Николай остановил свою старенькую «Ниву» на платной парковке у торгового центра. Машина чихнула напоследок и заглохла. Он посидел минуту, глядя на стекло, по которому дворники размазывали капли дождя. Из салона пахло бензином и остывшим кофе из термоса. Коля устал. Четыреста километров от трассы до города дали о себе знать — спина затекла, в глазах рябило от бесконечной полосы.
Он полез в бардачок, нащупал пачку дешёвых сигарет, но передумал курить. Дочь не любит, когда от него пахнет табаком. Анна. Девятнадцать лет, уже совсем взрослая. Учится в университете на дизайнера, живёт с матерью, с Еленой. Коля вздохнул. С Еленой они развелись давно, когда Аня ещё в школу ходила. Она тогда сказала: «Ты никчёмный, Коля. С тобой я жизни не увижу». И ушла к Мише, к этому… как его… Михаил. Управляющий каким-то бутиком. Елене всегда хотелось «элитной» жизни.
Коля вышел из машины, хлопнул дверью. Дверь пришлось прихлопнуть дважды — замок барахлил. Он поправил ворот старого свитера, натянул куртку-«аляску», купленную лет десять назад на рынке, и зашагал ко входу в торговый центр.
Огромное стеклянное здание сверкало огнями. Внутри пахло дорогим парфюмом и свежей выпечкой. Люди сновали с пакетами, у всех был такой уверенный, сытый вид. Коля почувствовал себя неловко в своих разношенных ботинках, которые оставляли мокрые следы на блестящем полу. Он вытер ноги о коврик и огляделся. Ему нужно было найти офис управляющей компании, но указатель был только на бутики. Инвесторы сказали: «Приезжай, посмотришь сам, а то по документам неясно». Они хотели вложиться в ремонт помещений на втором этаже. Коля должен был оценить состояние стен и коммуникаций. Вход в офис, судя по бумажке, был где-то рядом с бутиками.
Он пошёл по длинной галерее. Везде были магазины одежды, обуви, сумок. Витрины слепили яркими огнями. Коля остановился у одной, разглядывая шарфы. Аня любит шарфы. Может, зайти купить? Он полез в карман, нащупал старенький кошелёк. Там было немного наличных, тысяч пять, и карта. Карта, правда, была не простая, а зарплатная от его фирмы, но выглядела потёртой, потому что он носил её в кармане без чехла. Коля не придавал значения таким мелочам.
Он увидел дверь с табличкой «Boutique de Luxe» и решил, что здесь можно прицениться. Внутри горел мягкий свет, играла тихая музыка. Коля толкнул дверь. В лицо пахнуло теплом и насыщенным ароматом духов.
Девушки-продавцы у стойки замерли. Одна, высокая блондинка, окинула Колю быстрым взглядом и скривила губы. Вторая, пониже ростом, сделала вид, что раскладывает товар.
Коля прошёл внутрь. Пол был устлан ковром, на вешалках висели пиджаки, цена на которых, наверное, равнялась его месячной зарплате. Он подошёл к стойке с шарфами, потрогал один — мягкий, приятный.
— Можно посмотреть? — спросил он, обращаясь к девушкам.
Та, что была повыше, нехотя оторвалась от телефона.
— Вам что конкретно? — спросила она тоном, не предвещавшим ничего хорошего.
— Вон тот шарф, синий, — Коля показал пальцем.
— Это кашемир, тридцать тысяч, — отрезала девушка. — Примерка только после оплаты.
Коля опешил. Тридцать тысяч за шарф? Он, конечно, мог себе это позволить, но сама постановка вопроса его задела.
— Я просто посмотреть хотел, — миролюбиво сказал он. — Дочке подарок ищу.
В этот момент из подсобки вышел мужчина. Лет сорока, холёный, в идеально сидящем костюме, с аккуратной укладкой. Это был Михаил. Он нёс в руках чашку с кофе и о чём-то думал.
Увидев Колю, он на секунду замер, потом его лицо расплылось в насмешливой улыбке.
— О, а это кто у нас тут? — громко спросил он, обращаясь к продавщицам. — Экскурсия? Или, может, отопление проверяете?
Девушки хихикнули. Михаил подошёл ближе, разглядывая Колю с головы до ног.
