А все-таки, дети мои, ей в ее яме гораздо лучше, чем нам в нашей...
Об этой книге я была наслышана и в принципе представляла, чего ждать. Но все-таки она меня поразила. Поразила даже не тем, как смело Куприн говорит о вещах, которые в общем-то в те времена были табу: о проститутках, их жизни, их быте, их распорядке дня, медосмотрах, количестве мужчин каждую ночь… Поразила сквозящей в ней безысходностью. И многим возмутила до глубины души, настолько, что хотелось топать ногами и орать: ну как, КАК так можно?!
Изумляет тут уже само невероятно меткое название. "Яма". Пусть автор и объясняет его происхождение районом ямщиков, но мы-то знаем: не все так прозаично. Яма – это не просто район города с домами терпимости. Это – дно жизни. Те, кто в яме, – падшие. Ниже остальных. И путь у них один: еще ниже. Из двухрублевого дома в рублевый, а оттуда – в пятидесятикопеечный, а оттуда… А оттуда в другую яму, куда опускают в лучшем случае в дешевом деревянном гробу, а чаще – и вовсе без гроба. Нет у девушек из домов терпимости ни единого шанса подняться. Есть только надежда подольше прожить, что-нибудь заработать (за вычетом платы хозяйке дома, расходов на наряды и прочее), не заразиться "стыдной болезнью", не сгнить заживо. Они никому не нужны – родные их презирают (хотя часто сами же их и продают, еще девочками, в эти дома), мужчины издалека чуют в них неуловимый "флер распущенности". И даже если каким-нибудь чудом кто-то возьмет к себе в дом падшую девицу, ей некуда будет приткнуться. Она все равно останется неприкаянной: документов нет (только желтый билет), манерами не владеет, ничему не обучена, зачастую – глупа…
Больше полезного, интересного и интерактивного, как всегда, в моей группе: обзоры книг и локаций, новинки, игры, отзывы на букблогеров и многое другое.
Я вот пишу отзыв и думаю – ну с чем сравнить эту полную безысходность, эту тотальную ненужность и обреченность? Не знаю. Даже неизлечимо больные кому-то нужны. Их не презирают, ими не пользуются. Преступники, наркоманы? Да, может быть, разве что они. Но таких людей чаще все же никто не толкает на кривую дорожку, они сами выбирают ее. А какой выбор был у девочки, которую родная мать буквально за три копейки продала в десять лет чужим дядькам?
Дико, страшно, не укладывается в голове. Деревенская нищета, темнота, попытки хоть как-то выжить – а жертвами всего этого становятся девочки. Чему могла быть научена вчерашняя деревенская кроха, у чьей матери еще семеро по лавкам? И чему ее научат в доме терпимости? Обольщать мужиков, да и только.
Жизнь девушек в таких домах – это беспросветно тоскливый день сурка. Иногда даже кажется: хорошо, что многие из них глуповаты – таким проще выдерживать ежедневную рутину и еженощное насилие. А вот умным, сильным, ярким девушкам все это должно быть невыносимо. И они часто в итоге все же ломаются – ну потому что нельзя каждый день, год за годом, жить с мыслью о собственной ничтожности и при этом продолжать уважать себя! Когда тебя все вокруг считают вещью "на попользоваться", нужна огромнейшая сила воли, чтобы не принять эту точку зрения. И нужна еще какая-то цель, какая-то надежда вырваться из окружающего ада, чтобы было для чего сохранять себя и самоуважение.
Смотрите также:
Мария Скрипова «Ненадежный свидетель»: зыбко всё
В. Бианки «Повести и рассказы о природе»: с любовью и пониманием
Н. Реньжина «Бабушка сказала сидеть тихо»: неубедительно и невнятно
Бесконечно больно смотреть на то, как девочки пытаются найти хоть какие-то удовольствия в своей пустой жизни. Не всегда эти удовольствия невинны, да и странно ожидать иного от "развратных девиц". Карты, выпивка, взаимные подколки и соперничество… Но в то же время есть тут место и товариществу, и поддержке, и искренней дружбе, доброте. Наравне, впрочем, с неприкрытыми жестокими мерзостями – вроде тех, что любил описывать Шолохов в "Донских рассказах" или Булгаков в "Записках юного врача".
"Яму" после ее выхода многие критиковали, и мне кажется, не только за подробные описания жизни проституток. По-моему, гораздо хуже проституции – грех тех, кто торгует девушками, обманывает их, наживается на них. И еще хуже – лицемерная тоска мужчин, позволяющих своим возлюбленным пребывать в домах порока и ничего не делающих, чтобы их вызволить.
Вот эти все низости прекрасно показал Куприн. Всех этих торговцев живым товаром, заправил, экономок, трусливых еврейчиков и других пройдох, которые думают только о собственной шкуре и ради нее готовы кого угодно в жертву принести.
Неприятно, наверное, было видеть в книге собственное отражение и отражение окружающей реальности. А ведь Куприн ничего не приукрашивал – он, выражаясь словами одного из героев "Ямы", репортера Платонова, просто показал много "маленьких прозаических штришков", которые "вас вдруг точно по лбу ошарашивают". Кстати, устами Платонова, полагаю, говорит сам автор – там много рассуждений о том, как писателю трудно показать эту ужасную жизнь и что в ней самое жуткое.
Здесь нужно великое уменье взять какую-нибудь мелочишку, ничтожный, бросовый штришок, и получится страшная правда, от которой читатель в испуге забудет закрыть рот.
Остается сухая профессия, контракт, договор, почти что честная торговлишка, не хуже, не лучше какой-нибудь бакалейной торговли. Понимаете ли, господа, в этом-то весь и ужас, что нет никакого ужаса!
Но еще неприятнее, подозреваю, для читателей "Ямы" было то, что падшие женщины здесь – не эталон мерзости, а живые люди, у которых есть и совесть, и гордость, и зачастую острый ум. Вот казалось бы, откуда в девушке, в десять лет проданной в публичный дом и половину жизни прожившей в качестве проститутки, гордость? А ведь есть же! И не может поэтому, например, своенравная и умная Женя выдержать такой жизни – в отличие от своей недалёкой товарки Любки.
История Жени вообще потрясла больше всего. Ой, я же еще толком ничего и не сказала про сюжет, да? А он прост: это история одного публичного дома – его обитательниц, посетителей, владельцев. Мы видим, как живут здесь девушки, видим, как они пытаются справиться со своей участью, иногда даже вырваться. Но – неудачно.
Женя – одна из проституток. Яркая, красивая, не обделенная умом. Проданная в детстве. Вот за что? За что с ней так поступили? И за что так обошлась судьба, наделив именно Женю "стыдной болезнью"?
Узнав о том, что у нее сифилис, девушка решает мстить: скрыть болезнь и заражать каждого мужчину, который берет ее. Хотя бы так отплатить судьбе и всем тварям, подло с ней обходившимся.
Неужели я не могу наслаждаться хоть местью? – за то, что я никогда не знала любви, о семье знаю только понаслышке, что меня, как паскудную собачонку, подзовут, погладят и потом сапогом по голове – пошла прочь! – что меня сделали из человека, равного всем им, не глупее всех, кого я встречала, сделали половую тряпку, какую-то сточную трубу для их пакостных удовольствий? Тьфу!.. Неужели за все за это я должна еще принять к такую болезнь с благодарностью?.. Или я раба? Бессловесный предмет?.. Вьючная кляча?.. И вот, Платонов, тогда-то я решила заражать их всех – молодых, старых, бедных, богатых, красивых, уродливых, – всех, всех, всех!..
