Хасан протянул дрожащие пальцы к лицу Маргариты. Рука повисла на мгновение, потом резко упала.
- Девочка моя... Маргарита... Неужели это ты? - прошептал он.
- Так Вы…Вы…мой дядя? – едва слышно промолвила девушка и всхлипнула.
- Дядя…Дядя? Дядя! Да, я твой дядя…Армандо…Армандо! Меня зовут Армандо! Я вспомнил! – изумлённо улыбнулся он. – Скажи, Маргарита, тебе говорит о чём-нибудь это имя?
- Да! Моего дядю звали Армандо! – ответила девушка, закрывая лицо руками.
- Господи, как же я Тебе благодарен! Ты вернул мне то, о чём я уже и не смел мечтать. Маргарита, я так долго тебя искал. Сначала я даже не знал о твоём существовании. Но потом одна монахиня нашла меня и рассказала, что ей поручено исполнить последнюю волю одной прихожанки. Эта женщина была вынуждена оставить свою дочь в приюте на некоторое время, но, к несчастью, пог_ибла в Османии. Я был в ужасе – моя сестра, моя любимая Виктория, пог_ибла! Я поклялся отомстить за неё. А потом я собирался вернуться за тобой. Но турки… они сме_ртельно ра_нили меня. Я не помню всех деталей, но когда я впервые увидел тебя, что-то внутри меня дрогнуло. Маргарита, я нашёл тебя! Ты так похожа на свою маму. Я помню её - такая красавица, стройная, высокая, с такой гордой осанкой...
- Высокая? - проговорила Маргарита, с трудом сдерживая слёзы, - Разве она не была маленькой и худенькой...
Хасан на секунду запнулся, но быстро нашёл нужные слова.
– Да, я сказал "высокая", но имел в виду не её рост. Она была человеком высокой души, намного превосходила своих сверстниц, хотя и была, конечно, более хрупкой, – он произнёс это с пафосом, задумчиво глядя куда-то вдаль.
- Дядя, а какой ещё она была? Мне так хочется знать о ней больше, - растроганно спросила Маргарита.
- Конечно, моя девочка, я расскажу тебе о ней, но не сейчас. Мы итак долго разговариваем с тобой, эти османы могут что-нибудь заподозрить. Встретимся завтра. Кстати, ты расскажешь мне, как попала сюда? Неужели тебя продали в рабство? - нахмурился он.
- Нет, дядя, не волнуйся. Я здесь по другой причине, но это тайна. Завтра я расскажу тебе, - оглядываясь, прошептала Маргарита.
- Хорошо, Маргарита, до завтра. Береги себя! - проговорил Хасан и, развернувшись, пошёл по тропинке к воротам.
- Вот шайтан! Что он ей такого наговорил, что она еле стоит на ногах, вся в слезах? - возмутился Гюль-ага. - Скорее бы уже Ибрагим-паша приехал! Пойду-ка я к воротам, а то вдруг пропущу его.
- Я с тобой, Гюль-ага, – решительно заявил Сюмбюль.
- Ладно, идём, - ответил Гюль-ага, свысока окинув того взглядом. – Но я первый доложу.
И они оба быстро пошли по коридору к выходу из дворца.
Как раз в этот момент у ворот остановилась карета Ибрагима-паши. Он сам, не дожидаясь помощи, легко спрыгнул с подножки и широким, уверенным шагом направился во дворец.
Увидев Сюмбюля-агу и Гюля-агу, склонившихся в почтении, он остановился и поприветствовал их.
- Судя по вашему напряжённому виду, думаю, ваше дело не терпит отлагательств. Пойдём ко мне в кабинет, там никто не помешает нашей беседе, - серьёзным тоном произнёс он и торопливо пошёл по длинному коридору.
Возле его дверей стояли Альпай, Гюрхан и Башат.
- Вы уже здесь, ребята? Отлично! - кивнул паша, - заходим все ко мне!
