Как известно, капиталистические отношения - "рыночные". То есть, определяющие признаки капиталистического строя - это частная собственность на средства производства и потребления и условно-свободный встречный оборот масс благ и денег в интересах приращения того и другого. Как частное следствие, капиталистическому строю присущ рынок труда, подчиняющийся ровно тем же законам что и остальные рынки.
Капитализм зарождался как мелкобуржуазное явление - как система мелких собственников с минимальными резервами. Грубо говоря, дали тебе гектар и вертись как хочешь. Или выучился на сапожника, к 30 годам скопил на лапу, шило, клещи и молоток, и сиди тачай. Буржуазные революции были двойственного характера - с одной стороны, против в дугу офигевших дворян, "давших себе труд родиться" и не плативших долгов, с другой же - против систем цехов и гильдий, ограничивавших производство, предложение и расширение рынка.
С другой стороны, буржуазные революции случились до демографического перехода в странах с растущим населением, и прежняя система лишь увеличивала процент маргиналов в экономическом смысле, т.е. людей непристроенных, которым податься было некуда. Что характерно, наши палестины в допетровское время (да и в послепетровское) были в некотором смысле свободнее - даже на официальном уровне признавалось существование "вольницы" и "гулящих людей", у которых даже были некоторые права, "сотни" были объединением в первую очередь фискально-административным (и перед властями стояла задача всяких подпольщиков сыскивать и вписывать в сотни для уплаты податей), а страна на 2\3 была полем непаханным. В этом смысле петровские бюрократические реформы в определенном отношении сломали чахлые ростки отечественного капитализма и привели к "разрешительному порядку". Но об этом позже, а нам важно, что среди причин буржуазных революций была как раз эта критическая масса непристроенных людей и аграрное перенаселение.
И именно это обеспечило позднесредневековой прединдустриализации и мануфактурам дешевую рабочую силу. Ту самую "очередь за забором", умирающую с голоду и готовую вкалывать за простое воспроизводство. А при отсутствии гильдейско-цеховых ограничений и наличии соображалки замутить некий немудрящий бизнес и расторговаться. Понятно, что первый сценарий был куда чаще второго, но тем не менее.
Капиталистическим отношениям присущи, как известно, кризисы и, как их следствие, периодический переход частной собственности на активы (средства производства) из рук в руки. Попросту говоря, разорения и банкротства. И с каждым таким циклом активы (средства производства) все более концентрируются.
С каждым уровнем развития производства порог входа на конкретный рынок все выше, сложность существования на нем все больше, а концентрация все сильнее. Скажем, вспоминая пример из истории, оптическое стекло в 1915 году производили три завода в мире. И да, фабрика Карла Цейса покупала готовые заготовки, из которых потом вышлифовывала свои линзы. Частные мастера не давали нужного качества в системе. Сегодня микросхемы делают десятки "фабов" по всему миру, они есть в каждой более-менее развитой стране (даже, насколько знаю, в Аргентине и Казахстане). НО. Это производство требует крайне специфического оборудования. И если в мире есть пара десятков фирм, готовых построить "чистую комнату" - там сложно и дорого, но представимо, и ничего запредельно наукоемкого, такие работают не только в микроэлектронике, но и в биохимии, просто химии, медицине, научных лабораториях, то станки для выжигания микросхем (простите за формулировку) делают 2-3 завода в мире, и эти станки обложены таким количеством патентов, что е-мое.
Я к чему это. Просто стать мелким буржуйчиком, "сомимвсигодабившимся", с перспективой перехода в следующую лигу, сейчас уже сложно. А с перспективой расторговаться все еще сложнее. Куда проще разориться или попасть в кабалу к крупнейшему капиталу, утратив де-факто хозяйственно-экономическую самостоятельность. Даже в традиционных отраслях. Грубо говоря, фермер может выживать, но он будет работать на банковский процент, а не на себя (а теперь расскажите мне, чем это отличается от "обязательных поставок"). Лавочник будет работать на франшизу, а не на себя.
Но пока что хоть сколько-нибудь реально, пусть и очень сложно, заделаться таким квазибуржуйчиком. Беда пришла откуда не ждали.
Я и раньше об этом писал, и здесь повторил - рынок труда изначально был построен на расширенном предложении, на "очереди за забором". Собственно, это было одной из причин и важным ресурсом, образование которого кое-где простимулировали, отбирая у крестьян земли либо "освобождая" их без земель.
На сегодня этого ресурса нет. Он кончился. Даже в неразвитых странах. Некому торговать на базарах, некому открывать лавочки и ресторации, некому в них прислуживать. "На все синдикат", как писал еще в позапрошлом веке один великий француз, а людей нет. И в следующем поколении не будет и идейных подкулачников, стартаперов в вечных временных трудностях.
Соответственно, две из трех социальных групп, характерных для исторического капитализма, отходят - это классическая мелкая буржуазия, собственно и порождавшая по числу транзакций (но не по объемам и суммам) 90% "рыночных отношений" и, как ни странно, классический пролетариат (ибо нищета в том понимании, что мы ее знаем, все же уже тоже историческое понятие). Уже нет людей, которых никто не ждал в этом мире и которые готовы работать за еду. Но и людей, живущих на доходы с лавочки, тоже нет.
Остается крупный капитал, не персонифицируемый в конкретных активовладельцах и управляющих, и эксплуатируемый им класс, характеристики которого только оформляются. Тенденции в развитии капитализма дошли до такого, что описанная Марксом экспроприация мелкобуржуазной собственности и деклассирование мелкой буржуазии идет семимильными шагами. В нашей стране, как я ранее описывал, уже есть достаточно крупные сообщества, фактически лишенные этой самой мелкой буржуазии как таковой и не страдающие по ней.
И будь я проклят, если к этому применимы категории прежнего капитализма.