В тот вечер я в последний раз считал себя везунчиком.
Мы сидели в ресторане, отмечали нашу пятую годовщину. Виктория напротив меня — красивая, ухоженная, в тёмно-синем платье, которое я подарил ей на день рождения. Она улыбалась, пила шампанское, гладила меня по руке. Официант принёс десерт с горящей свечой, и она загадала желание.
— Загадала встретить старость с тобой, — сказала она, чокаясь.
Я поверил. Я всегда ей верил.
Пять лет брака, семь лет вместе. Мы познакомились на корпоративе, я работал в крупной компании, она пришла с подругой. Помню, как сейчас: она стояла у окна, пила мартини, и свет падал на её волосы так, что они казались золотыми. Я подошёл познакомиться, и через месяц мы уже жили вместе. Красивая история. Та, которую рассказывают внукам.
Через два года я сделал предложение. Она плакала, говорила «да», мама моя рыдала в сторонке, папа хлопал по плечу. Идеальная семья. Мы даже не ссорились почти. Ну, бывало, из-за мелочей, но кто без этого? Главное — любовь.
Я любил её так, что дышать без неё не мог. Работал, чтобы у неё было всё самое лучшее. Купил квартиру в центре, машину, шубу. Она говорила: «Ты слишком много работаешь». А я думал: пусть, зато у тебя всё есть.
Теперь я думаю: у неё действительно всё было. И я, и брат, и начальник.
---
Всё началось с мелочей.
Сначала она стала задерживаться на работе. «Проект горит», «совещание затянулось», «коллеги позвали посидеть». Я не придавал значения. У меня самого бывали авралы.
Потом она перестала брать трубку, когда я звонил вечером. Перезванивала через час: «Телефон разрядился», «в метро не слышала». Я верил.
Потом появился новый пароль на телефоне. «Подружки залезли, листали переписку, теперь поставлю защиту». Смешно, да? Я и тогда поверил.
Самое смешное, что я даже не ревновал. Я считал себя уверенным мужчиной. Зачем ей кто-то другой, если у неё есть я? Квартира, машина, стабильность, любовь. Я давал ей всё. Я был наивным идиотом.
Андрей, мой старший брат, приходил часто. Мы дружили всегда, хотя характерами разные. Он лёгкий, весёлый, душа компании. Я серьёзный, ответственный, надёжный. Он работал в найме, я открыл свой бизнес. Он звонил занимать деньги до зарплаты, я давал. Он приводил девушек, они быстро исчезали, я говорил: «Жениться тебе надо». Он смеялся: «На ком? На такой, как Вика? Так она уже твоя».
Я думал, это шутка.
---
Решиться на детектива было трудно.
Я считал это унизительным. Следить за женой? Читать её сообщения? Это для параноиков, для тех, у кого проблемы с головой. А я нормальный. У меня всё хорошо.
Но однажды я пришёл домой раньше обычного. Забыл документы, вернулся. Дверь открыл своим ключом — и услышал, как в спальне щёлкнул замок.
— Вика? — позвал я.
— Секунду, переодеваюсь!
Я ждал в коридоре. Через пять минут она вышла, чуть взлохмаченная, в домашнем халате.
— Ты чего так рано?
— Документы забыл.
Она поцеловала меня, улыбнулась. В спальне было чисто, окно открыто. Я подошёл выглянуть — никого. Двор пустой.
— Проветрила, — сказала она. — Жарко.
Я кивнул. Уехал на работу. Но внутри засело. Щелчок замка. Пять минут. Открытое окно.
Через неделю я нашёл в интернете частного детектива. Набрал номер, долго молчал в трубку, потом выдохнул:
— Мне нужно проследить за женой.
Детектива звали Игорь Петрович. Пожилой, спокойный, с усталыми глазами. Он не задавал лишних вопросов, не осуждал, не удивлялся. Просто взял фотографию Вики, данные, адрес.
