Казань стоит на пороге уникальных возможностей: преобразование территории речного порта и исторической Адмиралтейской слободы может стать ключом к созданию новой городской идентичности. Архитектор с международным опытом Тимур Нугаев поделился с Урбан Медиа своим мнением о том, какие пространства действительно нужны горожанам и как сохранить дух истории, интегрировав его в современную жизнь.
Речной порт: не маршруты по праздникам, а повседневность
Одной из перспективных локаций в Казани является территория речного порта. Из депрессивного микрорайон должен превратиться в современный — благодаря новым жилым кварталам, социальной инфраструктуре, общественным пространствам, основным из которых станет 12-километровая набережная, и знаковым объектам, как Соборная мечеть, центр фигурного катания Алины Загитовой и другим. И территория «Новой Портовой» уже начала приобретать свои черты — здесь активно вырастают жилые комплексы: «Живи на Портовой», «Яналиф» и «Минтимер», и некоторые дома уже сданы. Однако, как отмечает архитектор, руководитель международного архитектурного консалтингового бюро NUGAEV Тимур Нугаев, зачастую речь идет о разрозненных проектах, а сама локация, на которую у городских властей большие планы, рискует стать не центром притяжения горожан, а новым спальным районом у воды.
Тимур Нугаев,
архитектор, руководитель международного бюро NUGAEV Architecture & Design:
— Многие анонсированные проекты интересны, но все же рядом с водой должна быть сомасштабная застройка и нужно больше общественных пространств. Создать на этой территории набережную, безусловно, логично, однако здания и их назначение должны отражать концепцию данной локации. Кроме того, нужен скоординированный инструмент КРТ для устранения главной проблемы территории речного порта — это градостроительные и земельные регулирования, ветхость строений или отсутствие инженерных сетей.
По мнению архитектора, городу нужны не «красивые картинки у воды», а места, где люди живут свою обычную жизнь. Человек должен активно использовать водный ресурс, встраивая его в повседневность, чтобы речной порт перестал быть «границей».
«Посмотрите на Хафенсити (Hafencity) — квартал на месте бывшего порта Гамбурга. Там набережная служит не только для прогулок, она является частью маршрута местных жителей: утром — для спорта, днем — для обеда в кафе, вечером — для посещения мероприятий. Или ревитализированный портовый район Бьёрвика (Bjørvika) в Осло — это и библиотека, и опера, и общественные пространства, а вода буквально входит в город», — приводит примеры архитектор.
Чтобы интегрировать речной порт в повседневную жизнь, нужно размыть «границу» с остальной частью города. Ведь казанский порт — уникальное место, где есть прямой доступ к Волге, оно заживет, если здесь появится сезонный водный транспорт, спуски к воде, понтоны, террасы, спортивные и прогулочные маршруты, уверен эксперт. «Наше бюро также участвовало в разработке нижней косы речного порта, и мы активно на всех уровнях продвигаем развитие данной территории», — делится архитектор.
При этом Тимур Нугаев предлагает использовать набережную у речного порта не как променад, а как городской парк у воды и площадку для событий городского и международного масштаба. По мнению архитектора, здесь отлично бы встроился современный городской рынок или гастрономический кластер, похожий на фуд-корт Time Out Market в Лиссабоне, созданный командой журнала Time Out Portugal в историческом здании рынка, где представлены рестораны разных кухонь мира. В Казани им может стать маркет с локальной идентичностью, где жители и гости могли бы ощущать себя именно в столице Татарстана.
Как магнит для территории подошел бы и культурный объект современной архитектуры, но важно встроить его аккуратно, уточняет Тимур Нугаев.
Также, по его мнению, важно открыть доступ к воде для горожан. Так, в Копенгагене (Дания) создана система рекреационных купален вдоль набережной — Copenhagen Harbor Baths, и люди купаются в центре города. «Все просто — есть доверие к воде и качеству среды. У нас другой климат, но принцип может быть таким же», — считает архитектор. По его мнению, с учетом видовых характеристик на Волгу у горожан будут востребованы точки притяжения у воды, особенно в теплое время. Зимой можно создать оборудованную освещенную лыжню вдоль Волги и безопасный каток на льду.
Адмиралтейская слобода без «псевдоистории»
Если речной порт в Казани — это про будущее и выход к воде, то Адмиралтейская слобода — про диалог современности с прошлым. И здесь, по мнению Тимура Нугаева, самой большой ошибкой будет создавать «псевдоисторию», прямо говоря, возводить «новоделы» — здания, прикидывающиеся стариной. Историческую среду нужно не стилизовать, а читать, а затем строить, сочетая старое и новое, замечает архитектор.
