Марья всегда была "удобной". В школе - отличница, в институте - староста, на работе — незаменимый сотрудник, который всё тянет на себе и ничего не просит за это. Коллеги говорили: "Маша, ты золото, а не человек". Начальство ценило за надёжность и безотказность, но повышало других — тех, кто умел громко заявить о себе. Сама же Марья жила в постоянном страхе: "А вдруг я не справлюсь? Вдруг они поймут, что я ничего особенного не умею?" Любая критика выбивала её из колеи, а мысль попросить прибавку вызывала дрожь в коленях. Она всё ждала, что начальство заметит ее старания и уже предложит больше денег. Но чуда не происходило: оклад стоял на месте, хотя обязанностей прибавлялось. Вечерами Марья иногда прокручивала в голове обиды: как коллега приписал себе её идею, как начальник поручил ей самую рутинную работу, как подруга пренебрежительно отозвалась о том, что она все выходные сидела за отчетами. Но вместо того чтобы возмутиться, она проглатывала злость. "Неудобно же", "подумают плохо", "