Через месяц на Полевой улице произошло одно небольшое, но примечательное изменение.
Вывеска над мастерской Льва всё ещё висела на прежнем месте, но теперь под аккуратной надписью
«Реставрация глобусов»
появилась ещё одна строка, написанная чуть меньшими буквами:
«Полировка сферических поверхностей. Коррекция карт мира.»
Марина заметила это первой.
Она остановилась у двери и некоторое время рассматривала табличку с тем выражением лица, какое бывает у журналистов, когда они понимают, что история почти закончена, но при этом стала немного больше, чем предполагалось.
В мастерской было светло.
Лев стоял у стола и, как обычно, занимался каким-то старым глобусом. Рядом на стуле лежал тёмный шарф — тот самый, который носила Анна.
— Вы изменили вывеску, — сказала Марина, входя.
— Это была её идея, — спокойно ответил Лев.
— Картографа?
— Да.
Марина огляделась.
— А где она?
— Ушла утром.
— И что сказала?
Лев слегка повернул глобус.
— Что карта получилась интересная.
Марина усмехнулась.
— Похоже, она выиграла вашу географическую дуэль.
— Я не уверен, что это была дуэль, — сказал Лев. — Скорее… совместная экспедиция.
Марина села у окна.
Некоторое время в мастерской стояла спокойная рабочая тишина. Лампа мягко освещала стол, глобус лениво вращался, а за окном по Полевой улице шли люди, не подозревая, что совсем рядом происходит тихая география человеческого настроения.
— Статья готова? — спросил Лев.
Марина достала из сумки сложенный лист.
— Почти.
— И какое же разоблачение вы приготовили?
Она улыбнулась.
— Никакого.
— Правда?
— Я просто написала, что в нашем городе есть мастер, который умеет возвращать людям чувство собственного центра.
Лев задумчиво кивнул.
— Звучит довольно точно.
Марина сложила лист обратно в сумку.
— Только одну вещь я в статье не написала.
— Какую?
Марина немного помолчала.
— Что журналист, проводивший расследование, в конце концов тоже решил проверить теорию на практике.
Лев посмотрел на неё с той самой спокойной внимательностью, которую она уже хорошо знала.
— И когда же состоится этот эксперимент? — спросил он.
Марина поднялась со стула.
— Думаю… сейчас.
Она сняла пальто и аккуратно повесила его на вешалку.
Лев на секунду задумался, словно оценивая новую карту.
Потом мягко сказал:
— В таком случае начнём с самого важного.
— С чего?
— С равновесия.
Он слегка повернул стоящий на столе глобус.
Шар медленно закрутился под лампой, и материки поплыли по своей старой, но всегда немного новой карте.
А за окном продолжался самый обычный городской вечер, в котором никто, кроме нескольких посвящённых, не знал, что на улице Полевой существует мастерская, где иногда
полируют глобусы и немного меняют карты мира. 🌍