— Ты бы хоть спряталась куда-нибудь, — Денис брезгливо дёрнул плечом.
Он стоял посреди просторного холла нового бизнес-центра в своём недорогом, но тщательно отглаженном костюме. На запястье блестели часы под золото. Рядом переминалась с ноги на ногу Алина. Невестка прятала глаза за экраном телефона со стразами.
Анна Сергеевна невозмутимо сполоснула жёлтую микрофибру в пластиковом ведре, отжала, протёрла и без того блестящий подоконник. На нём одиноко лежали ключи от машины с брелоком очень известной дорогой марки.
— Здравствуй, Деня, — сухо ответила она. — И тебе привет, Алина. Что-то случилось? Вроде не договаривались встречаться посреди рабочего дня.
— Случилось! — взвился сын. — Мы сюда по делу вообще-то приехали. У Алины тут на пятом этаже собеседование в крупную логистическую контору. Идём мимо стеклянных дверей, а там ты! Со шваброй!
Пять лет назад, когда местный завод окончательно закрыли, Анна действительно пошла мыть полы. Дениса надо было доучить в институте на платном отделении. Парню постоянно нужны были деньги на общагу, на еду, на нормальную одежду. Сын уже тогда морщился и стеснялся. Просил мать не приходить к нему на факультет в старой рабочей куртке. Анна молчала и работала. Брала дополнительные ночные смены в городской поликлинике, мыла чужие подъезды по выходным дням.
А потом поняла, что одной швабры мало. Денег всё равно катастрофически не хватало. Она наняла двух женщин из соседнего дома, начала брать мелкие офисы на абонентское обслуживание. Потом наняла ещё пять человек. Оформила индивидуальное предпринимательство, сама разобралась со всеми налогами и бумагами. Детям ничего не сказала. К тому времени Денис уже жил своей отдельной жизнью. Женился на Алине. Взяли однушку в ипотеку на окраине.
И мать-уборщица в его новую картину успешного мира никак не вписывалась.
— И что такого? — Анна Сергеевна выпрямилась, поправила форменный синий халат и смахнула невидимую пылинку с рукава. — Я честным трудом на хлеб себе зарабатываю. Ни у кого не ворую.
— А то, что девочки из эйчар-отдела видели! — подала голос Алина, манерно растягивая гласные. — Мы как раз из лифта выходили в холл. Я им говорю: вот, пришла к вам на собеседование на должность старшего менеджера. Зарплата хорошая, соцпакет обещают. А они смотрят поверх моего плеча и противно так перешёптываются.
— Я оборачиваюсь, а там вы со своей тележкой воду в грязном ведре мутите, — невестка брезгливо передёрнула плечами. — Это просто кошмар какой-то. Позор на весь бизнес-центр. Как мне теперь там работать?
Скажут, что у меня свекровь — обычная прислуга. Засмеют же за спиной.
— Вот как. Прислуга, значит, — Анна Сергеевна опёрлась на ручку швабры. — А когда ты, Алина, ко мне в прошлом месяце прибегала? Когда у Дениса задержки на работе начались. Плакала у меня на кухне, просила коммуналку за вас оплатить и продукты купить на неделю вперёд.
Тогда прислуга не мешала? Тогда деньги от уборщицы не пахли?
Алина стрельнула глазами в сторону мужа и сильнее сжала телефон со стразами.
— Ну это же совершенно другое! Это внутри семьи происходит. Мы же свои люди, родственники. А тут на людях, приличные люди смотрят.
— Мам, ну правда, — Денис нервно оглянулся, тревожно проверяя, не слушает ли их кто из проходящих клерков. — Тебе самой-то не стыдно? Нам стыдно, что наша родная мать работает уборщицей! Позорище. У всех моих пацанов нормальные родители. На дачах отдыхают, по заграницам ездят раз в год или с внуками сидят целыми днями. А ты тут чужую грязь скребёшь за копейки.
— Пенсии не хватает, сынок. На ту же коммуналку, на продукты. Лекарства нынче дорогие стали. Цены в магазинах вообще видела?
— Да мы тебе будем подкидывать! — рубанул Денис. — Будем давать денег каждый месяц. Ну, немного, конечно, но на хлеб с молоком точно хватит. Только уволься отсюда немедленно. Не мозоль людям глаза. Сиди дома, телевизор смотри.
Анна Сергеевна хмыкнула. Сын уже три месяца не мог отдать ей долг. Брал кругленькую сумму на зимнюю резину для своей старой иномарки.
— Благодетель ты мой. И много подкидывать будете? У вас же кредитка вечно пустая. Вы за ипотеку еле наскребаете каждый месяц, до зарплаты постоянно занимаете.
— Это временные трудности! — снова взвился сын. — Я просто работу ищу нормальную, чтобы платили достойно моему уровню. А не копейки эти, как на прошлом месте.
