрасте, а в том, как мать их воспитала. Дмитрий вырос ответственным, работящим, после армии сам квартиру тянул. А Алину Валентина Петровна опекала так, будто та из хрусталя сделана. Девочка привыкла, что мир крутится вокруг неё, и с появлением Натальи в жизни брата этот мир немного покачнулся.
Наталья с Дмитрием жили вместе полтора года. Познакомились через общих знакомых, встречались полгода, а потом он предложил переехать к нему. Двухкомнатная квартира в спальном районе досталась ему от бабушки, но состояние было такое, будто бабушка съехала в тысяча девятьсот восемьдесят втором и больше никто туда не заглядывал. Обои пузырями, трубы текут, проводка искрит.
- Давай сделаем ремонт, я помогу, - предложила тогда Наталья.
Помогла. На четыреста пятьдесят тысяч из своих накоплений. Дмитрий вложил примерно столько же, плюс сам с другом перекладывал плитку в ванной и менял двери. Получилась нормальная, светлая квартира, в которой хотелось жить. Свадьбу наметили на лето, Наталья даже платье присмотрела в интернете за двадцать восемь тысяч и отложила в корзину.
Алина на новоселье пришла, оглядела всё с таким лицом, будто её в коммуналку привели.
- Ну ничего так, - протянула она тогда. - Братик, а обои ты сам выбирал?
- Вместе выбирали, - ответил Дмитрий.
- Понятно, - Алина провела пальцем по стене. - Ну, на вкус и цвет, как говорится.
Наталья тогда промолчала. Она вообще часто молчала, когда дело касалось Алины, потому что любое замечание Дмитрий воспринимал болезненно. Мать развелась, когда детям было двенадцать и пять, отец уехал и почти не появлялся. Дмитрий с детства чувствовал себя за старшего мужчину в семье, и к сестре относился одновременно как брат и как отец.
- Она же маленькая была, когда папа ушёл, - объяснял он. - Ей тяжелее досталось.
Наталья не спорила. Она сама выросла без отца и знала, что это такое. Но Алине уже двадцать шесть, а маленькой она быть не перестала, и вот это напрягало.
***
Наталья решила не портить вечер. Раз уж ужин на двоих отменяется, пусть будет нормальный вечер втроём. Дорезала овощи, поставила красивые тарелки, достала из шкафа набор косметики, который купила себе, но ещё не распаковала. Весенняя серия, хороший бренд, семь тысяч рублей. Хотела побаловать себя к празднику, но подумала: если Алине действительно плохо, пусть хоть подарок настроение поднимет. Себе потом ещё купит.
Дмитрий приехал первым, переоделся, помог расставить закуски.
- Ты лучшая, - сказал он, обняв Наталью на кухне. - Правда, я знаю, что ты хотела другой вечер. Я тебе всё компенсирую, обещаю.
- Компенсируешь свадьбой, - усмехнулась Наталья.
Звонок в дверь раздался ровно через десять минут. Алина стояла на пороге с дорожной сумкой, в модном бежевом пальто и с тушью, растёкшейся ровно настолько, чтобы выглядеть несчастной, но не страшной. Наталья обратила на это внимание, но подумала, что сама себя накручивает.
- Наташенька, - Алина бросилась ей на шею. - Спасибо, что пустили. Мне так плохо, ты не представляешь.
- Проходи, раздевайся, сейчас покормлю, - Наталья забрала сумку и понесла в комнату.
Сумка была тяжёлой. Не как у человека, который в слезах покидает квартиру, а как у того, кто обстоятельно собрался на выходные. Наталья отогнала мысль и вернулась на кухню.
***
За столом Алина рассказывала, как её Максим «просто взял и написал, что им нужен перерыв». Не позвонил, не встретился, а именно написал. Сообщением.
- Представляешь, накануне женского праздника. Я целый день проревела, на работу не пошла, - Алина ковыряла вилкой мясо. - Он вообще последнее время странный. Я ему говорю: давай куда-нибудь съездим вместе, а он всё отмалчивается.
- Может, у него просто сложный период на работе? - осторожно предположила Наталья.
- Ты не понимаешь, Наташ, - отмахнулась Алина. - Когда мужчина хочет, он находит время. Правда же, Дим?
- Ну, в целом да, - Дмитрий неуверенно кивнул.
- Вот видишь, даже братик подтверждает, - Алина подцепила кусочек и положила обратно. - Вкусно, Наташ, но я не могу есть. Кусок в горло не лезет.