— Три дня, — сказал он. — Если что-то есть — увижу.
Я заплатил половину и ушёл.
---
Три дня я сходил с ума.
Не мог работать, не мог есть, не мог спать. Смотрел на Вику и пытался понять: есть что-то или нет? Она вела себя обычно. Готовила завтраки, целовала перед уходом, спрашивала про дела. Обычная жена. Любящая. Или хорошо играющая?
На третий день позвонил детектив.
— Встретимся? Есть разговор.
— Говорите сейчас.
— Не по телефону. Приезжайте.
Я приехал к нему в офис через час. Маленькая комната, стол, компьютер, на стенах сертификаты. Игорь Петрович сидел с таким лицом, что у меня похолодело внутри.
— Садитесь, — сказал он. — И приготовьтесь. То, что я скажу, вам не понравится.
— Говорите.
— Ваша жена встречается с мужчиной.
Я выдохнул. Я был готов к этому. Больно, но я готов.
— Кто он?
Игорь Петрович помолчал.
— Их несколько.
Я не понял.
— В смысле — несколько?
— В смысле, ваша жена встречается с разными мужчинами. Я насчитал троих за три дня.
Мир покачнулся. Я схватился за край стола.
— Трое?
— Да. Один — молодой, примерно её возраста. Второй — постарше, солидный, дорогая машина. Третий...
Он замолчал.
— Что — третий?
— Третьего вы знаете.
— Кто?
— Ваш брат.
Я смотрел на него и не слышал. Губы шевелились, а звука не было. Андрей? Мой брат? С Викой?
— Вы уверены?
— Вот фотографии.
Он разложил на столе снимки. Вика целуется с незнакомым парнем у подъезда. Вика садится в дорогую машину к мужчине в костюме. Вика заходит в кафе с Андреем, и он держит её за руку. Вот они смеются. Вот он гладит её по щеке. Вот она целует его в губы.
Моего брата. Моя жена.
— Тройная измена, — сказал детектив. — Простите.
Я сидел и смотрел. Потом встал. Потом вышел. На улице упал на скамейку и просидел до вечера. Мимо ходили люди, смеялись, разговаривали, а у меня внутри горело всё. Тройная измена. Тройная. Мало было одного, надо было троих. И брат. Брат, которого я кормил, поил, которому деньги давал. Который на моей свадьбе говорил тост: «Береги её, она лучшая».
Он сберёг. В прямом смысле.
---
Домой я вернулся в одиннадцать.
Вика сидела на диване, смотрела телевизор. Увидела меня, улыбнулась.
— Ты где был? Я звонила.
— По делам.
— Есть хочешь?
— Хочу поговорить.
Она насторожилась. Женщина, которая изменяет с тремя, чувствует опасность за километр.
— Что случилось?
Я сел напротив. Достал фотографии. Разложил веером на журнальном столике. Она смотрела, и лицо её менялось. Сначала удивление. Потом страх. Потом пустота.
— Это не то, что ты думаешь, — сказала она тихо.
— А что я думаю? — спросил я. — Расскажи мне, что я думаю. Потому что я смотрел на эти фото пять часов и так и не понял, как можно спать с тремя одновременно и говорить мужу, что любишь его.
— Я не сплю с тремя.
— А с кем ты спишь? С Андреем? С тем мужиком в машине? С парнем у подъезда?
— С Андреем... это было давно. Мы прекратили.
— Когда? Сегодня утром? Потому что на этих фото вы сегодня днём целуетесь в кафе.
Она замолчала.
— А остальные? Кто они?
— Начальник. Мой. И тренер из фитнеса.
Я рассмеялся. Честно, истерически, громко. Сидел и смеялся, как сумасшедший. Тройная измена. Начальник, тренер, брат. Бинго. Полный комплект.
— Ты что, коллекционируешь? — спросил я, отсмеявшись. — По профессиям собираешь? Или просто по алфавиту?
— Перестань.