Ибрагим внимательно выслушал Гюля-агу, кивнул в знак благодарности и повернулся к Сюмбюлю.
- Ну что, Сюмбюль-ага, а у тебя что новенького? – спросил он.
- Ибрагим-паша, мой сын Илькин отправился в Италию на поиски нашей Нурмелек. Вот, пожалуйста, ознакомьтесь, - Сюмбюль протянул ему свёрнутое в трубочку письмо.
Ибрагим развернул послание и внимательно пробежал глазами строки.
- Сюмбюль-ага, а почему твой сын решил, что девушку похитил кто-то из свиты Карла? - с любопытством поинтересовался он.
- Понятия не имею, Ибрагим-паша, - пожал плечами Сюмбюль и опустил голову, - наверное, он просто...просто не знал, где её искать.
- Да нет, Сюмбюль-ага, такие решения не принимаются просто так. Видимо, у него была серьёзная причина на это. Он пишет, что отправился на судне Густаво-эфенди. Ребята, это же хороший знакомый Армандо. Он известный торговец, к тому же родом из Италии. Не мог он что-то рассказать парню? - посмотрел на свою верную троицу паша.
- Запросто, - тут же откликнулся Башат, - он частенько на рынке крутится, к тому же бывший шпион, всё подмечает…
- Бывший шпион?! - воскликнул Сюмбюль и тотчас прикрыл рот рукой.
- Да нет, Сюмбюль-ага, не волнуйся, пошутил мой воин, - стрельнул предостерегающим взглядом в сторону Башата Ибрагим, - ну какой из торговца шпион? Если только с товаром что-то мухлюет…
- Да, я имел в виду это, - утвердительно кивнул Башат.
- Значит так, Сюмбюль-ага, возвращайся домой, успокой жену и жди хороших новостей. Я отправлю своих парней на помощь твоему сыну, - подошёл к нему Паргали и похлопал по плечу.
- Спасибо, Ибрагим-паша, да осветит Всевышний Ваш путь и путь Ваших воинов! - поклонился Сюмбюль и ушёл.
- Гюль-ага, ты тоже можешь быть свободен. И ещё раз огромное спасибо за информацию, она бесценна. Продолжай, пожалуйста, присматривать за этим художником и сразу же сообщай мне обо всём, что увидишь.
- Слушаюсь, Ибрагим-паша! Разрешите идти?
- Да, конечно, можешь идти, - паша кивнул, и Гюль-ага, словно на крыльях, вылетел за дверь.
- Командир, будем задерживать этого художника? Жаль Маргариту. Каково ей будет, когда она узнает, что он ей вовсе не дядя? - с искренним сожалением спросил Башат, глядя на Ибрагима-пашу.
- А как мы выйдем на остальных членов шайки, да и на самого главаря? От торговки пока толку мало. Тех, с кем она общается, мы проверили, они не имеют никакого отношения к шпионажу, - возразил Гюрхан, отвечая за командира.
- Это верно, - вздохнул Ибрагим, - больше того, мы и Армандо пока ничего не скажем.
- А вдруг он нам пригодится, командир? - осторожно подал голос Альпай. - Он первоклассный шпион, хоть и бывший. Может, стоит послушать его советы?
Ибрагим кивнул, но тут же покачал головой.
- Ты прав, Альпай. Но сейчас не время. Он только что нашёл свою племянницу, родную душу. И как бы он ни старался держать себя в руках, я вижу, что это для него значит. Его сердце переполнено эмоциями. Мы не можем сейчас давить на него, это может только навредить. Ему нужно время, чтобы прийти в себя и разобраться в своих чувствах. Только после этого мы сможем рассчитывать на его помощь и ценные советы, – с задумчивым взглядом закончил он.
- Понятно. Так что мы будем делать дальше? - с очевидным нетерпением спросил Башат.
- Погоди, не торопись так, - мягко прервал его Альпай, - Ибрагим-паша сейчас всё объяснит.