Наталья заметила, что за последние двадцать минут кусок в горло вполне себе лез, и даже не один, но промолчала. Она встала, вышла в комнату и вернулась с упакованным набором косметики.
- Это тебе. Пусть будет подарок к восьмому марта, немного заранее.
Алина раскрыла коробку, ахнула и обняла Наталью так крепко, что у той заболело плечо.
- Наташка, ты моя лучшая подруга, - Алина прижала набор к груди. - Серьёзно, брату с тобой повезло, скажи ему это.
- Я и сам знаю, - улыбнулся Дмитрий.
Наталья была довольна. Вечер выруливал в нормальное русло, Алина успокоилась, Дмитрий расслабился. Может, зря она всегда начеку с этой девчонкой. Люди же меняются, и двадцать шесть — это уже не пятнадцать.
***
Дмитрий вышел принять душ, и Наталья осталась убирать со стола. Алина сказала, что поможет, но вместо этого взяла телефон и ушла в комнату, прикрыв дверь. Наталья носила тарелки на кухню, когда услышала голос Алины. Не плачущий, не расстроенный, а вполне бодрый и деловой.
Сначала подумала — с подругой разговаривает. Но потом разобрала слова и замерла с тарелкой в руках.
- Мам, ну ты сама посмотри, как она готовит. Мясо пересушенное, овощи какие-то тушёные. Братик при ней исхудал, ты же видела. Да и вообще, Наташка эта странная. Я у Светки спрашивала, Светка говорит, что Наташа ей жаловалась, что Димка мало зарабатывает. Прямо так и сказала: «На его зарплату не разгуляешься».
Наталья застыла в коридоре. Никакой Светке она ничего подобного не говорила. У Натальи, строго говоря, и знакомой Светки никакой не было. Была Света-коллега, с которой они пересекались на работе, но отношения рабочие, и про Дмитрия она с ней никогда не разговаривала.
- Мам, я тебе серьёзно говорю, - продолжала Алина. - Она ему не пара. Хозяйка из неё так себе, а ты бы видела, как она на обои эти облезлые потратила. Нашла в интернете самые дорогие, навязала Димке, и он теперь по уши в долгах.
Обои они выбирали вместе, самые обычные, по восемьсот рублей за рулон. Ни в каких долгах Дмитрий не был. Алина врала так спокойно и уверенно, будто пересказывала вчерашний сериал.
- Ладно, мам, потом договорим, Наташка услышит ещё, - Алина понизила голос. - Ты главное Димке позвони завтра и скажи, что переживаешь за него. Не прямо, а так, аккуратненько. Мол, выглядит уставшим и похудевшим. Он тебя послушает.
Наталья тихо вернулась на кухню, поставила тарелку. Семь тысяч за косметику. Весь вечер у плиты. Планы с Дмитрием отложены. А эта, значит, параллельно матери звонит и рассказывает, какая невеста у брата плохая хозяйка.
***
Дмитрий вышел из душа и нашёл Наталью на кухне. Она молча домывала посуду.
- Ты чего хмурая?
- Устала, - коротко ответила она.
- Иди ложись, я сам доделаю.
- Ага, доделаешь, как в прошлый раз, когда сковородку «замочил» на трое суток, - Наталья не улыбнулась.
Дмитрий пожал плечами и ушёл к сестре. Через стенку Наталья слышала их разговор, но слов разобрать не могла. Алина то смеялась, то что-то тихо бубнила. Наталья легла и долго не могла заснуть.
Утром она встала первая. Привычка — на работу нужно к восьми, и тело само поднимало в шесть тридцать, даже в выходные. В коридоре стояла Алинина сумка, из которой торчал край какого-то буклета. Наталья не собиралась ничего трогать. Просто хотела передвинуть сумку, потому что та стояла на проходе и мешала пройти к вешалке. Подняла за ручку, буклет выпал, а вместе с ним — сложенный вчетверо лист бумаги.
Наталья подняла его машинально и хотела засунуть обратно, когда увидела логотип спа-отеля и жирную надпись «Подтверждение бронирования». Развернула.
«Спа-отель «Сосновый бор». Бронирование на 8-9 марта. Два гостя. Алина Сергеевна Козлова. Максим Андреевич Лаптев. Номер «люкс», завтрак включён. Оплачено: 18 700 руб.»