— Перестать? — я встал. — Ты перестань. Спать с моим братом перестань. С начальником перестань. С тренером перестань. А я просто хочу знать: зачем?
Она молчала. Смотрела в пол.
— Зачем, Вика? У тебя же всё было. Квартира, машина, деньги. Я тебя пальцем не тронул никогда. Я цветы дарил просто так. Я на руках носил. Зачем тебе это?
— Я не знаю, — прошептала она.
— Не знаешь?
— Мне было скучно. Ты много работал, я сидела одна. Андрей приходил, мы общались, потом... само вышло.
— Само? — я повысил голос. — Трахаться с братом мужа само выходит? А с начальником? Тоже само? На рабочем столе?
— Замолчи!
— А тренер? В спортзале, да? После йоги?
— Хватит!
— Нет, ты скажи. Я хочу понять. Я хочу услышать, как можно семь лет врать человеку, смотреть ему в глаза, целовать на ночь и спать с его братом днём.
Она заплакала. Красиво, с дрожью, с каплями на ресницах.
— Ты не понимаешь...
— Чего я не понимаю?
— Я люблю тебя. Правда. А они... это просто... развлечение.
Я смотрел на неё и чувствовал, как внутри всё умирает. Любовь, которой я жил, доверие, которое я хранил, семья, которую я строил. Всё сгорело за секунду.
— Ты сказала «люблю», — тихо проговорил я. — Я тебе тоже говорил. Но я не трахал твою сестру. Не трахал твою подругу. Потому что любовь — это про другое. Для тебя это просто слова.
— Макс...
— Не называй меня так.
Я подошёл к шкафу. Достал чемодан. Начал кидать вещи. Руки тряслись, вещи падали, я собирал снова.
— Что ты делаешь? — она вскочила.
— Ухожу.
— Куда?
— К маме. К друзьям. В гостиницу. Какая разница? Лишь бы не видеть тебя.
— Макс, пожалуйста...
— Что «пожалуйста»? Остаться? Чтобы ты дальше развлекалась? Чтобы я смотрел, как ты с братом целуешься, и делал вид, что ничего не замечаю? У меня гордость есть.
— Я изменюсь!
— Ты уже не изменишься. Ты такая. И ты будешь врать всегда. Потому что у тебя в крови.
Я застегнул чемодан. Пошёл к двери. На пороге обернулся.
— С Андреем можешь не встречаться больше. Я ему позвоню. И с начальником тоже. Я к нему завтра заеду.
— Только не на работе!
— А что? Боишься, что узнают? Поздно, Вика. Уже всё узнали. Я узнал. Детектив узнал. И скоро узнают все.
Я вышел. Дверь захлопнулась.
---
Андрей приехал через час.
Я сидел у родителей, пил чай, трясущимися руками сжимал кружку. Мать плакала, отец молчал. В дверь позвонили — и на пороге появился брат. Бледный, растрёпанный, с красными глазами.
— Прости, — сказал он с порога.
— За что?
— За всё. Я не хотел. Так вышло.
— Так вышло? — я встал. — Ты спал с моей женой, и у тебя «так вышло»? Вы просто переспали, и ты забыл?
— Мы не просто...
— А что? Любовь? Ты любишь её?
Он молчал.
— Ты любишь мою жену?
— Не знаю.
— А она тебя любит? Или ты тоже один из трёх? Просто развлечение на досуге?
Андрей побледнел ещё сильнее.
— Что значит — из трёх?
— То и значит. У небя кроме тебя начальник и тренер. Ты в курсе?
Он смотрел на меня, открывал рот и закрывал. Я видел, как до него доходит.
— Ты врёшь.
— Спроси у неё. Или у детектива. У меня фотографии есть. Хочешь посмотреть, как твоя любимая с начальником целуется?
Андрей сел на табуретку. Схватился за голову.
— Я не знал...
— Конечно, не знал. Ты вообще мало что знаешь. Ты знал только, что она красивая и что она твоя. А она ничья. Она общая.
