Посевной материал по праву считается стратегическим ресурсом аграрного сектора, поскольку именно он закладывает фундамент будущего урожая. Ключевое условие получения качественной продукции — использование в семеноводстве высших репродукций. Такой материал обязан обладать безупречными сортовыми и посевными характеристиками и, что принципиально важно, не содержать генетически модифицированных организмов, рассказали специалисты филиала Федерального центра оценки безопасности и качества продукции агропромышленного комплекса (ФГБУ «ЦОК АПК») по городу Москве и Московской области.
Происхождение ГМО в посевном материале
Откуда же берется ГМО в семенах? Корень проблемы часто кроется в недостаточной осмотрительности самих аграриев при закупке. Часть производителей отдает предпочтение семенам, не имеющим полного пакета документов, подтверждающих их качество. Между тем, российское законодательство стоит на страже: пункт 3 статьи 12 Федерального закона № ФЗ-454 «О семеноводстве» от 30.12.2021 накладывает безусловный запрет на использование генно-инженерно-модифицированных семян в производственных целях. Исключение делается лишь для узких научных целей — проведения исследований или экспертных оценок.
«ЦОК АПК проводит активную работу в области семеноводства. Аккредитованные испытательные лаборатории, расположенные в основных зернопроизводящих регионах России, осуществляют комплексную проверку семенного материала, включая оценку посевных качеств и сортовой принадлежности, а также выявление наличия/отсутствия генетических модификаций. Такие исследования проводятся как при импорте/экспорте, так и при внутреннем обороте семян сельскохозяйственных растений», — отметил начальник отдела семеноводства и биотехнологической безопасности растительных ресурсов ФГБУ «ЦОК АПК» Иван Тюлюкин.
Скрытая угроза, требующая внимания
Нередко можно столкнуться с мнением, что генная инженерия — это просто продолжение традиционной селекции. Сторонники ГМО часто парируют: любое улучшение сортов уже является видоизменением, а значит, и поводов для беспокойства нет. Однако такая точка зрения упускает из виду принципиальную, фундаментальную разницу в подходах.
Традиционная селекция всегда опиралась на естественные механизмы, заложенные природой. Селекционер терпеливо отбирает растения с наиболее ярко выраженными полезными свойствами и шаг за шагом закрепляет их в череде поколений. Генная инженерия действует иначе: она вторгается напрямую, встраивая в ДНК организма чужеродный генетический материал, порой принадлежащий совершенно другим биологическим видам. Яркий пример — перенос бактериальных генов в геном овощных или плодовых культур, в результате чего растение само начинает вырабатывать инсектицид, защищающий его от вредителей.
Благодаря таким изменениям культуры обретают свойства, высоко ценимые в промышленном производстве. Они быстрее растут, дают больший урожай, не боятся насекомых и гораздо дольше сохраняют свежий вид. Для агробизнеса это, безусловно, открывает новые горизонты. Но вопрос о том, насколько безопасна такая пища для человека, остается открытым.
Активное внедрение ГМО в пищевую индустрию началось всего около двух десятков лет назад. Этого срока катастрофически мало для того, чтобы сделать окончательные выводы об отдаленных последствиях для здоровья. Получается, что сегодня мы употребляем продукты, долгосрочное влияние которых на организм изучено слабо просто в силу отсутствия необходимых статистических данных за длительный период. Глобальное сельское хозяйство, увлеченное культивированием модифицированных растений и их постоянным «улучшением», словно не задумывается о возможных рисках.
Внедрение чужеродных генов может провоцировать у организмов появление совершенно новых, нехарактерных ранее свойств. Особенно тревожным это становится, когда дикие виды скрещиваются с ГМ-культурами. Подобные случаи уже задокументированы. Например, существует хорошо изученный факт появления трансгенных гибридов при переносе генов от ГМ-рапса (Brassica napus) к его дикому родственнику — сурепице (Brassica rapa). Это наглядный пример интрогрессии — устойчивого закрепления трансгена в геноме дикого вида. В итоге B. Rapa приобрела ген устойчивости к гербициду глифосату, сохранив при этом свой обычный набор хромосом. Примечательно, что этот признак сохранялся у сорного растения на протяжении шести лет даже без обработки гербицидами. Так в естественных условиях было доказано, что чужеродный ген может надолго закрепиться и передаваться у сорняков, что ставит серьезные вопросы о долгосрочных экологических последствиях.