Перечитала три раза. Максим Андреевич Лаптев. Тот самый Максим, который якобы бросил Алину накануне праздника. Бронь на восьмое-девятое марта. Оплачено. Восемнадцать тысяч семьсот рублей за номер люкс на двоих.
Она сложила бумагу и села на табуретку в коридоре. Значит, никто Алину не бросал. Бронь на двоих, на праздничные даты, номер люкс. Наталья не была следователем, но тут и следователь бы не понадобился. Алина приехала не потому, что ей плохо. Алина приехала с конкретной целью, и цель эта была не в утешении.
***
Женя, Натальина коллега и единственная подруга, которой она доверяла, как-то рассказывала ей про Дмитриеву бывшую. Месяца четыре назад за обедом.
- Мне Лариска из отдела кадров говорила, она с той Юлей знакома, - рассказывала тогда Женя. - Так вот, Юля два года с твоим Димой прожила, а потом ушла. И знаешь почему? Сестра. Алина эта постоянно приезжала без предупреждения, устраивала сцены, рассказывала матери всякие небылицы. Юля терпела-терпела, а потом собрала вещи и уехала.
- Да ладно, она мне казалась нормальной, - не поверила тогда Наталья.
- Нормальная она, пока ты ей не мешаешь, - усмехнулась Женя. - А как только братика занимаешь, включается программа «ликвидация».
Наталья тогда отмахнулась. Подумала, что Женя преувеличивает, что Лариска из отдела кадров вообще любит посплетничать, и что Юля, может, сама была не подарок. Но сейчас, сидя в коридоре с этой бумагой, она вспомнила тот разговор очень отчётливо.
***
Дмитрий проснулся около девяти. Наталья сидела на кухне и ждала. Она уже приняла решение, но хотела сделать это при обоих.
- С добрым утром, - Дмитрий потянулся и полез в холодильник. - Алинка ещё спит?
- Не знаю, мне не докладывали, - ответила Наталья. - Дим, сядь. Мне нужно тебе кое-что показать.
- Что случилось?
- Сядь, пожалуйста.
Он сел. Наталья положила перед ним сложенный лист.
- Что это?
- Прочитай.
Дмитрий развернул, пробежал глазами, нахмурился.
- Откуда это у тебя?
- Из Алининой сумки выпало, когда я её в коридоре передвигала. Сумка стояла на проходе, прямо перед вешалкой.
- И ты полезла смотреть?
- Бумага выпала на пол. Я подняла и увидела. Дим, бронь на двоих, Алина и Максим, восьмое-девятое марта. Тот самый Максим, который якобы её бросил вчера.
Дмитрий молчал.
- Может, это старая бронь, - наконец сказал он.
- Восьмое-девятое марта — это сегодня и завтра, - Наталья старалась говорить спокойно. - Оплачено. Номер люкс. Кто будет бронировать люкс с человеком, который его бросил?
В этот момент в кухню вошла Алина. Она была в пижаме, с заспанным лицом, но глаза мгновенно стали острыми, когда она увидела бумагу в руках брата.
- Это что? - она сразу посмотрела на Наталью.
- Подтверждение бронирования спа-отеля на двоих, - спокойно ответила Наталья. - Ты и Максим. На сегодня.
Секунда — и лицо Алины переключилось. Слёзы, мягкость, растерянность исчезли. Осталась холодная злость.
- Братик, ты видишь, она в чужих вещах роется, - голос у Алины стал звонким и жёстким. - Тебе такая жена нужна? Которая по сумкам лазит и чужие документы читает?
- Алин, я спрашиваю про бронь, - Дмитрий поднял голову.
- А я тебе отвечаю: твоя Наташа копается в моих личных вещах. Это нормально, по-твоему?
- Бумага выпала из сумки, - повторила Наталья.
- Ага, конечно. Выпала. Сама развернулась и прочиталась, - Алина скрестила руки. - Дим, я тебе вчера говорила, и маме говорила: она не тот человек.
- Нормальная женщина не будет врать, что её бросили, чтобы напроситься в гости и испортить людям праздник, - не выдержала Наталья.
- Я не врала.
- Алина. Восемнадцать тысяч за номер люкс на двоих. На сегодня. С Максимом. Который тебя якобы вчера бросил.
***
Вместо того чтобы оправдываться, золовка перешла в атаку с такой скоростью, что Наталья растерялась.
