Холодный воздух резко ворвался в дом и обжег кожу, снежинки налипали на лицо и тут же таяли. Глаза быстро привыкли к темноте, но сквозь метель ничего не было видно. Так я и стоял, глядя на белые хлопья – проносящиеся мимо и падающие на порог. Но вот эта пелена начала сгущаться и закручиваться по спирали прямо в паре шагов от меня. Я увидел ту же картину, что и на экране мобильного телефона. Разум подсказывал мне захлопнуть дверь, но страх или какая-то другая сила сковала тело – не пошевелиться!
Снежинки как мозаика перемещались в хаотичном порядке, уплотнялись и медленно превращались в женский силуэт. Вцепившись в дверную ручку, я крепко сжимал пальцы, словно этот слабый защитный инстинкт сможет как-то помочь.
Белокожая дева открыла глаза. Голубоватое сияние заворожило меня и страх исчез, словно ничего необычного не происходило. Она протянула изящную руку, приглашая пойти с ней. Меня охватило безграничное доверие к этому существу, я коснулся ее тонких и холодных пальцев, сделал шаг вперед и почувствовал, как мое тело затягивает внутрь воронки, будто бы из одной двери я вхожу в другую.
Не отрываясь, я все это время смотрел в ее глаза. Вместо голубых и холодных, они постепенно становились серо-зелеными, белая кожа стала темнеть, губы розоветь, а волосы приобрели золотистый цвет. Вместо снежной метели меня окружили деревья и кустарники с зеленой листвой, тьма обернулась светом, а холод теплом.
Я помнил эти глаза. Я никогда не забывал их. Они много лет снились мне по ночам. Они каждый день смотрели на меня с портрета, который стоял на тумбочке у моей кровати. Эту женщину я потерял несколько лет назад, и с тех пор в моей голове постоянно возникал вопрос «Если бы в тот вечер я был рядом, если бы смог предугадать, предотвратить...»
И вот она передо мной: живая, теплая, в том самом платье, в котором я встретил ее впервые. Ее нежная рука лежит в моей ладони. Она ведет меня за собой в сторону нашего дома. Деревья тихо шуршат за спиной, ярко светит солнце, а ветер ласково обдувает лицо и треплет волосы. Под щебет птиц мы ступаем по зеленой траве, усыпанной желтыми одуванчиками. Мы улыбаемся друг другу.
Вот наша калитка, наш сад. Я чувствую запах сирени, как и тогда, в самые счастливые дни моей жизни. Крыльцо нашего дома утопает в цветах, которые она так любила. Мы исчезаем за дверью, и теперь этот Мир принадлежит только нам.
***
Я очнулся от того, что кто-то бил меня по щекам и громко ругался. Открыв глаза я обнаружил себя сидящим на снегу возле двери и прислонившимся к стене дома. Надо мной стоял один из пропавших несколько дней назад метеорологов. Он тряс меня, заставляя встать и войти в дом, удивляясь при этом, как я здесь оказался. Если бы он не наткнулся на меня, когда выходил, то я бы стал большим куском замерзшего мяса. Он спас мне жизнь, но ведь его совсем еще недавно не было на станции. Может мне все это приснилось?
Еле соображая, я оторвал от земли почти примерзшие ладони и, опираясь на своего спасителя, перебрался в теплое помещение. В комнате был еще один метеоролог и фельдшер, пропавший одним из последних. Они засуетились: один проверял нет ли у меня обморожений, а второй поспешил заварить чай.
Укутавшись пледом, я сидел на кровати и аккуратно прихлебывал горячий напиток. Друг к другу у нас было очень много вопросов. Я рассказал, что произошло несколько дней назад, как мы их искали, и что потом я решил остаться на станции один. Все присутствующие переглядывались, но на мои вопросы отвечали невнятно. Сказали лишь, что те кто хотел – вернулся.
Но мне не надо было объяснять, где они были. Как и мне, им выпала возможность осуществить свою мечту, встретить тех, кто любим и дорог, но потерян в этой жизни. Как и у меня, у них был выбор, остаться навсегда в иллюзорном мире или вернуться в реальность к тем, кому они нужны здесь. Каждый сделал свой выбор. Кто-то решил, что в мире мечты ему будет лучше.
Как бы я ни был счастлив в те минуты, что провел рядом со своей любимой, я понимал, что это просто фантазия, идеальная картинка, сгенерированная моим мозгом и ставшая осязаемой благодаря холодному нечеловеческому существу. Чувствуя обман, затягивающий меня в свои сети, я принял решение не поддаваться ему.
Она не возражала, так как не желала мне зла, а просто предоставила возможность навсегда залечить свои раны. Мы вышли в сад, затем за калитку и по той же дорожке дошли до места встречи. Мы остановились. Я держал ее за руки и не мог наглядеться в родные глаза, понимая, что прощаюсь теперь навсегда. Почувствовав за спиной нарастающий поток ветра, я попятился назад и отпустил ее ладони. Рывком меня выбросило из иллюзии, и я потерял сознание. Сколько я пролежал на снегу, не знаю, но сейчас я чувствую себя здоровым.
Отогреваясь у печи и по глотку отпивая крепкий чай, словно горькие воспоминания, мы с коллегами старались не обсуждать произошедшее. У каждого из нас были свои тайны и своя боль. На следующий день я вернулся к себе домой, где все, что от нее осталось – портрет в черной рамке на тумбочке у кровати.