Другой пример — изменение поведения и структуры популяций из-за изменившихся условий. Выращивание Bt-хлопчатника, который убивает хлопковую совку, позволило резко сократить использование инсектицидов. Это создало идеальные условия для размножения клопов-слепняков, которым Bt-токсин не страшен. Оставшись без естественного врага (совки) и без губительных для них химических обработок, они расплодились и превратились в опасного вредителя для многих культур — от винограда до яблонь и персиков.
Помимо этого, нарушаются естественные селекционные процессы. Широкое распространение трансгенных монокультур обедняет сортовое разнообразие, а встроенные гены могут непредсказуемо взаимодействовать с окружающей средой, меняя свойства самих культур в процессе выращивания. И это далеко не полный перечень угроз, связанных с промышленным использованием ГМО. Традиционное земледелие, опирающееся на натуральные методы, постепенно вытесняется, несмотря на всю очевидную ценность экологически чистой продукции.
ГМО и экономика РФ
С 1 марта 2026 года вступили в силу новые требования, закрепленные статьей 22 Федерального закона № 454-ФЗ «О семеноводстве». Они обязывают при любом ввозе или вывозе семян сельхозрастений проводить проверку на наличие ГМО с подтверждением результатов в аккредитованных органах инспекции.
«При работе с импортерами и экспортерами семенного и посадочного материала необходимо обращать внимание на соблюдение указанных положений. Также сельхозпроизводителям следует помнить, что при обороте семян внутри Российской Федерации необходимо периодически проверять их на наличие ГМО, не исключая риск неконтролируемого переноса ГМ-конструкций в результате переопыления с родственными видами», — подчеркнул Иван Тюлюкин.
Экологичность и натуральность продукции российского АПК — наше весомое преимущество на мировой арене, уникальное торговое предложение. Ведь большинство наших основных конкурентов не придерживаются политики полного отказа от ГМО. В этой связи строжайший контроль за присутствием ГМ-конструкций в семенах становится задачей государственной важности, позволяя сохранить и укрепить долгосрочные позиции России как экспортера качественной и безопасной продукции.
Действующие ограничения
Действующее законодательство РФ устанавливает четкие ограничения в отношении ГМО:
- Доктриной продовольственной безопасности (Указ Президента РФ № 20 от 21.01.2020) запрещен ввоз ГМО для посева, выращивания и разведения, а также их оборот. Под запретом и разведение генетически модифицированных животных. Ввоз и оборот продовольствия с ГМО контролируется, исключение делается только для научных целей и экспертиз.
- Федеральный закон № 454-ФЗ «О семеноводстве» запрещает использование для производства семян сельхозрастений материала, содержащего ГМО, за исключением тех же научных исследований и экспертиз.
- Он же запрещает ввоз в Россию и использование для посева семян с ГМО, снова делая исключение лишь для научных работ.
- Технический регламент Таможенного союза (ТР ТС 021/2011) устанавливает, что для производства пищи из ГМО-сырья должны использоваться только зарегистрированные линии ГМО. При этом, если производитель не использовал ГМО намеренно, но в продукции обнаружено не более 0,9% модифицированных компонентов, это считается технической примесью, и продукт не маркируется как содержащий ГМО.
Глобальная позиция относительно ГМО
Мировое сообщество тоже постепенно меняет свое отношение. Многие страны Евросоюза, Азии и Африки пересматривают аграрную политику, отказываясь от выращивания целого ряда ГМ-культур. Они переходят к так называемому принципу предосторожности, которого придерживается и Россия. Суть его в том, что ГМО и продукты из них считаются потенциально опасными до тех пор, пока их безопасность не будет неопровержимо доказана всеми методами, предусмотренными нормативами. Пока достоверных данных недостаточно, продукция требует максимальной осторожности.
По убеждению многих ученых, любые трансгенные конструкции, независимо от их структуры, несут в себе потенциальные биологические риски. Это следствие несовершенства технологий встраивания генов и фрагментарных знаний о том, как на самом деле регулируется и функционирует геном растений. Для объективной оценки всех рисков, связанных с распространением и употреблением ГМ-продуктов, необходимы независимые исследования. Однако это не всегда возможно из-за того, что и производство, и экспертиза в этой области часто монополизированы крупными биотехнологическими корпорациями.
Автор: Валерий Горшков