- Дима, ты послушай, что творится, - Алина подсела к брату. - Я приехала к вам, потому что мне было плохо. Да, мы с Максимом бронировали отель раньше, до ссоры. Бронь никто не отменял, потому что деньги не возвращают. А вот то, что твоя невеста роется в моих вещах, это факт.
- Тебе было так плохо, что ты с мамой по телефону обсуждала, как я готовлю, какие у нас обои и что я якобы жалуюсь на Димину зарплату? - Наталья почувствовала, что голос начинает звенеть, и сделала паузу.
- Ты ещё и подслушиваешь? - Алина даже обрадовалась. - Братик, ты слышишь? Она по сумкам шарит и разговоры подслушивает. Это вообще что за человек?
- Я посуду мыла на кухне, а ты разговаривала в комнате через стенку, - Наталья старалась держаться. - Не надо из меня шпионку делать.
Дмитрий сидел, уткнувшись в стол. Вчера был нормальный вечер, все вроде подружились, сестра успокоилась, Наталья была добрая и щедрая, а сегодня — два фронта, и оба требуют от него немедленного решения.
- Алин, а что ты маме говорила? - наконец спросил он.
- Правду. Что ты похудел, что выглядишь уставшим, что квартира на ремонт потянула больше, чем нужно.
- Четыреста пятьдесят тысяч — мои. Личные. Из накоплений, - тихо сказала Наталья. - Могла бы на себя потратить, между прочим.
- Вот и потратила бы, кто просил, - фыркнула Алина.
Наталья посмотрела на Дмитрия. Он молчал. Она ждала, что он скажет хоть что-то — встанет на её сторону, спросит сестру напрямую, хотя бы попросит разобраться спокойно. Но он сидел и молчал, как будто ждал, что конфликт сам рассосётся.
***
Наталья вспомнила, как полгода назад Валентина Петровна приезжала к ним в гости и весь вечер рассказывала, какая Юля, бывшая Дмитрия, была замечательная девушка.
- Юлечка хотя бы готовить умела, - говорила мать, глядя на Наталью так, будто та ей лично чем-то задолжала.
- Мам, хватит, - одёрнул тогда Дмитрий.
Но тут же добавил:
- Она не со зла, она просто Юлю хорошо знала.
Наталья тогда промолчала. И когда Алина через месяц «случайно» забыла у них свою куртку и приехала за ней в субботу утром без предупреждения — тоже промолчала. И когда на дне рождения Дмитрия Алина усадила её на край стола, а сама села рядом с братом и весь вечер обнимала его за плечо — тоже. Молчала, молчала, молчала.
***
- Алина, ты вчера сказала, что я лучшая подруга, и обняла меня за подарок. А потом позвонила маме и рассказала, что я плохая хозяйка. Это как называется?
- Это называется — я сестра и забочусь о брате.
- Это называется — враньё, - отрезала Наталья.
Дмитрий поднял голову.
- Девчонки, давайте успокоимся.
- Девчонки? - Наталья даже рассмеялась. - Дим, тут не девчонки поссорились в песочнице. Твоя сестра приехала с легендой про расставание с парнем, а у неё в сумке оплаченный номер люкс с этим самым парнем на завтра. Весь вечер ела за моим столом, приняла мой подарок за семь тысяч, а потом звонила вашей маме и рассказывала, что я плохо готовлю и жалуюсь на твою зарплату. Я никогда в жизни ни одному человеку не говорила про твою зарплату. И Светки, на которую она ссылалась, у меня в знакомых нет.
Алина откинулась на спинку стула.
- Значит, ты и разговор подслушала целиком, - констатировала она.
- Ты в комнате через стенку разговаривала, я на кухне посуду мыла. Стены в этой квартире не звукоизолированные.
- Опять деньги считаешь, - скривилась Алина. - Дим, ты слышишь? Она только и делает, что деньги считает. Семь тысяч за косметику, ремонт, обои. Так и запишем — бухгалтерша.
- Я и есть бухгалтер, - спокойно ответила Наталья. - И да, я считаю деньги. Потому что их считать нужно, а не тратить на номер люкс за восемнадцать тысяч и при этом клянчить сочувствие.
***
Телефон Алины зазвонил. Она глянула на экран, и лицо дёрнулось. Наталья успела заметить имя — «Максик». Тот самый Максим, который якобы вчера бросил Алину.
- Не бери, - сказала Наталья.
- С чего это я не буду брать свой телефон?
- Потому что интересно послушать, как звонит человек, который тебя бросил.
