Стратегия войны Ирана с США и Израилем простая: Трамп сразу же "моргнёт первым", если всю мировую экономику взять в заложники блокадой Ормузского пролива. "Иран значительно уступает противнику в вооружении — у него нет шансов победить его в прямой конфронтации", — заявил Али Ваэз, директор проекта по Ирану в Международной кризисной группе.
Ожидая новых ударов США и Израиля после 12-дневной войны в июне прошлого года, Тегеран изучил возможности продления любого конфликта "во времени и пространстве".
Эксперт считает, что влиятельный Корпус стражей исламской революции (КСИР) Ирана давно готовился к противостоянию с Израилем и Вашингтоном. План КСИР, направленный на сохранение 47-летней системы правления в Иране был приведен в действие 28 февраля после убийства верховного лидера аятоллы Али Хаменеи.
По словам источников, в основе стратегии лежит осознание военных ограничений Ирана в противостоянии превосходящим силам. Вместо этого тегеранские планировщики стремятся оказывать давление на потоки нефти, одновременно нанося асимметричные удары по американским объектам, дислоцированным в регионе.
Иран превращает вооруженное противостояние в экономический шок. Цель стратегии — оказать экономическое давление на президента Дональда Трампа как внутри страны, так и за рубежом, чтобы остановить войну. "Это асимметричная война в чистом виде, в которой Иран добивается огромных, даже глобальных последствий посредством небольшого числа атак, которые наносят болезненный ущерб", — заявил Майкл Айзенштадт из Вашингтонского института.
"Цель состоит в том, чтобы причинить экономические страдания, еще больше подорвать поддержку войны в США и усилить давление на Вашингтон с целью ее прекращения", – заявил он.
Вместо того чтобы концентрировать силы на одном поле боя, Тегеран рассредоточивает свою кампанию волнами недорогих ракетных и беспилотных ударов по всему Персидскому заливу, подобных тем, которые ранее были поручены союзным Ирану силам в Ираке, Йемене, Сирии и Ливане. По словам источников, такой подход отражает доктрину, формировавшуюся на протяжении десятилетий КСИР на основе предположения, что более сильный противник попытается обезглавить иранское руководство и командную структуру в самом начале любой войны.
Как заявили представители КСИР, они применяют уроки, извлеченные из многолетнего теневого конфликта с США. Но на этот раз, вместо того, чтобы полагаться в основном на региональных ставленников, которые когда-то составляли их передовую линию обороны, Тегеран теперь сам реализует разработанную ими стратегию.
Подход же США отмечен "выдачей желаемого за действительное", – говорит Ваэз и добавил, что США вступили в войну неподготовленными, руководствуясь "множеством необоснованных надежд и отсутствием хорошо продуманных стратегий".
Вашингтон, по его словам, не смог предвидеть атаки беспилотников на государства Персидского залива, сбои в судоходстве или необходимость эвакуации граждан, и эти недостатки, по его мнению, отражают неспособность усвоить уроки, извлеченные из рисков, связанных с использованием беспилотников в современной войне.
Напротив, децентрализованная "мозаичная" доктрина Ирана — рассредоточение командования и управления для противостояния "обезглавливанию" — остается в силе под единым координационным центром. Даже после смерти Хаменеи, по словам двух источников, спикер парламента Мохаммед Багер Калибаф, бывший командующий Корпусом стражей исламской революции, и Али Лариджани, глава Совета национальной безопасности Ирана, продолжали руководить военными действиями из Тегерана.
Ваэз утверждал, что, хотя США могут значительно ослабить Иран, для полного поражения потребуется наземное вторжение с участием до миллиона военнослужащих, действующих на труднопроходимой местности. Но на это "у Вашингтона нет желания". Трамп, который когда-то обещал удержать США от глупых военных спецопераций, теперь ведет, по мнению многих экспертов, войну по собственному выбору, которая может стать крупнейшей военной кампанией со времен Ирака и Афганистана.
Непосредственная цель Ирана — выживание, заявил Ваэз. Более широкая цель — заставить Вашингтон признать, что принуждение, будь то с помощью военной силы, экономического давления или дипломатической изоляции, не работает. Усвоен ли этот урок, покажет время. Но, используя в качестве оружия важнейший в мире энергетический коридор и растягивая поле боя далеко за пределы Ирана, Тегеран рассчитывает на то, что сможет продержаться дольше, чем гораздо более сильный противник