— Молодой человек, вы, наверное, ошиблись дверью. Здесь бутик, — он сделал ударение на слове «бутик», — для элитных клиентов. А вам, извините, наверное, на рынок надо, там поторгуетесь.
Коля почувствовал, как закипает кровь. Он сжал кулаки, но сдержался.
— Я просто смотрю, — спокойно ответил он. — Если не хотите показывать, я уйду.
— Уйди, конечно, уйди, — захохотал Михаил. — Ты посмотри на него, оборванец! Пришёл в драных ботинках, в этой телогрейке, и лезет в элитный магазин. Вон отсюда, быстро! Пока я охрану не вызвал!
Он шагнул к Коле и, схватив его за рукав, потянул к выходу. В этом движении было столько презрения, что Коля на мгновение растерялся. Михаил вытолкал его почти на улицу, но остановился у двери, внутри.
— Иди, иди, — продолжал он. — Не позорься. Тут тебе не ночлежка.
Коля вырвал руку.
— Руки убрал, — глухо сказал он.
— О, ещё и дерзит! — Михаил обернулся к продавщицам. — Видали? Бомж, а туда же.
Он сделал шаг к Коле и резко выхватил у него из рук кошелёк.
— А ну-ка, что у тебя там? Мелочь на буханку хлеба? — Михаил раскрыл кошелёк, и оттуда на пол посыпались монеты и выпала карта. Карта упала лицом вверх, потёртая, с облезлым логотипом банка. Михаил брезгливо посмотрел на неё, потом на монеты, которые разлетелись по ковру.
— Собери свои копейки и проваливай, — приказал он и демонстративно пнул одну монету ногой, отправив её под стойку.
Коля медленно нагнулся и стал собирать мелочь. Ему было физически больно наклоняться, но ещё больнее — от унижения. Он слышал, как за спиной перешёптываются продавщицы и довольно сопит Михаил. Коля поднял все монеты, подобрал карту, аккуратно сложил их в кошелёк и сунул в карман.
Выпрямился. Посмотрел на Михаила. Михаил стоял, скрестив руки на груди, улыбаясь во весь рот.
— Ну, бывай, мужик. Заходи, если что, — съязвил он.
Коля ничего не ответил и вышел на улицу. Дождь усилился. Холодные капли стекали за воротник. Он постоял немного, пытаясь унять дрожь в руках. Потом глубоко вздохнул и решил, что сейчас ему надо просто дойти до машины, переждать и потом уже решать, как быть дальше.
Он обошёл здание, чтобы сократить путь к парковке, и вдруг нос к носу столкнулся с двумя женщинами, которые выходили из соседнего входа. Одна из них была в дорогой шубе, с идеальным макияжем — её он узнал сразу. Елена. Бывшая жена. Рядом с ней стояла Инна, его родная сестра. Инна была одета попроще, но тоже при параде.
Первой его заметила Инна. Она округлила глаза и воскликнула:
— Николай? Ты? А ты что тут делаешь?
Елена остановилась, окинула его ледяным взглядом.
— Привет, — выдавил Коля.
— Господи, ну и вид у тебя, — Инна поморщилась. — Ты как с помойки? Опять к Ане приехал?
Коля сглотнул.
— Да, хотел увидеться.
— Алименты опять просить? — язвительно спросила Елена. — Не на что ей дарить подарки? Так и знала, что ты без денег припрёшься. Я же тебе говорила, когда уходила — ты никогда ничего не добьёшься.
Инна подхватила:
— Слушай, брат, ты бы хоть приоделся, что ли. Позорище. Мы тут в бутик идём, между прочим, к Мише. Он нам скидку обещал.
Коля посмотрел на вывеску над входом. Та самая «Boutique de Luxe», откуда его только что выгнали. На вывеске мелкими буквами было написано что-то про ООО и адрес. Коля знал этот адрес. Он знал, что помещение, которое арендует этот бутик, принадлежит его фирме. Он купил это здание год назад вместе с партнёрами, но оформили всё на ООО «Автодор-Инвест». Юрист говорил: «Надёжное вложение». Инвесторы, которые ждали его сегодня, хотели вложиться в ремонт второго этажа. Коля медленно перевёл взгляд с вывески на Елену, потом на Инну.
