Стандартный подход в экономике развития предполагает универсальность применяемых реформ. Но как показывает практика, одни и те же меры в разных странах приносят разные результаты: в одних они способствуют развитию, в других – тормозят и даже отбрасывают назад.
Когда на Бали полвека назад стартовала «зеленая революция» – модернизация сельского хозяйства для повышения урожайности, – чиновники начали внедрять прогрессивные технологии производства риса. Но что-то пошло не так: посевы стали массово гибнуть.
Исторически фермеры на Бали синхронизировали посадку и сбор урожая в разных регионах, а координировали все процессы священники, которые руководствовались лунным календарем. На смену этим старинным «суеверным» практикам пришли быстрые индивидуальные графики для хозяйств и пестициды.
Однако оказалось, что именно синхронизация, поддерживаемая предыдущей «суеверной» системой, имела решающее значение для сдерживания распространения вредителей риса. Переход к новым технологиям привел к массовым неурожаям: на восстановление сельского хозяйства на Бали потребовались десятилетия.
Ставка на «классические универсальные рецепты» экономического развития без учета местного контекста подобна попыткам искать рыбу на дереве, отмечают в своей недавней работе нобелевский лауреат по экономике 2024 г. Джеймс Робинсон и его соавторы. Эта китайская идиома означает попытки добиться цели заведомо неподходящим способом.
Политика, которая пытается исправить «неправильные» социокультурные черты общества, нередко ведет к неудачам. Напротив, политика, которая принимает существующие черты общества как данность и пытается адаптироваться к ним, нередко превращает их в конкурентное преимущество. Примеры последнего – экономический подъем Южной Кореи и Китая, когда исторические традиции тесных семейных и общинных связей были поставлены на службу быстрой индустриализации.
«Матрица развития» Робинсона и его соавторов дает возможность определить, с какими характеристиками общества предстоит работать, и оценить совместимость с ними предлагаемых мер. И лишь после этого решать, нужно ли адаптировать саму политику или – и каким способом – пытаться трансформировать социально-культурные черты.