За окном прекрасный весенний денек, поэтому хочу начать мой сегодняшний материал с любопытной истории, которая случилась не менее теплым днем мая 1945-го, случилось в районе знаменитого пляжа Борнхольма.
Этот момент был запечатлен на довольно популярном снимке: советские солдаты и датские девушки сидят рядом, смеются, общаются, обнимаются, фотографируются. "Странно", не находите?
Фотография вполне себе реальная, не постановочная, не фотошоп. Как по мне, именно поэтому десятилетиями она не вписывалась никуда – ни в западный нарратив о советской угрозе, ни в советский нарратив о братской помощи. Неудобна была, так сказать, для обеих сторон.
Но те самые европейки, пережившие 1944–1945-й, что в кадре сидят рядом с красноармейцами, кое-что все-таки знали... Знали кое-что важное, но по своим причинам об этом "кое-чем" не хотели говорить до последнего.
Ниже я собрал тройку самых популярных вещей, о которых те предпочитали не говорить. Как думаете, о чем? Пишите свои догадки в комментариях, а пока вы пишете свои ответы, мы приступим к реальным фактам.
Начнем с того, что разрушенная Европа 1944–1945 годов – это далеко не абстракция. Это те самые карточки, руины, голод, когда городские семьи не знают, что будет на столе завтра.
И как раз в этом весьма сложном, мягко говоря, контексте и появляется советский солдат, и первое, что он делает, – это делится едой. Не потому что приказали, хотя и не без этого, но чаще всего он делает это просто так, зачастую отдавая последнее.
Были и обратные истории, к примеру во все тех же освобожденных странах (Чехословакии, Болгарии, Дании) местные жители сами приглашали солдат в дома, кормили, принимали как вполне себе гражданских гостей.
Еще раз, не как захватчиков, как почему-то многие из этих же стран считают сейчас, а как гостей. Это разница, которую послевоенный западный нарратив методично стирал. Увы, но похоже ему это удалось…
Благо что факты стереть уже точно не удастся, кстати, моя статья призвана этому помочь, так что если вы тоже за правду, то буду рад вашей поддержке в виде лайка, репоста, комментариев и подписки. Эти простые действия очень помогают распространению.
Факты сочатся отовсюду, к примеру на все том же Борнхольме в те времена жил датчанин Хеннинг, которому в 1945-м было всего одиннадцать лет, вспоминал: советские солдаты заходили "на огонек" к соседям, угощали детей, были вхожи в семьи. Не врывались – заходили. Хеннинг говорит об этом без доли предвзятости, говорил как о бытовом факте своего детства, и именно эта интонация убивает любую попытку переинтерпретировать случившееся.
Офицер Даниил Златкин оставил свидетельство "чуточку" другого рода, он говорил следующее: "Я дарил коробку конфет в полстола, я дарил 100 роз незнакомой женщине". И это не какое-то там хвастовство и не лирика. Это чистой воды правда.
Не удивительно, что для любой европейки, привыкшей к немецкой оккупационной логике изъятия и запрета, появление человека, который дарит, а не забирает, было просто необъяснимым явлением. Такое поведение не укладывалось в образ "дикого с Востока", аккуратно выстроенный геббельсовской пропагандой. О том, что советский солдат был щедрым и по-человечески открытым, предпочитали не упоминать, ведь это разрушало образ. Молчали еще об одном, куда более любопытном факте…
Молчали о детях
Есть еще одна категория свидетельств, которую так же невозможно оспорить, и это дети.
Именно из-за того, что об этом факте непринято говорить, мало кто знает, что во все тех же освобожденных странах по типу Болгарии, Чехословакии, отчасти Польши были зафиксированы случаи браков и долгосрочных отношений между местными женщинами и советскими военными.
Это были те самые отношения по согласию, из которых рождались дети, и как по мне это прямое свидетельство того, каким на самом деле было взаимодействие между людьми там, где не было захватческого режима.
Почему молчали? Потому что в эпоху холодного противостояния признать ребенка от советского солдата означало поставить на себе политическое клеймо.
Так что проще было молчать или переписать биографию. Некоторые датские семьи узнавали о таком происхождении только спустя десятилетия, когда советские архивы стали частично открытыми и когда политическая цена признания наконец упала.
Ну и финальное – молчали о взаимной любви и притяжении
За плечами пять лет тяжелейшего мирового противостояния, оккупации, страха. И вдруг перед тобой появляется живой, смеющийся человек с другого края Европы, который не угрожает, не забирает, а помогает и любопытствуется твоим бытом. Человек, который смотрит на тебя не как на ресурс и не как на врага.
Понятное дело, что это было ой как непривычно…
Советские солдаты были искренни, нередко застенчивы, бескорыстны в своих жестах, как понимаете, это совсем не то, чего ожидали европейки после немецкой пропаганды. Контраст между образом "дикого варвара" и реальным человеком, который краснеет и дарит цветы, производил довольно любопытный эффект. Который вы можете на фотографиях моего сегодняшнего материала довольно-таки наглядно увидеть.
Увы, но говорить о вышесказанном после 1945-го значило оказаться "не на той стороне". Западный нарратив холодного противостояния просто не оставлял места для самой обычной человеческой благодарности.
Проще было переформатировать память в нейтральное молчание. А та самая фотография с борнхольмского пляжа существует именно потому, что тогда, в мае 1945-го, еще не знали, что такие снимки когда-то станут такими неудобными. Позы, взгляды, смех – здесь ничего не нужно додумывать. Ставьте палец вверх, если вам тоже жаль, что столь правильную, я бы даже сказал – человеческую частичку истории просто взяли и вычеркнули из истории. Что ж, давайте поправлять эту ситуацию, ставьте палец вверх и делитесь материалом с друзьями, если вам понравилась моя сегодняшняя статья, пусть о ней узнает как можно больше людей.
Не забывайте подписаться на канал, давайте развивать и продвигать правильные нарративы вместе!