Ибрагим усмехнулся:
- Вот и отправим нашего торопыгу в Италию. Причём, одного.
- Почему одного? - возмущённо спросил Башат, - командир, а вдруг там заваруха случится? Нет, я без Гюрхана не поеду! - он покачал головой, но тут же вскочил, вытянувшись по стойке смирно. - Слушаюсь, Ибрагим-паша! Есть отправиться в Италию!
- Вот это другое дело, - похвалил паша, - а то я уже подумывал отправить тебя на кухню, в помощники к Шекеру-аге, в качестве наказания.
- Боюсь, наказанным в первую очередь почувствует себя Шекер-ага, - проворчал Альпай, кашлянув в кулак. - Продовольственные запасы на кухне значительно убавятся, и ему придётся чаще ходить на рынок.
Комната тут же наполнилась дружным смехом.
- Ну вот, значит, с Шекером-агой и пойдёт мешки таскать, – весело произнёс Ибрагим, а потом уже серьёзнее добавил: - Гюрхан с тобой не поедет, потому что у Лейлы со дня на день роды, он должен быть рядом с ней. Думаю, ты и один справишься.
- Я понял, командир, конечно, – от души кивнул Башат. – Когда отправляться?
- Прямо завтра утром и поезжай, здесь мы сами управимся, - сказал Ибрагим-паша, - нам пока ничего не остаётся, как следить за этим дядей Хасаном, ну и за остальными.
Обсудив некоторые моменты, они разошлись по своим делам.
Следующим утром Башат отправился на причал, а Гюрхан и Альпай - во дворец. У Ибрагима-паши перед походом было много других дел, они с повелителем ездили в янычарский корпус, на верфи, на промышленные предприятия.
Между тем, Хасан-Паоло вскоре вновь заявился во дворец и встретился с Маргаритой. Девушка рассказала ему, что оставлена в Топкапы с важной миссией, а ещё для того, чтобы отомстить за мать.
- Маргарита, девочка моя, ты делаешь великое дело. Ты спасаешь свою страну от пора_бощения. А месть? Я, конечно, знаю, что это не по-христиански, но…Я тебя поддерживаю, я бы и сам очень хотел спросить c них за см_ерть моей дорогой и любимой Виктории! И я благословляю тебя, Маргарита, на это справедливое дело! Враг должен понести заслуженное наказание! - с большой долей патетики произнёс лже-дядя.
Маргарита слушала его, однако её сердце наполнялось смешанными чувствами. Радость от того, что она нашла дядю, смешивалась с тревогой за его положение, за их общую судьбу. Но было нечто такое, что вызывало в её душе смятение. Оно было связано с шехзаде Мустафой, и её собственные чувства к нему ставили её в тупик.
- Я могу помочь тебе, - продолжал Хасан, - я слышал о планах падишаха пойти во_йной на Европу. Маргарита, если бы ты могла узнать, когда и куда он собирается ударить, я мог бы передать эти сведения по назначению. У меня есть надёжный человек в порту. Но это будет опасно для тебя. Что ты скажешь на это? Я бы не хотел подвергать тебя риску.
- Я готова, дядя, - тихо промолвила Маргарита, - ради нашей семьи.
- Хорошо, моя девочка, храни тебя Господь! – кивнул Хасан и попрощавшись, довольный пошёл из дворца.
С этого дня их тайный союз стал основой для сбора информации. Маргарита, используя своё положение, передавал ему сведения о военных планах, о передвижении войск, о слабых местах османской обороны. Хасан-ага в свою очередь приносил ей новые задания.
Ибрагим-паша быстро сориентировался в новой ситуации. Раз уж Маргарита теперь передавала информацию напрямую через своего "дядю", и подменить шифровки стало невозможно, он решил действовать хитрее.
Вместо того, чтобы пытаться перехватить или исказить уже переданное, Ибрагим-паша пошёл на опережение. Он расставил своих людей в ключевых местах, и теперь эти "актёры" разыгрывали целый спектакль. Как только Маргарита появлялась поблизости, они начинали громко и "случайно" обсуждать якобы государственные тайны.