Наиболее эффективный способ сохранить историческое наследие — это создать архитектурный контекст, который уважает прошлое, но избегает прямого копирования. «Казань служит вдохновляющим примером для многих городов. Современные здания не должны повторять все, что было построено ранее, но важно учитывать масштаб, работать с ритмом улиц, чтобы создать спокойный фон для памятников прошлого, — уверен эксперт. — Искусство работы в сложной исторической среде мастерски демонстрирует архитектурное бюро Snøhetta и OMA, создавая проекты, которые тонко сочетают современность с уважением к наследию».
Тимур Нугаев называет показательным опыт Коп-ван-Зейда (Kop van Zuid) в Роттердаме, расположенного на месте бывшего портового района, где после реновации появился Нидерландский музей фотографии и театр Ньиве-Люксор. Там сохранили портовую индустриальную структуру, но дали ей новую жизнь. Или же Конфлюанс (Lyon Confluence) — район в Лионе, известный своей высокотехнологичной архитектурой и гармонией различных стилей. Там старые промышленные здания стали культурными и общественными центрами.
Архитектор считает, что для Адмиралтейской слободы важно выбрать подход с уважением к месту.
- Сохранить масштаб улиц и высоту застройки. Например, здание может стать частью прогулочного маршрута — как оперный театр Осло (Oslo Opera House). Лучшим сценарием будут камерные культурные кварталы вместо крупных объектов: мастерские, небольшие выставочные пространства, локальные образовательные площадки, культурные дворы.
- Адаптировать исторические здания под современные функции — мастерские, музеи, кафе. Это может быть и центр современного искусства, и архитектурный центр, и мультимедийное историческое пространство.
- Использовать материалы, близкие по характеру: кирпич, дерево, металл.
- Оставить, а не стирать «следы времени» — фрагменты портовой инфраструктуры, например, фасады.
Тимур Нугаев,
архитектор, руководитель международного бюро NUGAEV Architecture & Design:
— Потенциал Адмиралтейской слободы огромный, но инфраструктура пока отстает. И это нормально для бывших промышленных зон, с этим сталкивались все города. В первую очередь нужно сделать то, без чего никакая архитектура не работает: обеспечить доступность территории, связав с остальной частью города пешеходно и транспортно, обеспечить навигацию, безопасность, решить инженерные вопросы — ливневки, сети, освещение.
По такому пути пошли в Копенгагене, когда обустраивали Нордхавн (Nordhavn), превращая промышленную территорию в экологичный район с уникальными архитектурными решениями. Там сначала появилась инфраструктура, а потом — архитектура, рассказывает Нугаев.
Дать толчок для развития локации поможет четкая координация всех заинтересованных участников процесса, и в первую очередь, инвесторов, которые видят потенциал территории. Ведь с точки зрения бизнеса локация уникальна — здесь есть исторический подтекст, который создает очень интересные точки для градостроительных решений и предпринимателей, уверен архитектор.
Главное: чего не хватает Казани?
- Городу не хватает сценария, когда житель был бы занят в каждой локации на несколько часов и на протяжении всего года, считает Тимур Нугаев. Ведь людей притягивает не один объект, а целая связка, например, культурный центр или музей, спорт и активность, семейные пространства, гастрономия у воды и водные маршруты. Создав пусть и красивое, но одно здание, невозможно встроить территорию в активную жизнь горожан.
Например, властям удалось привлечь миллионы туристов в испанский город Бильбао, крупный морской порт и центр черной металлургии, благодаря продуманной «деиндустриализации» городской среды. Там появился не только музей, а целая система пространств, которые привлекают горожан и туристов.
«Казани важно идти тем же путем — не один «якорь», а живая среда», — подчеркивает архитектор.
- Применяя опыт портовых городов, которые перестали бояться воды, а сделали ее частью среды: Гамбурга, Осло, Копенгагена, Роттердама, важно не копировать архитектуру, а перенять подход: сначала создаем сценарии жизни, потом здания.
- Обязательно нужна сильная локальная команда, которая понимает климат, культуру и экономику Казани, считает архитектор Тимур Нугаев. Он отмечает, что в Казани уже сформировалась сильная архитектурная школа, и местные профессионалы успешно работают на международном уровне. Теперь настало время использовать их опыт и знания для развития родного города, создавая не просто уникальную архитектуру, но и качественную городскую среду.
- Казани важно думать не только о строительстве, но и о минимум 20 годах эксплуатации новых территорий. А это задача уже со звездочкой, ведь она основана на понимании среды на несколько десятилетий вперед: о чем будут думать люди, посещая эти территории, почему они захотят приходить и приезжать туда, какие из их потребности могут удовлетворять пространства, обращает внимание архитектор.
«Чем раньше мы начнем проектировать именно так, тем конкурентоспособнее будут наши города. А у Казани есть редкий шанс — превратить воду и историю не в фон, а в основу новой городской идентичности. И здесь важно не спешить с эффектной архитектурой, а сначала правильно задать сценарий жизни и базу в виде инфраструктуры», — резюмирует Тимур Нугаев.