Отец встал, подошёл к Андрею, положил руку на плечо.
— Пойдём, сынок. Поговорим.
— Пап, я...
— Пойдём.
Они ушли в другую комнату. Я остался с матерью. Она смотрела на меня, качала головой и повторяла:
— Как же так? Как же так?
Я не отвечал. Я сам не знал.
---
Начальника я нашёл на следующий день.
Олег Викторович, пятьдесят лет, жена, двое детей, коттедж в пригороде. Я приехал к нему в офис без звонка. Секретарша пыталась не пустить, но я отодвинул её плечом и вошёл.
— Здравствуйте, Олег Викторович.
Он поднял глаза от бумаг. Узнал. Я видел, как дёрнулся глаз.
— Максим? Что-то случилось?
— Случилось. Вы спите с моей женой.
Он побледнел. Встал, подошёл к двери, закрыл.
— Я не знаю, о чём вы...
— Не надо. Я всё знаю. Детектив, фотографии, встречи. Вы, мой брат и тренер. Весёлая компания.
Он молчал. Стоял и молчал, опустив глаза.
— Сколько? — спросил я.
— Что?
— Сколько это длится?
— Полгода.
— Полгода? А жена ваша знает?
— Нет.
— А дети?
— Послушайте...
— Нет, это вы послушайте. Я пришёл не скандалить. Я пришёл сказать: она уволена. Сегодня же. Если вы её не уволите, я пойду к вашей жене. С фотографиями. И к учредителям. Выбор за вами.
Олег Викторович смотрел на меня, и в глазах его был страх. Большой, настоящий страх.
— Хорошо, — сказал он тихо. — Сегодня она получит расчёт.
— И больше никогда с ней не встретитесь.
— Никогда.
Я кивнул и вышел. На прощание обернулся:
— Детям своим в глаза смотреть не стыдно?
Он не ответил.
---
Тренера я даже искать не стал.
Просто нашёл в инстаграме Вики его аккаунт, написал: «Я муж Виктории. Знаю всё. Ещё раз подойдёшь к ней — найду и убью». Он прочитал и заблокировал меня. Наверное, испугался. Или нашёл другую клиентку.
Вика звонила каждый день. Я сбрасывал. Потом писала: «Прости», «Я дура», «Давай поговорим». Я удалял. Через неделю она пришла к родителям. Мать не пустила, говорила с ней в подъезде. Потом зашла, заплаканная, и сказала:
— Она просит дать ей шанс.
— Шанс на что? — спросил я. — На четвёртого?
— Макс, может, правда...
— Мама, нет. Всё кончено.
Мать вздохнула, но спорить не стала.
---
Развод оформили быстро.
Вика не спорила, подписала всё молча. В загсе стояла бледная, с опухшими глазами, в том самом синем платье, в котором мы отмечали годовщину. Я смотрел на неё и не чувствовал ничего. Пустота.
— Ты меня хоть немного любил? — спросила она на улице.
— Любил.
— А теперь?
— А теперь нет.
Она заплакала. Я развернулся и пошёл к машине.
Андрея я не видел полгода. Он уехал в другой город, устроился на работу, звонил только родителям. Мать говорила: «Он очень переживает, просит прощения». Я молчал. Не простил. И не знаю, прощу ли.
Бизнес мой не рухнул, квартира осталась, машина тоже. Жизнь продолжается. Только теперь я один. Вечерами сижу на кухне, пью чай, смотрю в окно. Женщин не хочу. Доверия нет.
Иногда думаю: если бы я не нанял детектива, жил бы сейчас счастливо? Не знал бы ничего, верил, любил? Наверное, да. Но разве можно жить во лжи? Разве это жизнь?
Я поступил правильно. Правда всегда лучше. Даже если она убивает.
---
А вы бы хотели узнать правду или предпочли бы жить в неведении? Делитесь в комментариях, мне правда важно ваше мнение.