Маргарита же в это время думала, что ей невероятно повезло, что она случайно подслушала очень важные сведения. А на самом деле Ибрагим подсовывал ей дезинформацию, которую она, не подозревая подвоха, передавала дальше.
Во время одной из встреч её “дядя” неожиданно заинтересовался шехзаде Мустафой.
- Девочка моя, скажи, а что сын падишаха, я имею в виду, его старшего наследника, говорят, султан настолько доверяет ему и ценит, что решил оставить регентом на время своего похода? – как бы между прочим спросил он.
Маргарита насторожилась.
- Да, я слышала об этом, - коротко ответила она.
- Пожалуйста, не могла бы ты подробнее узнать? Просто ради интереса, он ведь такой молодой, неужели падишах и впрямь оставит на него целую империю? – мягко улыбнулся Хасан.
- Да, я узнаю… если смогу, конечно, - немного замялась Маргарита.
- Очень прошу, моя дорогая, ради дядюшки. Похоже, я становлюсь слишком любопытным к старости, - с шутливой ноткой в голосе вздохнул он, старясь развеять любые сомнения "племянницы".
Маргарита, натянуто улыбнувшись, пообещала, и они простились до следующей встречи.
Ночь, проведённая а раздумьях, стала для Маргариты пыткой. Во-первых, её не на шутку встревожила заинтересованность дяди Мустафой. Что-то внутри неё подсказывало, что это не простое любопытство, и от этого ей было не по себе.
Также ей не давала покоя мысль о том, что её миссия была важнее её личных чувств. Как она могла полюбить врага? Как могла предать свою родину, императора, а, главное, мать? Она должна была помнить об этом, но сердце отказывалось подчиняться разуму.
После мучительных раздумий она поняла, что должна выбрать. Между долгом и любовью, между двумя мирами, которые теперь столкнулись в её сердце. Она представляла себе Мустафу, его улыбку, его глаза, его нежные прикосновения и понимала, что не в силах причинить ему вред.
В ту бессонную ночь она решила не говорить дяде правду и преуменьшить значение Мустафы в делах государства.
Она была шпионкой, которая влюбилась во врага, и теперь ей предстояло найти способ защитить его, не раскрывая себя и не разрушая тот хрупкий мир, который они вдвоём создали в стенах дворца. Теперь ей предстояло жить с этим выбором, с этой тайной, с этим двойным предательством.
В последующие дни “дядя” всё больше интересовался шехзаде, подробностями его жизни в столице, его отношениями с отцом-султаном, с янычарами, с визирями, и ещё многими другими вопросами.
Маргарита передавала информацию, но искажала факты. Она знала, что это рискованно, “там” могут запросто раскусить ложь. Она знала, что её ложные сообщение могли иметь непредсказуемые последствия. Император был не из тех, кто прощает обман. Но она также знала, что Мустафа был справедливым и благородным, он любил свою семью и свой народ и вполне естественно, что он защищал их.
Она выбрала любовь.
Отныне её жизнь превратилась в ещё более сложную игру. Теперь ей приходилось не только шпионить, но и активно защищать Мустафу, отвлекая от него внимание.
Также теперь она жила в постоянном страхе разоблачения. Каждый раз, когда она видела приближающегося “музыканта”, её сердце замирало. Она знала, что рано или поздно её двойная игра может быть раскрыта, и тогда ей придётся столкнуться с последствиями своего выбора.
Однажды “музыкант”, которого она ещё раньше свела с дядей, попросил её передать ему небольшой зашифрованный документ. Маргарита сначала спрятала записку в складках платья, но потом непонятное беспокойство овладело ею, и она решила прочесть послание. Она достала записку, быстро расшифровала её и тотчас почувствовала, как земля уходит из-под ног.
Каждое слово пронзало её сердце, будто стрелами. Это был подробный план покушения на шехзаде Мустафу.