Жизнь мадемуазели Греты соткана из маленьких драм, разыгрывающихся едва ли не ежедневно. Этим сценам, полным подлинного восхищения и подчас пугающего удивления, могли бы позавидовать лучшие театральные труппы.
Грета – натура экзальтированная; она проживает каждое мгновение на пределе чувств, и порой этот накал выходит из-под контроля, гранича с истерией. Ее будни – это калейдоскоп из радости и печали, где одно мгновенно сменяет другое.
Будучи чрезмерно впечатлительной, Грета обитает скорее в мире собственных фантазий, нежели в реальности. Любое несовпадение действительности с ее внутренним идеалом вызывает бурю эмоций. С такой хрупкой психикой жизнь на каждом шагу готовит ей сюрпризы, но Грета не боится обнажать чувства. Это делает ее фигуру крайне любопытной – в том числе, увы, и для практикующих психиатров.
В тот день она облачилась в летящее платье из легкого хлопка. Ткань нежно колыхалась на ветру, словно солнечные лучи, играющие в листве, а крупные цветочные принты в оттенках пурпурного и розового превращали наряд в экзотический букет.
Венцом образа служила эффектная широкополая шляпа, на макушке которой красовалась корзинка с искусственными цветами, казавшимися удивительно живыми. Обутая в удобные бежевые сандалии, Грета позвякивала браслетами из разноцветных бусин, в которых весело дробилось солнце. Она притягивала взгляды, сияя во всем своем эклектичном великолепии.
В какой-то момент Грета услышала, как элементы ее наряда затеяли спор.
– Эй, шляпа! – возмутилось платье. – Ты слишком огромная и загораживаешь мне весь вид! Не хочу, чтобы все восхищение доставалось только тебе!
– Не тревожься, дорогая, – снисходительно улыбнулась шляпа. – Мы ведь в одной команде. Если кто и будет восхищаться тобой больше всех, так это я. Ты – моя лучшая подруга.
Платье немного успокоилось, почувствовав поддержку.
– О, как это мило! – вдруг вступили в беседу браслеты. – Мы тоже здесь! Мы – тот самый яркий акцент, без которого картина была бы неполной.
– И то верно, – согласилось платье, – вы добавляете мне блеска. Давайте же сиять вместе и сделаем нашу хозяйку ослепительной!
Наслаждаясь этим единством, Грета дошла до парка, где заметила бегущего молодого человека в спортивной форме. Его мускулистые ноги блестели, как у кота… как два свежих, глянцевых огурца на прилавке.
Впечатлительная Грета, разумеется, не могла устоять. В ее голове мгновенно закружился вихрь романтических образов и предвкушение грядущих приключений. Не теряя ни секунды на раздумья, она ринулась навстречу незнакомцу. Сердце ее забилось чаще, и, собрав в кулак всю свою смелость, Грета преградила путь атлету.
– Эй, сударь! – закричала она, неистово размахивая руками, будто пытаясь вызвать джинна из лампы. – Не желаете ли вы немного пофлиртовать с дамой, оказавшейся в бедственном положении? – с надеждой в голосе выпалила она.
Мужчина замер, озадаченно вытирая пот.
– Пофлиртовать? – переспросил он, тяжело дыша. – Я только что одолел марафонскую дистанцию! У меня нет ни сил, ни времени на шашни, – добавил он, впрочем, с легкой улыбкой.
Мадемуазель театрально закатила глаза и испустила глубокий вздох:
– О, как это прискорбно! Вы даже не представляете, какая меланхолия овладела моей душой. Я стою здесь, совершенно одна-одинешенька, и чувствую себя, точно последняя шляпка на распродаже – никому не нужная и бесконечно грустная!
Мужчина не выдержал и рассмеялся. Сделав шаг навстречу, он пообещал:
– Ну хорошо, не печальтесь! Я попробую вас развлечь и поднять вам настроение.