— Так иди грузчиком на строительный склад, — сухо ответила Анна. — Там платят очень хорошо. Без задержек и штрафов.
— Я? Грузчиком? Мам, ты вообще соображаешь, что говоришь? У меня высшее образование! Я диплом защищал! Я не буду пыльные коробки таскать, это ниже моего достоинства.
— А полы мыть, чтобы тебе это образование оплатить — это было выше моего? — Анна Сергеевна упёрлась взглядом в сына.
— Когда завод закрылся, ты на втором курсе был. За учёбу на платном переводить надо, за общагу платить надо. Я тогда три подъезда взяла мыть в нашем районе. И вечерами ещё в поликлинике кафель драила в две смены без выходных. Ты хоть раз тогда спросил, как у меня спина? Или как ноги гудят по ночам?
— Ой, мам, ну началось! — Денис раздражённо махнул рукой. — Давай ещё моё детство вспомни. Как ты меня манной кашей кормила по утрам. Это твоя святая обязанность была! Ты же мать. Родители должны помогать детям встать на ноги. А сейчас ты просто нас позоришь своим видом.
Алина снова легонько пихнула мужа локтем в бок.
— Анна Сергеевна, мы вообще-то по другому вопросу, — невестка резко сменила тон. Голос стал неестественно мягким, даже заискивающим. — Мы хотели заехать к вам вечером. Тортик купили ваш любимый. Но раз уж тут встретились, давайте поговорим.
— У нас машина совсем сыпется, в автосервис каждую неделю гоняем. Деня нашёл отличный вариант в салоне. Кроссовер, почти новый, пробег смешной совсем. Но нам автокредит не одобряют в банке из-за этой проклятой ипотеки. Да и просрочка у нас там одна была по кредитке.
— Ясно, — Анна Сергеевна снова опёрлась на ручку тележки. — И что вы хотите от матери-прислуги?
— Оформи автокредит на себя, мам, — быстро заговорил Денис. — Там сумма приличная, но мы сами платить будем! Честное слово. Зато я буду на нормальной тачке ездить. А то перед пацанами реально стыдно. Они все уже машины поменяли в этом году. Один я как бобыль на развалюхе езжу, смеются уже за спиной.
— То есть, — Анна Сергеевна качнула подбородком, — перед пацанами на старой машине стыдно. Мать со шваброй — позорище. Но кредит на эту самую мать-уборщицу взять — не стыдно? Совесть не жмёт нигде? А платить с чего будете? С твоих пустых обещаний?
— Ой, ну не начинай опять! — Денис закатил глаза к потолку. — Тебе жалко, что ли? Родному и единственному сыну. У тебя же чистая кредитная история. Банки работающим пенсионерам сейчас охотно дают. Мы в интернете специально узнавали. У меня наклёвывается хорошее место в офисе. Не могу я на старье на корпоративную парковку заезжать. Начальство не поймёт, скажут, неуспешный сотрудник. А ты тут ползаешь перед всеми.
— Я тебе сколько раз говорил? Найди нормальную, тихую работу! Консьержкой иди в приличный дом. Или гардеробщицей в театр устройся, там хоть сидеть можно в тепле. А не грязной тряпкой махать на виду у всей Москвы.
— Я тряпкой машу, чтобы вам на свадьбу помочь, — отчеканила Анна. — Вы же тогда шикануть решили перед роднёй. Ресторан дорогущий сняли на набережной, гостей полсотни позвали. А кто половину банкета оплатил? Кто вам деньги на золотые кольца дал?
— Папка бы такого не потерпел, — вдруг выдал Денис, пытаясь зайти с другой стороны. — Он всегда говорил, что женщина должна достоинство иметь.
— Твой отец, — ледяным тоном отозвалась Анна Сергеевна, — имел только долги и привычку на диване лежать с бутылкой. Я потому на две работы и вышла, чтобы мы с голоду не померли, пока он своё достоинство охранял. Так что не надо мне про него рассказывать. Ты весь в него пошёл. Тоже всё ждёшь, когда тебе всё на блюдечке принесут.
— Мы ипотеку тянем! — снова встряла Алина, повышая голос. — Нам тяжело приходится. У нас ребёнок растёт. Ему фрукты постоянно нужны, витамины, кружки развивающие платные. Могли бы и войти в наше положение. Вы же бабушка! Вы к Павлику месяц уже не приезжали.
— А зачем мне приезжать, если вы меня на порог не пускаете? — Анна Сергеевна сурово сдвинула брови. — В последний раз я приехала с полными пакетами гостинцев. Так ты, Алина, меня даже в комнату к ребёнку не пустила. Сказала, от меня химией пахнет и вид у меня непрезентабельный. Пакеты забрали прямо в коридоре, а меня выпроводили, мол, у Павлика режим.
