не сомневался в могуществе “непобедимой и легендарной”. Дискуссии велись только вокруг того — за какое время бронированный кулак могучим ударом достигнет “последнего моря”. Лишь одна страна оказалась не согласна с этим и когда “геостратег” задумал “повторить”, вдруг выяснилось, что непобедимость и могучесть были переоценены и все узнали их настоящую цену — и, заодно, — реальный вклад союзников в прошлые победы...
До февраля 2026-го года никто в мире не сомневался в американском могуществе. Достаточно было послать к побережью авианосец и какой-нибудь далёкий “лидер” менял свои планы на испытания ракет. Страны стремились вступать с США в союз как с главным — если не единственным, — гарантом своей безопасности. Страны Персидского залива всецело полагались на непробиваемость американского щита. И не только военного. Обитателю Белого дома достаточно было с утра выступить с речью и мировые рынки летели вниз. И если на следующий день он пояснял, что его не так поняли, то рынки возвращались на прежние позиции. Некоторые критики утверждали, что кто-то из тех, кто заранее знали содержание этих речей, сделали на этом знании неплохие состояния.
Но однажды “миротворцу” этого показалось мало. Возможно, ему стало “скучно” (они и в этом с “вождём” похожи). Проблема с “мало” оказалась в том, что — как это сформулировал один американский генерал во время югославского конфликта, — “им попался не желающий сотрудничать противник”.
И вот уже звучат признания, что у США нет ресурсов для проведения кораблей через пролив — эсминцы заняты охраной авианосцев и нанесением ударов “Топорами”, один из которых, по-видимому, и поразил несчастную школу, одномоментно убив большое количество детей, а тральщики почти все списали после Холодной войны — и (оказывается) нужна коалиция. Возможно, если бы Трамп по-другому относился к своим союзникам, эта коалиция у него была бы (см. часть о том, что “многие хотели бы”), но дело в том, что он решил стяжать себе славу “полководца” сам.
Озвученная было мысль о страховке со стороны Америки быстро утихла: оказалось, что в казне на это нет достаточных средств.
Как отмечают наблюдатели, Америка не в первый раз “приходит” на Ближний Восток, но впервые она это делает без плана, без целей и без традиционных союзников. Впервые она пытается создать коалицию после того, как ввязалась в войну, а не до этого. И теперь на наших глазах вновь подтверждается старая истина: можно иметь “самую лучшую” армию и “аналоговнетное” оружие, но если ты и твои, набранные по объявлению по принципу личной лояльности министры ничего не понимают в том, что они делают, ничего из этого не поможет. Одним из индикаторов настроений внутри военного ведомства является количество утечек: как говорят, их сейчас столько, что “никогда никто не видел до этого”.
Да и о своих гражданах в регионе не подумали. Да и кто мог об этом подумать, когда большинство Госдепа разогнали, а финансы пустили под “бензопилу”?
Когда-то — в случаях кризиса, — США организовывали эвакуацию не только своих граждан, но и граждан своих союзников. Но это были времена, повторить которые нынешнему “лидеру” пока не удаётся. Дело в том, что чтобы стать великим, нужны другие качества…
Война распространяется. Самая могучая армия терпит людские и материальные потери, оставляет свои базы, вынуждена перебрасывать из далёких регионов дополнительные средства ПВО. Её союзники, надеявшиеся на её защиту, получают удары по промышленным объектам. Сообщается о потере американского самолёта-заправщика (в дополнение к потерянным ранее от дружественного огня) и об атаке дронами теперь уже и французской базы (и, вроде бы, потерь там). Боевые действия потихоньку распространяются на Красное море: “вождь” — вместе с Китаем, — помогает Ирану; в проливах горят суда; ожидаемой революции всё нет и уже приходится залезать в стратегические запасы нефти, чтобы взять оттуда чуть ли ни половину имеющихся запасов — чуть меньше того, что Байден отпускал в 2022-ом году, когда “вождь” начинал свой собственный “освободительный поход”.
В обоих случаях “вожди”, возжелавшие лавровых венков, не учли, что война — любая, — не идёт по планам (“прямо как и планировали”) и — кроме того, — недооценили волю другой стороны к сопротивлению. Это могло показаться им удивительным, но оказалось,что им были не рады.
Но наш “миротворец” не унывает. Объявлено, что высокая цена на нефть “помогает Америке”. Что надо быть “патриотами” и “немного потерпеть”, что “великая победа” уже почти скоро... При этом, правда, высокие цены помогают экспортерам, а не абстрактно стране, а, — кроме того, — они, вероятно, забыли про предвыборные обещания их снизить (“как только я вступлю в должность”): “drill, baby, drill”, что в переводе означает “пилите, Шура, пилите”.
Американский фондовый рынок падает уже вполне серьёзно. Рост финансовых рынков был чуть ли ни единственным неоспоримым поводом для самовосхвалений у нынешней администрации. Например, этим ростом защищалась министр юстиции (как относится она к финансовому рынку?) на слушаниях в Конгрессе: “Зачем вы меня спрашиваете о каких-то злоупотреблениях, когда индекс рынка превысил пятьдесят тысяч?”
Министр может взять свои аргументы обратно: он уже не превысил…
Но сейчас на повестке “спасение мира” и дело не до какого-то там фондового рынка…
Всем управляют трамповские дружки и родственники — никем не назначенные, не имеющие компетенций, знаний и представлений о том, что они делают и что из всего этого может получиться. Вот опять сообщают об очередной встрече представителей двух “вождей”. На частной вилле во Флориде, естественно…
Что они там обсуждали?
Да откуда же нам знать? Ведь даже о часовом разговоре “вождей” мир узнал только из одной столицы. В Белом доме, наверное, про это сказать просто забыли.
Страна летит в пропасть, тридцать процентов (больше) смотрят на это с восторгом, остальные — с ужасом.
Кроме, конечно, “самого лучшего полководца”: он уже одержал победу “какой никогда ещё не было в истории” и ждёт только момента принять “безоговорочную капитуляцию” — у него и у его друзей всё идёт хорошо…
“прямо как планировали”.
*****
Древние, потерявшие разум старцы — хотя, не только старцы, — делят мир. Они живут в своих фантазиях, своих представлениях и в своих далеких воспоминаниях. Но кто будет за их фантазии умирать? Ведь не самим же идти? А студенты в университетах, похоже, не очень хотят. Оказывается, у них — у студентов, — есть свои планы на свою жизнь.
Мир изменился за эти четыре года. Ход развития технологий, — скажем, гуманоидных роботов, — иногда вызывает страх: вполне возможно, лет через пять планета будет совсем другая. Но потерявшие разум деградировавшие обитатели высоких и овальных кабинетов продолжают пугать страшилками своей молодости: Биолаборатории… Органы… ДНК…
... рассуждают о жертвах, долге (кому?), страданиях и величии. И ещё — о рае.
Последнее — для себя. Всё остальное — для других