Страх

Это началось не со звука и не с картинки. Это началось внутри, в груди, с пустоты. Будто кто-то вынул из меня все внутренности и оставил одну лишь холодную, вибрирующую пустоту. А потом эта пустота стала расти.

Первое, что я заметил — сердце. Оно больше не билось. Оно колотилось. Глухо и сильно, как пойманная птица, бьющаяся о прутья клетки. Я слышал его в ушах: глухой, тяжелый стук, который заглушал все остальные звуки. Тук-тук-тук. Тук-тук-тук. С каждой секундой быстрее.

Воздух вдруг стал густым, как кисель. Я пытаюсь вдохнуть, но легкие отказываются раскрываться. Дыхание сбивается, становится поверхностным, частым. Мне не хватает кислорода, я начинаю задыхаться, хотя стою на месте. Голова кружится, в глазах темнеет по краям — картинка сужается до маленького туннеля, в конце которого маячит источник моего ужаса.

По телу разливается противная, липкая слабость. Ноги становятся ватными, чужими. Я смотрю на свои руки и вижу, как они мелко-мелко трясутся. Пальцы не слушаются. Внутри дрожь, которая не видна снаружи, но она разрывает меня изнутри. Мышцы спины и шеи каменеют. Мне хочется бежать, но я не могу сделать и шага. Тело либо весит тонну, либо кажется невесомым, чужим.

Желудок скручивает в тугой узел. К горлу подкатывает тошнота, во рту пересохло так, что язык прилипает к небу. Кажется, сейчас меня вывернет наизнанку прямо здесь.

Мысли... их нет. Точнее, есть только одна мысль, одна единственная, которая бьется в голове, как заезженная пластинка: «Что-то не так. Что-то страшное. Это конец». Я не могу думать ни о чем другом. Пытаюсь уговорить себя, сказать, что все в порядке, но голос разума звучит так тихо и далеко, будто из другой комнаты. Он тонет в этом животном, первобытном ужасе.

Мир вокруг становится нереальным. Мне кажется, что это происходит не со мной. Я смотрю на происходящее словно сквозь толщу воды или через мутное стекло. Звуки доходят глухо, искаженно. Хочется зажмуриться, закрыть голову руками и исчезнуть. Провалиться сквозь землю. Сделать так, чтобы этого не было.

Самое ужасное — это полное одиночество в этот момент. Даже если рядом люди, я чувствую себя отрезанным от мира. Я один на один с этой темнотой внутри себя. И нет ничего, кроме ожидания. Либо того, что угроза исчезнет, либо того, что я просто сломаюсь и упаду.

А потом, если опасность уходит, наступает опустошение. Дрожь сменяется крупной дрожью, руки до сих пор трясутся, на глаза наворачиваются слезы — то ли облегчения, то ли от перенапряжения. И дикая, выматывающая усталость, будто я разгрузил вагон угля. Тело болит, голова раскалывается.

Страх — это не просто эмоция. Это атомная война внутри одного отдельно взятого человека.

Автор: Гончаров Андрей Виталиевич
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru