Ирина Стрельникова, кандидат юридических наук, доцент департамента зарубежного регионоведения Высшей школы экономики, директор центра междисциплинарных исследований Арктики Высшей школы экономики, старший научный сотрудник Института Китая и современной Азии Иран, рассказала о развитии Северного морского пути и вызовах, с которыми сталкивается данный маршрут отраслевому СМИ «Промышленность России». 13 марта на экспертно-аналитической сессии «Арктика в эпоху перемен» состоялся круглый стол, посвященный арктическим транспортным коридорам. О развитии севморпути и освоении Арктики рассказала Ирина Стрельникова. - Ирина Александровна, расскажите, пожалуйста, как можно связать Северный морской путь с внутренней логистикой Евразии? - Безусловно, эта тема связана напрямую, потому что во всех наших стратегиях, особенно в стратегии и плане развития Северного морского пути 2022 года напрямую отмечается, что это наш ключевой маршрут, ключевая артерия, и предлагаются мероприятия по её развитию.Но дл
Ирина Стрельникова, кандидат юридических наук, доцент департамента зарубежного регионоведения Высшей школы экономики, директор центра междисциплинарных исследований Арктики Высшей школы экономики, старший научный сотрудник Института Китая и современной Азии Иран, рассказала о развитии Северного морского пути и вызовах, с которыми сталкивается данный маршрут отраслевому СМИ «Промышленность России».
13 марта на экспертно-аналитической сессии «Арктика в эпоху перемен» состоялся круглый стол, посвященный арктическим транспортным коридорам. О развитии севморпути и освоении Арктики рассказала Ирина Стрельникова.
- Ирина Александровна, расскажите, пожалуйста, как можно связать Северный морской путь с внутренней логистикой Евразии?
- Безусловно, эта тема связана напрямую, потому что во всех наших стратегиях, особенно в стратегии и плане развития Северного морского пути 2022 года напрямую отмечается, что это наш ключевой маршрут, ключевая артерия, и предлагаются мероприятия по её развитию.Но для того, чтобы можно было говорить о СМП как о транспортном коридоре, нам необходимо развивать его в комплексе. Именно поэтому у нас весной прошлого года появилась уже более широкая концепция в виде трансарктического транспортного коридора, предполагающая комплексное развитие этого маршрута, включая в том числе и связанность непосредственно с Евразией через развитие портов, развитие железных дорог, развитие дорог, развитие логистики.Без развития остальной инфраструктуры, помимо организации круглогодичной ледокольной проводки, фактически Северный морской путь не сможет стать полноценным транспортным коридором. Потому что для того, чтобы СМП мог конкурировать с Суэцким каналом, необходимо развивать направление контейнерных перевозок. Для этого мы должны чётко предоставлять для судовладельцев расписание рейсов, которые формируются фактически за год.Именно поэтому актуальна тема с круглогодичной проводкой в рамках СМП, чему очень будет способствовать введение в эксплуатацию нового ледокола типа «Лидер». Кроме того, развивается полностью вся инфраструктура в районе Северного морского пути, чтобы можно было действительно завозить и вывозить товары полноценно.В частности, у нас появился достаточно интересный маршрут — как раз «Арктический экспресс номер один», который мы запустили в сотрудничестве с Китаем. Грузы из Москвы, например, направляются по железной дороге в Архангельск, там уже дальше по севморпути направляются как раз в Китай.
- СМП и транспортный коридор «Север-Юг» — они всё-таки конкурирующие маршруты или единое пространство?
- Я бы сказала, что для нас это должно быть единым пространством. И не только для нас. Например, в Иране есть такие исследования, в Индии есть, которые говорят о том, что крайне важно для развития вообще транспортной сети, в том числе сети БРИКС, объединить Северный морской путь и транспортный коридор «Север-Юг».Поэтому это ни в коем случае не конкурирующее пространство, это должна быть единая транспортная артерия, отвечающая не только национальным интересам России, но и интересам стран БРИКС. Но в текущих условиях мы наблюдаем кризис на Ближнем Востоке. И сейчас, пожалуй, это сложно реализовать.У нас также есть ещё «Владивосток-Ченнай», который развивается, и как раз, если мы сможем их замкнуть, то у нас получится полноценный транспортный маршрут в рамках БРИКС.
- Ирина Александровна, в продолжение нашей дискуссии, как вы считаете, насколько освоение Арктики и создание ледокольного флота в частности упростит северный завоз и увеличит объём и стабильность поставок?
- Однозначно увеличит, поскольку мы сейчас работаем над тем, чтобы сделать Северный морской путь круглогодичным. И это станет нашим ключевым преимуществом в текущих геополитических условиях.Для того, чтобы сделать его круглогодичным, нам необходимо было разработать ледокол, который сможет колоть лёд толщиной до 4 метров. Потому что самая сложная ситуация с точки зрения ледовой обстановки СМП у нас находится как раз в восточной части Арктики. Немного сроки отодвигались, но я думаю, что к 2030 году, а может быть чуть раньше, в эксплуатацию введут ледокол нового класса типа «Лидер». Он как раз будет работать в восточной части, что позволит сделать СМП круглогодичным. Как следствие, это упростит и северный завоз, и в целом грузопоток, сделает эту артерию ещё более привлекательной для наших партнёров, в том числе из азиатских стран, что для нас крайне важно и тоже актуально.Даже сейчас Южная Корея проявляет большой интерес. Они сейчас модернизируют, кстати, свой порт Пусан и планируют сделать его арктическим хабом, чтобы организовывать рейсы по Северному морскому пути. Поэтому не только Китай в текущих условиях у нас является ключевым интересантом, но и другие страны тоже.