— Ну так вы с работы приехали прямо в этой своей форме! — взвизгнула невестка. — У нас там соседи по лестничной клетке стояли. Вы бы хоть переодевались перед тем, как к приличным людям в дом идти. Вы же нас компрометируете.
— То есть пакеты с мясом и фруктами, купленные на мои деньги, вас не компрометируют? А я сама — компрометирую? Понятно, — кивнула Анна. — Кредит я на себя брать не буду. И точка. Вы за зимнюю резину ещё ни копейки не отдали. И за холодильник, который я вам покупала весной, тоже.
— Погоди-ка, — Денис нахмурился и шагнул ближе к матери. — То есть реально не возьмёшь? Мам, ты в своём уме вообще? Я тебе русским языком объясняю! Мне статус сейчас нужен! Я без нормальной машины руководящую должность не получу. А ты со своей шваброй мне всю репутацию портишь на корню. Из-за тебя меня никуда не возьмут. И Алину тоже вон засмеяли девчонки. Эйчары всё видят и замечают, они родственников по базам пробивают. Кому нужен сотрудник, у которого родная мать — поломойка? Это же просто дно!
В дальнем конце коридора послышались быстрые шаги. Из-за стеклянных дверей вынырнул молодой парень. На нём была строгая белая рубашка, на груди висел пластиковый бейджик, а в руках он держал толстую кожаную папку.
— Анна Сергеевна, еле вас нашёл! — парень с ходу протянул бумаги. — Там подрядчики по химии приехали на замеры. Ждут в главной переговорной на шестом этаже. И договор на обслуживание всего этого здания полностью готов. Юристы проверили. Нужна ваша подпись на каждом листе.
Денис часто заморгал, переводя непонимающий взгляд с парня на мать.
— Какой договор? Мам, это начальник твой пришёл?
Парень с бейджиком удивлённо уставился на Дениса. Затем перевёл взгляд на Анну.
— Начальник? Молодой человек, вы ошибаетесь. Анна Сергеевна — владелица клининговой компании. Мы этот бизнес-центр сегодня под свой полный контроль взяли. Крупный тендер выиграли. А она у нас любит лично новые объекты проверять. Привычка такая с юности. Говорит, надо знать работу своих людей изнутри.
Алина приоткрыла рот от изумления. Телефон в её руке слабо пискнул и погас.
— Владелица? — хрипло переспросил сын, его голос вдруг сел. — В смысле... это твоя фирма? И всё это твоё?
Анна Сергеевна невозмутимо бросила жёлтую микрофибру на край тележки, взяла предложенную ручку и спокойно расписалась на двух страницах.
— Спасибо, Олег. Иди, готовь кофе гостям. Я сейчас руки вымою и поднимусь к вам.
Она повернулась к застывшим детям. Денис стоял пунцовый. Алина суетливо сунула телефон в сумочку и попыталась выдавить из себя милую улыбку.
— Мамочка... — елейным голосом протянула невестка. — А что же вы молчали всё это время? Мы бы... Деня бы к вам работать пошёл с радостью! Директором каким-нибудь. Или заместителем вашим. У него же диплом есть. Зачем вам чужих людей нанимать?
— Директором? — Анна Сергеевна взяла с подоконника ключи от машины. Брелок престижной марки тихо звякнул. — Человеком, который грязной тряпки стыдится? Нет, деточка. Мой бизнес так не работает. Тут пахать надо с самого низа. И людей уважать.
— Мам, ну ты чего, — Денис шагнул вперёд. Голос его стал мягким, липким и заискивающим. — Мы же правда не знали. Мы же из лучших побуждений тебе советовали. Давай мы вечером всё-таки заедем? Посидим по-семейному. Чайку попьём, обсудим всё спокойно. И кредит этот... может, ты нам просто из прибыли добавишь? Зачем банкам проценты переплачивать? Свои же люди.
— Не заедете, — осадила Анна Сергеевна. Она сняла рабочий халат, оставшись в строгом брючном костюме. — Я сегодня вечером на дачу уезжаю. Купила вот участок на днях. Воздух там хороший. Сосны растут. И полы мыть самой больше не надо. У меня для этого теперь домработница есть. Которой я, кстати, плачу достойно.
Она развернулась и пошла к зеркальному лифту.
С того разговора прошло долгих полгода. Денис и Алина теперь звонили каждую неделю стабильно. Поздравляли со всеми возможными праздниками. Настойчиво звали в гости на ужин. Скидывали десятки фотографий подросшего внука. Алина даже предлагала приехать на новую дачу. Обещала грядки полоть и окна мыть.
Анна Сергеевна трубку всегда брала. Разговаривала ровно и вежливо. Но в гости к ним не ехала. И денег на новую статусную машину так и не дала. Ни копейки. Пусть сами на свою красивую жизнь зарабатывают. Без лишнего позорища.