Сижу на кухне, пью уже третью чашку кофе, передо мной ноутбук с мигающим курсором, а в календаре — красная дата, которая была вчера. Кузьма Федорович смотрит на меня с выражением «я же тебе говорил, надо было начинать неделю назад». И ведь говорил. Но я, как честный человек, решила, что вдохновение придёт ровно в полночь перед сдачей. Спойлер: оно не пришло. Пришло только утро и осознание, что дедлайн — это тоже своего рода искусство.
И тут я подумала: а одна ли я такая? Или, может быть, великие тоже мучились, откладывали, обещали «сдать завтра», а потом писали в ночи при свечах, проклиная всё на свете?
Спойлер: мучились. Ещё как.
**Дуглас Адамс: чемпион мира по срыву сроков
Знаете, кто был абсолютным рекордсменом по прокрастинации? Дуглас Адамс, автор культового «Автостопом по галактике». Проще посчитать, сколько раз он не срывал дедлайны, чем сколько раз срывал. Говорят, таких случаев было два или три за всю его творческую жизнь .
Издатели запирали его в гостиничных номерах, чтобы он дописал книгу и не отвлекался. Он ненавидел писать, называл это каторгой и вгонял себя в отчаяние ответственностью. И при этом создал шедевр, который читают до сих пор .
**Вот вам и рецепт: хочешь написать гениально — страдай, срывай сроки и пугай редакторов до нервного тика.
**Достоевский: игрок по жизни и по дедлайнам
Фёдор Михайлович вообще был человеком азартным. Проигрывался в пух и прах, брал авансы, а потом писал в панике. Самая известная история — с романом «Игрок». Издатель Стелловский, устав ждать, заключил с ним кабальное пари: если Достоевский не сдаст роман через четыре месяца, тот получит право издавать все его произведения без гонорара девять лет .
Достоевский, как вы понимаете, денег очень хотел, но писать не начинал. За месяц до дедлайна не было написано ни строчки. И тут судьба послала ему стенографистку Анну Сниткину — будущую жену. За 24 дня они надиктовали десять печатных листов. Роман был сдан в срок .
**Мораль? Иногда для того, чтобы сдать книгу вовремя, нужно просто встретить ту самую женщину. Или мужчину. Или хотя бы хорошую стенографистку.
**Гюго: без штанов, но с романом
Виктор Гюго в 1830 году пообещал издателю роман к концу года. И благополучно про него забыл. Гулял по Парижу, ходил к друзьям, наслаждался жизнью. А когда до сдачи осталось меньше полугода, а издатель начал смотреть на него с нескрываемой угрозой, Гюго понял: пора .
Он купил огромную бутылку чернил, бумагу, запер всю одежду в шкафу и велел прислуге не отдавать ключ, пока роман не будет закончен. Так, голый (ну или в чём мать родила), он и дописал «Собор Парижской Богоматери» .
Вот это я понимаю — **метод радикальных ограничений. Ни тебе соцсетей, ни тебе одежды, только ты и рукопись.
**Джек Керуак: спонтанная проза за 21 день
Керуак свой роман «В дороге» отстукал на машинке за три недели. 125 тысяч слов. Чтобы не отвлекаться на вставку бумаги, он склеил листы в 147-метровый рулон. И назвал это «спонтанной прозой» .
Три недели — это вам не 24 дня Достоевского. Но масштаб впечатляет. Правда, потом он ещё четыре года не мог издать этот роман, но это уже детали.
**А что наши современники?
Тут я задумалась о собственном опыте. У меня ведь тоже есть книжки. Сборник «Масленица. Инструкция по примирению» вышел аккурат через две недели после того, как Масленица закончилась. Кузя тогда сказал: «Ну хоть к следующей успеем». А сборник «8 чашек до весны» до сих пор в работе, хотя 8 марта было три дня назад. И знаете что? Я сижу и думаю: а может, это не случайность?
Может быть, эти книжки — как те самые гости, которые приходят, когда все уже разошлись, и с ними так хорошо говорить на кухне, снова и снова проговаривать-проживать неостывшие эмоции и понимать, что главное — не когда это было, а как.
**Почему мы срываем дедлайны?
Учёные говорят, что это называется «ошибка планирования». Мы хронически недооцениваем время на задачу, даже если уже делали такую же и знаем, что в прошлый раз опоздали . Наш мозг устроен так, что обезьянка сиюминутных удовольствий всегда побеждает рационального человека. И только панический монстр, просыпающийся перед самым дедлайном, способен навести порядок .
Знакомо? Мне — очень.
**А может, дело не в сроках?
Знаете, я сейчас смотрю на свой ноутбук, на Кузьму, который уже устал меня осуждать и уснул, на недописанную статью и думаю: а может, всё случается вовремя?
Мой сборник про Масленицу вышел после праздника, но его читают именно сейчас, в пост, когда хочется блинов хотя бы на бумаге. «8 чашек до весны» ещё не готов, но весна только началась, и, может быть, кому-то эти истории нужны будут именно в апреле, когда первоначальный праздничный хайп схлынет и захочется тихого, вдумчивого разговора.
Может быть, послевкусие важнее самого праздника. Может быть, книга, вышедшая не вовремя, приходит к читателю именно тогда, когда он готов её принять. Как гость, который задержался, но принёс с собой самое интересное.
**Пять способов обратить прокрастинацию в пользу
Если вы, как и я, сидите сейчас перед мигающим курсором и не знаете, как дописать текст, вот вам пять наблюдений от великих:
1. Метод Гюго:
спрячьте всю одежду. Или хотя бы телефон. Создайте условия, при которых писать легче, чем не писать.
2. Метод Достоевского:
найдите стенографистку. Или просто живого человека, который будет сидеть рядом и смотреть укоризненно. Иногда чужое присутствие дисциплинирует лучше дедлайна. Мой Достоевский -- рыжий, пушистый и мурлыкает.
3. Метод Керуака:
не останавливайтесь на полуслове. Но если уж остановились — склейте листы в рулон и неситесь вперёд, пока поток не иссяк.
4. Метод Адамса:
смиритесь. Вы всё равно не сдадите вовремя. Но когда сдадите — это будет гениально. Потому что вы выстрадали каждую строчку.
5. Метод Тусиной:
пейте кофе, гладьте кота и помните, что послевкусие важнее. Книга, вышедшая позже, останется с читателем дольше.
**Вместо заключения
Знаете, я так и не дописала эту статью к сроку. Кот проснулся, потребовал есть, потом пришло вдохновение, потом опять ушло. Но я сижу на кухне, за окном март, лужи, солнце, и я думаю: а хорошо, что я не успела. Потому что сейчас, в этой тишине, слова ложатся иначе.
Так что, если вы тоже сорвали дедлайн — не переживайте. Вы в хорошей компании. С Дугласом Адамсом, Фёдором Достоевским и Виктором Гюго. А они, между прочим, неплохо так прокачали мировую литературу.
И знаете, что я поняла? Сборник «8 чашек до весны» обязательно выйдет. Может быть, к следующему 8 марта. А может быть, к лету. И это будет правильно. Потому что весна — она же не заканчивается 8 марта. Она только начинается.
Как и всё, что мы делаем с душой. Даже если с опозданием.
🐱А как вы относитесь к опозданиям? Прокрастинация боится вас или вы тоже автор книги "1000 и одно правильное оправдание срыва сроков"? Пишите в комментариях, если уже время. А если не время -- мы подождем.
С любовью и блинами всегда вовремя, ваши Маша и Кузя 🐈