Грета тут же сменила гнев на милость, но посмотрела на него с притворной строгостью:
– Что ж, попробуйте, сударь! Но учтите: мое настроение – самая нестабильная вещь во вселенной, оно скачет похлеще курса биткоина. Будьте осторожны, я женщина впечатлительная, и в любой момент меня может накрыть истерика. Это не шутка, все может случиться внезапно!
В ее глазах, однако, плясали искорки азарта. Молодой человек, приняв вызов, решил зайти с козырей:
– У меня как раз есть анекдот на эту тему. Слушайте: «Доброе утро! Это клуб для тех, кто страдает резкими перепадами настроения?» – «Совершенно верно. Очень рады вас видеть, пошли вон отсюда к чертям собачьим!»
Грета, как истинная актриса, отреагировала с избыточной страстью. Она разразилась таким громовым хохотом, что даже воробьи на ветках замерли в ожидании развязки. И развязка не заставила себя ждать: в самый разгар веселья мадемуазель внезапно потеряла равновесие. Рухнув на землю, она тут же принялась изображать сердечный приступ, продолжая при этом оглушительно хохотать.
Испуганный мужчина бросился к ней:
– Что с вами? Вам плохо?! – в его голосе теперь звучала неподдельная тревога.
Женщина лукаво прищурилась и, кокетливо улыбнувшись, ответила с легкой иронической ноткой:
– Нет-нет, не пугайтесь! Это всего лишь очередная вспышка моей впечатлительности.
Она выдержала театральную паузу, а затем добавила, глядя на него с игривым блеском в глазах:
– Но если вы все же хотите привести меня в чувство... скажем, поцелуем... я не стану сопротивляться! – и она заговорщицки подмигнула.
В воздухе повисло густое, почти осязаемое напряжение. Мужчина окончательно растерялся, в его голове проносились сотни сомнений, но озорной взгляд Греты придал ему внезапной смелости. Он медленно наклонился к ней...
И в это мгновение реальность для Греты растворилась. Она словно перенеслась в иную эпоху, очутившись в сумраке средневекового замка. Теперь на ней было роскошное старинное платье, сотканное, казалось, из самого ночного тумана.
Она стояла у окна, вдыхая аромат ночи, полной загадок и тайн. Бледный лунный свет, пробиваясь сквозь тяжелые занавески, игриво обнимал ее фигуру, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб. В ту секунду она была не просто женщиной – она была королевой, забывшей обо всем ради этого призрачного мига.
Внезапно из густой тени выступил таинственный незнакомец. Его глаза горели страстью, подобно углям в камине, а дыхание было обжигающим, как суховей. Время остановилось.
Когда их губы встретились в поцелуе, это было не просто касание, а слияние душ, в котором переплелись нежность и первобытная страсть. Сердца их забились в унисон, а за спинами рассыпались искры, похожие на падающие звезды. Этот миг обещал стать вечностью...
Но внезапный порыв ветра вернул Грету в реальность. Она распахнула глаза: все тот же парк, шуршание листвы, а губы марафонца – всего в сантиметре от ее щеки. Почувствовав его живое, совсем не «туманное» дыхание, Грета в ужасе отпрянула. Она вскочила на ноги, охваченная внезапной паникой.
– О господи! – вскричала она. – Кажется, теперь у меня и правда началась истерика!
Не в силах совладать с собой, она бросилась прочь. Молодой человек замер на месте, растерянно глядя ей вслед с немым вопросом в глазах. А Грета, стремительно удаляясь, уже вовсю предавалась новым философским размышлениям: «Мущина – он ведь как первый поцелуй. Порой ты совершенно не понимаешь, что с ним делать, и просто стоишь, как дура, открыв рот!»
От этой мысли ей стало невыносимо смешно. Сердце все еще колотилось, в голове кружился вихрь образов, но впечатлительная мадемуазель уже летела навстречу своей следующей ежедневной драме.
Бонус: картинки с девушками
Подписывайтесь, уважаемые читатели. На нашем канале на Дзене вас ждут новые главы о приключениях впечатлительной Греты.