Я человек неконфликтный. Если надо — надену галстук, и даже не буду завязывать его пресловутым Виндзорским узлом на голую грудь в знак протеста против мирового зла. На званый ужин не явлюсь в шортах и сланцах, потому что в чужой дом со своим уставом не ходят. Компромисс с социумом — штука полезная. Но сегодня не о нем.
Сегодня — о той самой утробной, животной, повседневной жизни, где человек должен быть волен, как птица. Где одежда — не мундир для парада, а кокон для души.
И тут мой взгляд упирается в глянцевый журнал, который жена (по рассеянности или из вредности) оставила на кухонном столе. С обложки, хищно прищурясь, смотрит модель в штанах, до отказа набитых ногами, — две переполненные сосиски в тесте. И подпись: «Тренд сезона: скинни. С чем носить, чтобы выглядеть сногсшибательно?».
И меня накрывает. Не гнев — щенячье, вселенское недоумение. Кто все эти люди? Где заседает тот тайный синклит, который выносит вердикт, что этой весной мои ноги должны напоминать макаронины, а к осени — колонны? И почему меня туда не пригласили?
Я, будучи человеком эксперимента, надел узкие джинсы ровно один раз. Этого хватило. Я мужественно втянул живот, застегнул пуговицу, которая молила о пощаде, и вышел к зеркалу.
И замер.
Оттуда на меня смотрел не я, умудренный жизнью человек с парой-тройкой лишних килограммов, нажитых любовью к пирожкам тёщи и сидячим образом жизни. Из зеркала, нервно переминаясь с ноги на ногу, глядел располневший балерон, с позором сбежавший на пенсию из Большого театра. Ноги-спички, перетянутые у щиколотки, и неожиданно выпирающее брюшко. Смешно? До колик. Нелепо? До горьких слез.
И ведь это не просто вещь. Это идея, грубо втиснутая в ткань. Идея о том, что ты обязан быть струной: подтянут, строг, соответствовать. А если ты просто мягкий, теплый, рыхловатый и уютный человек? Если тебе хочется, чтобы штаны нежно, по-матерински обнимали твой живот? Как старый друг, который рад тебя видеть целиком, без утяжек и дурацких «умных» тканей.
И вот, глядя на этого незнакомца в зеркале, я вдруг отчетливо понял механизм ловушки. Мне представились пионеры моды. С горнами и барабанами. Они бодро маршируют стройными рядами по главному проспекту, начищенными ботинками отбивая ритм и выкрикивая речевки: «Будь готов! — Всегда готов!» носить только широкое! Носить только узкое! Не сочетай красное с зеленым! Сочетай несочетаемое! У них строй, знамена и четкий план квартальных задач.
А я стою на обочине, в своем нелепом, бесформенном, теплом, как печка, бабушкином пальто, и приветственно машу им рукой. Идите, идите, ребята. Вам виднее, как покорять Олимп. А я, пожалуй, присяду на лавочку, похрущу яблоком и подставлю лицо солнцу. В моем пальто это делать особенно приятно. В нем пахнет детством, нафталином и безопасностью.
Я давно сделал выбор. И выбор этот — опрятность и комфорт. Комфорт — во главе угла, опрятность — как уважение к окружающим. Моя философия проста до неприличия: одежда — вторая кожа. А вы пробовали носить кожу, которая жмет, натирает, зудит и заставляет думать только о том, как вы выглядите со стороны? Которая отвлекает от мыслей о вечности или о том, что бы такого вкусного съесть на обед? Вот и я нет.
Моя мода — это сиюминутное, честное «хочу». Сегодня я мешковатый дачный философ в растянутом свитере, в котором протер локти до дыр, потому что именно в нем я читал замечательную книгу, и тепло той истории навсегда въелось в шерсть.
Завтра — городской сумасброд в клетчатой рубашке навыпуск, которая решительно не подходит к вытертым вельветовым брюкам.
И знаете, к чему я прихожу в этих немодных размышлениях? К мысли крамольной: а была ли мода вообще? То, что мы зовем модой сегодня, — это стадный инстинкт, замешанный на чистой коммерции. Способ сказать миру: «Я свой, примите меня». Или наоборот: «Я особенный» — и тогда придумывается «анти-мода», которая мгновенно становится той же модой, только вывернутой наизнанку.
Беличье колесо. Выхода из него два: либо стать послушным рабом, либо стать чудаком. Я выбираю второе. Осознанно и с удовольствием. Потому что в рабстве у ткани и фурнитуры жить скучно. Там все предсказуемо. А в мире чудаков каждый день — открытие.
Мода проходит, а удобство — остается. Но и это не истина. Сегодня мне уютно в старых трениках, в которых я чувствую себя завернутым в кокон. А завтра, ни с того ни с сего, захочется надеть дурацкую бабочку в горошек, начистить ботинки и пойти кормить голубей, чувствуя себя английским лордом в загуле. И это будет мой личный, единственный в мире тренд.
Так что, дорогие законодатели, если вам неймется кого-то одевать — одевайте ветер в поле, красьте радугу в модный оттенок, учите соседскую таксу ходить по подиуму. А к нам, чудакам, не приставайте. Мы слишком заняты важным делом: ищем смысл жизни в уютных складках старого свитера и слушаем, как ласково шуршит подкладка плаща в такт нашим мыслям. А мыслям, знаете ли, глубоко все равно, с чем их носят и сочетаются ли они с актуальной длиной. И это, пожалуй, единственное правило гардероба, которому я готов следовать до конца своих дней.
P. S. Даже если завтра эти дни настанут в полосатом халате и стоптанных тапках, в которых я выйду выносить мусор и, застыв на пороге, замечу, как идеально синий цвет халата гармонирует с утренним небом. И это будет моя маленькая победа.
Тепло и уютно, как в старом бабушкином пальто, здесь:
P. S. для своих (и сочувствующих)
Если вам тоже тесны оковы скинни и душны глянцевые журналы — подписывайтесь! Будем греться в лучах собственной нелепости и искать смыслы в складках уютных вещей.
Ставьте лайк, если ваш любимый свитер видал виды и не боится осуждения. Тыкайте «лайк» без смущения, даже если палец торчит из дырявой варежки!
Делитесь в комментариях своими подвигами в борьбе с модой. В чем вы сегодня чудите? Какая вещь в вашем гардеробе — главный антитренд и предмет гордости?
Не стесняйтесь — здесь все свои, в растянутом и удобном