Но несмотря на всю ненависть к мужчинам, у проституток остаётся совесть. И Женя, поговорив с юным кадетом Колей, решает не заражать его, а честно во всём признаться. Потому что она тоже не причесывает всех под одну гребёнку, она видит, что и мужчины есть умные, жалостливые, понимающие. Просто они тоже бессильны – перед, как мы бы сейчас сказали, системой. Но эта совесть приводит Женю к жуткому финалу, потому что девушка осознает свое полнейшее бессилие – даже мстить она уже не может.
Или взять Лихонина – одного из посетителей публичного дома. В припадке пьяного благородства он забирает к себе жить Любку, глуповатую проститутку. Но Любка быстро ему наскучивает, ведь с ней надо заниматься, а еще она постоянно видит в его поступках подлость и совсем не то, что он бы хотел. Ну что поделать – ей жизнь вдолбила, что мужчинам только одно и нужно. Вот она и рассматривает Лихонина исключительно как мужчину, который либо ее хочет, либо нет. И если хочет, то надо ублажить, а если нет – сделать так, чтоб захотел. И это безумно печально – видеть, как в женщине уничтожили все женское, как она сама себя воспринимает исключительно с позиции "удовлетворительницы". Для Любки нет понятий любви, доброты, заботы; есть только "хочет – не хочет". Ну и неудивительно, что в итоге Лихонин сдается.
А система – она ведь невидима, но подавляюща. Если на тебе клеймо шлюхи, то хоть что делай – общество не примет. Формально не запрещено уйти из публичного дома и устроиться куда-нибудь на работу, но попробуй выдержи ежеминутные косые взгляды!
И больше всего косятся женщины. Потому что ревнуют. Потому что каждая думает: а может быть, именно с этой шалавой мой муж кувыркался на днях? Поэтому и не дают девушкам шанса, не пускают их в "приличную" жизнь. А сами-то?
Мужчины, впрочем, тоже хороши.
Пока существует брак, не умрет и проституция. Знаешь ли ты, кто всегда будет поддерживать и питать проституцию? Это так называемые порядочные люди, благородные отцы семейств, безукоризненные мужья, любящие братья. Они всегда найдут почтенный повод узаконить, нормировать и обандеролить платный разврат, потому что они отлично знают, что иначе он хлынет в их спальни и детские. Проституция для них – оттяжка чужого сладострастия от их личного, законного алькова.
Все мы согласны, что проституция – одно из величайших бедствий человечества, а также согласны, что в этом зле виноваты не женщины, а мы, мужчины, потому что спрос родит предложение.
И нечего добавить… В конце концов натура и привычка видеть в проститутке только способ удовлетворения берут верх.
К девушкам в публичных домах вообще никто по-человечески не относится. Куприн великолепно расписывает буквально все виды потребительского отношения: со стороны хозяйки, экономки, доктора, спекулянта женским телом, сторожа в морге, священника…
Ни одного экземпляра из этого ежесубботнего безликого стада он не узнал бы впоследствии на улице.
Эти девушки никому не нужны – их берут, пользуют, продают, перепродают и выбрасывают, когда они "приходят в негодность". Как ветошь.
И заканчивается все плохо. Из ямы есть путь только в другую яму, да. Может быть, трагедия. А может – единственное возможное избавление.
А все-таки, дети мои, ей в ее яме гораздо лучше, чем нам в нашей...
-----------------------------
Благодарю за внимание! Друзья, понравилась публикация? Ставьте лайки, жмите "поделиться"! С чем-то не согласны? Высказывайтесь в комментариях! И, конечно, подписывайтесь - чтобы я могла радовать вас новыми интересными материалами!
Меня зовут Лидия. Я автор-фантаст и заядлая путешественница. Здесь публикую мои рассказы и тизеры романов (фантастика, мистика, киберпанк), фото популярных мест и заброшек, обзоры книг, полезные статьи и многое другое.
Давайте путешествовать вместе – в реальности и за ее пределами!