Алина нажала «отбой». Через десять секунд пришло сообщение. Алина прочитала, и даже у неё на секунду проступило замешательство. Она быстро убрала телефон.
- Максим пишет, во сколько за тобой заехать? - предположила Наталья.
- Не твоё дело.
- Разумеется, не моё.
Дмитрий смотрел на сестру, и что-то в его лице наконец начало меняться.
- Алин, вы с Максимом расстались или нет? - спросил он прямо.
- Мы поссорились.
- Поссорились или расстались?
- А какая разница?
- Большая. Ты вчера приехала и сказала, что он тебя бросил. Рыдала, просила поддержки. Наташка тебе подарок отдала, стол накрыла. А теперь выясняется, что у вас просто ссора и завтра вы вместе едете в спа-отель.
- Ну и что? Я же не знала вчера, что он мне напишет, - Алина повысила голос. - Может, он только утром решил помириться.
- Бронь оплачена заранее, - напомнила Наталья.
- Бронь оплатил он ещё две недели назад.
- И ты об этом знала, когда приезжала сюда в слезах?
Впервые за утро у Алины не нашлось ответа. Она посмотрела на брата и понизила голос.
- Дима, послушай. Я знаю, что поступила нехорошо. Но я приезжала к тебе, потому что скучаю. Мы раньше каждые выходные виделись, а теперь ты весь в этой квартире, в этом ремонте, в этих планах на свадьбу. Я тебя почти не вижу. Мама тоже переживает. Мы же семья.
- А я тогда кто? - тихо спросила Наталья.
Алина посмотрела на неё так, будто не поняла вопроса.
***
Наталья встала, вымыла свою чашку и поставила на сушилку. Она очень ясно поняла одну вещь: Дмитрий не встанет. Не потому что плохой. Потому что не может. У него мать с одной стороны, сестра с другой, и обе — это его детство, его чувство вины, его привычка быть за старшего, который не имеет права выбирать.
Она вернулась в комнату, переоделась, взяла сумку и куртку. Забрала зарядку от телефона, паспорт и кошелёк.
- Ты куда? - Дмитрий вышел за ней в коридор.
- Гулять, - Наталья застегнула куртку. - Мне нужно подышать. А ты пока реши, кто останется в этой квартире.
- Наташ, ну подожди, давайте по-нормальному разберёмся.
- Мы полчаса разбирались. Твоя сестра сказала, что я лазаю по чужим вещам, подслушиваю разговоры, плохо готовлю, считаю деньги и вообще тебе не пара. А ты сидел и молчал. У тебя был выбор — сказать ей хотя бы одно слово в мою защиту. Ты не сказал.
- Я не знал, что говорить.
- Вот и подумай, пока я гуляю.
Наталья открыла дверь.
- Ты же вернёшься? - спросил Дмитрий.
Она обернулась. За его спиной, в конце коридора, стояла Алина и молча наблюдала. На лице не было ни раскаяния, ни торжества — спокойное ожидание.
- Это зависит не от меня, - сказала Наталья и вышла.
***
На улице было холодно и сыро, начало марта ещё не думало превращаться в весну. Наталья дошла до детской площадки, села на скамейку и набрала Женю.
- С праздником тебя заранее, - сказала Женя вместо «алло».
- Спасибо. Жень, помнишь, ты мне про бывшую Дмитрия рассказывала? Про Юлю, которая из-за Алины ушла?
- Помню. А что?
- Кажется, я начинаю понимать Юлю.
Наталья рассказала всё. Женя слушала молча, не перебивала, только в конце спросила:
- И что ты сама-то хочешь?
- Я хочу, чтобы мой мужчина хотя бы раз встал на мою сторону, а не сидел и ждал, пока всё само рассосётся.
- Так он встал или нет?
- Нет.
- Тогда ты сама знаешь ответ, подруга.
Наталья знала. Но знать и принять — две разные вещи, особенно когда за спиной четыреста пятьдесят тысяч в чужих стенах, платье в корзине интернет-магазина и полтора года жизни, которые не вернёшь.
***
Она просидела на скамейке минут сорок. Телефон звонил дважды — оба раза Дмитрий. Наталья не брала. На третий раз пришло сообщение: «Алина уехала. Приходи домой, поговорим».
Наталья встала и пошла обратно. Не потому что простила, не потому что передумала, а потому что в квартире остались её вещи, документы и деньги, вложенные в стены, которые юридически ей не принадлежат.
