Часть цикла «Статьи» на ЯПисатель.рф
В 1866 году Фёдор Достоевский опубликовал «Преступление и наказание». С тех пор тысячи туристов пытаются пройти маршрут Раскольникова по Петербургу — от каморки до квартиры старухи-процентщицы. И все они, рано или поздно, останавливаются посреди Сенной площади с видом человека, которому только что сообщили, что Дед Мороз ненастоящий.
Дело в том, что маршрут не сходится. Не немного не сходится — принципиально. Достоевский описывает семьсот тридцать шагов от каморки Раскольникова до дома процентщицы. Исследователи с рулетками проверяли: реальное расстояние от дома на Гражданской улице (который традиционно считают прообразом жилья Раскольникова) до дома 104 по Садовой улице почти совпадает. Но повороты — не те.
Раскольников выходит из дома, делает какие-то повороты, ныряет в переулки — и у Достоевского это занимает примерно пять минут ходьбы. По тексту всё складно. По карте — нет. Часть улиц либо не ведут куда нужно, либо пересекаются под другими углами, либо вовсе не существовали в том виде, в каком их изображает роман. Петербургские краеведы грызутся по этому поводу уже лет полтора ста. Примерно. Может, и больше.
Версия первая, она же скучная: Достоевский ошибся. Он писал роман в состоянии хронического аврала — долг издателю Стелловскому, угроза потери прав на все произведения, нервный срыв. Диктовал текст стенографистке Анне Сниткиной, которая потом стала его женой — отдельная история, тоже странная. В таком режиме перепутать пару переулков? Да запросто.
Только эта версия не работает. Достоевский жил в Петербурге годами — не просто жил, ходил по тем самым кварталам пешком, знал каждую подворотню Сенной. Когда он описывает запах рыбных лавок, духоту раскалённых улиц, цвет облупившейся штукатурки — это списано с натуры с точностью человека, который там жил и дышал этим воздухом. Такой человек не перепутает направление поворота.
Версия вторая, интересная: это сделано намеренно. Раскольников в первых главах — не нормальный человек, который идёт из точки А в точку Б. Он человек в горячке. Он сам говорит, что давно уже ходит «не замечая дороги». У него буквально начинаются слуховые галлюцинации — тот знаменитый сон про забитую лошадь, который оседает в памяти навсегда. Мозг у него, мягко говоря, не в порядке.
И Достоевский — гений, что тут скажешь — передаёт это не через прямое описание симптомов, а через самую ткань текста. Маршрут сломан потому, что сломан рассказчик. Читатель идёт по городу вместе с Раскольниковым и незаметно для себя начинает теряться — так же, как теряется он. Это называется «ненадёжный нарратор». Термин придумали в двадцатом веке, но Достоевский пользовался приёмом за сто лет до того, как кто-то додумался дать ему название. Читать далее ->
Подпишись, ставь 👍, Пушкин бы подписался!
#Достоевский #Преступление_и_наказание #Раскольников #Петербург #ненадёжный_нарратор #литературное_расследование #странности_романа #русская_литература #Сенная_площадь #литературный_анализ