Дмитрий открыл дверь сразу, будто стоял и караулил.
- Я поговорил с ней, - сказал он первым делом. - Она призналась, что с Максимом не расставалась. Они поссорились, но бронь была давно. Она поехала в свой отель.
- А разговор с мамой? - спросила Наталья.
- Какой разговор?
- Вчера вечером. Алина звонила вашей маме и рассказывала, что я плохо готовлю, навязала тебе дорогие обои и жалуюсь на твою зарплату каким-то Светкам, которых в природе не существует.
Дмитрий помолчал.
- Она мне этого не говорила.
- Конечно не говорила. Дим, пока ты был в душе, твоя сестра звонила вашей маме и по пунктам расписывала, какая я ужасная. И просила маму завтра тебе позвонить и намекнуть, что ты плохо выглядишь. Это не обида, не минутная слабость. Это схема.
- Да зачем ей это?
- А ты у Юли спроси. Она тебе расскажет, зачем.
Дмитрий поморщился. Тема Юли его задевала, Наталья знала. Юля ушла два года назад, и Дмитрий до сих пор считал, что у них просто не сложилось. Удобная версия, когда не хочешь копать глубже.
- Наташ, я поговорю с Алиной серьёзно, - сказал он. - И маме позвоню. Разберёмся.
- Ты это уже говорил, когда она на твоём дне рождения меня на край стола отодвинула. И когда без спроса приехала в субботу в семь утра. И когда при мне начала рассказывать, какая Юля замечательная. Ты каждый раз говоришь «разберёмся», и каждый раз ничего не происходит.
- Что ты от меня хочешь? Чтобы я от сестры отказался?
- Я хочу, чтобы ты решил, можешь ли ты быть мужем. Не братом, не сыном, а мужем. Потому что муж стоит рядом с женой, а не между мамой и сестрой с виноватым лицом.
***
Дмитрий ничего не ответил. Наталья ушла в комнату и стала складывать вещи. Не все, только самое необходимое: документы, рабочий ноутбук, одежда на пару дней.
- Ты уходишь? - Дмитрий стоял в дверях.
- Я еду к Жене. На несколько дней. Мне нужно подумать.
- А если я позвоню маме и скажу, что Алина была неправа?
- Дим, дело не в одном звонке. Дело в том, что ты полтора года наблюдал, как твоя сестра меня выживает, и ни разу не вмешался. Я молчала, терпела, старалась быть хорошей и удобной. А сегодня оказалось, что хорошая и удобная — это не жена, а обслуга, которой ещё и косметику за семь тысяч не жалко.
- Косметику я тебе верну.
- Мне не нужна косметика. Мне нужно, чтобы ты хотя бы раз принял конкретное решение. Не «давайте все успокоимся», не «я поговорю», не «она не со зла».
Она застегнула сумку.
В телефоне тренькнуло уведомление. Наталья глянула машинально — Алина выложила в ВК фотографию косметического набора, того самого, за семь тысяч, на красивом фоне спа-отеля. Подпись: «Братик поздравил с 8 Марта. Лучший подарок от самого родного человека».
Наталья показала экран Дмитрию. Тот посмотрел и сел на кровать.
- Она подписала, что это от тебя, - сказала Наталья. - Подарок, который я купила на свои деньги, для неё не пожалела — она выдала за твой. Вот тебе вся Алина в одном посте.
Дмитрий взял телефон и набрал сестру. Наталья слышала гудки. Алина не взяла.
***
Наталья закинула сумку на плечо, обулась и застегнула куртку. Дмитрий вышел за ней в коридор.
- Я разберусь с этим, - сказал он. - Правда.
- Я тебя не тороплю, Дим. Но и ждать вечно не собираюсь. Мне тридцать один год, полтора года жизни потрачены, четыреста пятьдесят тысяч вложены в квартиру, которая мне не принадлежит, и семь тысяч — на подарок человеку, который этим подарком похвастался от чужого имени на весь интернет. Арифметика несложная, ты справишься.
Она вышла и аккуратно закрыла за собой дверь.
На лестничной клетке было тихо. Наталья достала телефон, удалила Алину из друзей в ВК и вызвала такси до Жени.
Женя открыла, молча обняла и повела на кухню. На столе уже стоял чайник и две чашки.
- Переживёшь тут праздники, а там видно будет, - сказала подруга.
- Видно будет, - согласилась Наталья и достала из сумки зарядку.