— Ты чего молчишь? — наседала Инна. — Денег, что ли, нет на нормальную одежду? Так бы и сказал. Я бы тебе из жалости дала, но у меня самой сейчас ремонт, всё дорого.
Елена фыркнула:
— Пойдём, Инна, не трать на него время. Вечно от него проблемы.
Она взяла сестру под руку, и они, не оглядываясь, вошли в бутик.
Коля остался стоять под дождём. Сквозь стеклянную дверь он видел, как Елена и Инна подходят к стойке, как к ним выбегает Михаил, весь в улыбках, как он целует Елену в щёку. И тут взгляд Михаила случайно упал на улицу. Он увидел Колю. Его улыбка стала ещё шире, он подмигнул и показал большой палец вниз.
Коля отвернулся и медленно побрёл к парковке. Он сел в машину, завёл мотор. Дворники заскребли по стеклу. Он смотрел на них и думал об Ане. Ей он ничего не скажет про это. Не надо её расстраивать. Он достал телефон и написал сообщение: «Аня, я в городе. Завтра смогу встретиться?». Через минуту пришёл ответ: «Папа! Конечно! Завтра после пар. Я соскучилась!».
Коля улыбнулся и отложил телефон. Потом включил передачу и медленно выехал с парковки. В зеркале заднего вида остался сверкающий огнями торговый центр, из которого его только что выгнали, как бездомного.
---
Глава 2. Родственные души
Вечер опустился на город быстро. В окнах высотки на набережной зажглись огни, и квартира на двенадцатом этаже засияла мягким светом дорогих ламп. Здесь жила Елена с Михаилом.
В гостиной пахло французскими духами и свежезаваренным кофе. Елена сидела на белом кожаном диване, поджав под себя ноги, и листала глянцевый журнал. На ней был шёлковый халат, волосы убраны в небрежный пучок. Она ждала Михаила с работы.
Хлопнула входная дверь. В прихожей послышались шаги, затем довольный голос Михаила:
— Ленка, я дома! И не один, смотри, кого я встретил!
Елена отложила журнал и встала. В гостиную вошёл Михаил, всё ещё в своём идеальном костюме, но уже без пиджака. За ним, озираясь по сторонам, вошла Инна. На ней было яркое пальто, которое явно пыталось казаться дорогим. Инна с восхищением оглядывала обстановку.
— Ой, Ленка, ну у вас и хоромы! — воскликнула она, скидывая пальто прямо на кресло. — Каждый раз, как прихожу, заново удивляюсь. Это ж надо так жизнь устроить!
Елена довольно улыбнулась, но улыбка вышла натянутой. Она не особо жаловала сестру бывшего мужа, но терпела её ради поддержания семейных связей.
— Проходи, Инна, на кухню, — сказала Елена. — Миша, ты голодный?
— Голодный и злой, — засмеялся Михаил, проходя на кухню и падая в кожаное кресло во главе стола. — Сегодня такое было! Вы не представляете!
Он загадочно замолчал. Инна тут же подхватила:
— Что случилось, Миш? Рассказывай! А то я с утра на ногах, на работе замучилась.
Елена поставила перед Михаилом чашку кофе, села напротив.
— Ну не томи, — сказала она.
Михаил откинулся на спинку кресла, довольно ухмыляясь.
— Представляете, заходит сегодня в бутик какой-то мужик. Оборванец прямо. Ботинки разношенные, куртка старая, лет десять, наверное, носит. Свитер застиранный. Ну, бомж бомжом.
Инна ахнула:
— Да ты что! И что он хотел?
— Говорит, шарф хочу посмотреть. Дочке, говорит, подарок. — Михаил хмыкнул. — Кашемировый шарф за тридцать тысяч. Представляете? У него в кармане, наверное, и трёх тысяч не было. Я ему сразу сказал: иди, мужик, отсюда, тут для элиты бутик. А он ещё дерзит!
Елена поморщилась:
— Безобразие. Совсем распоясались. Надо было охрану вызывать.
— Да я его сам вывел, — самодовольно продолжил Михаил. — За шкирку взял и вытолкал. А он ещё кошелёк свой старый достал, я его выхватил, чтобы посмотреть, что там. А там мелочь, копейки, и карта какая-то старая, потёртая. Всё на пол рассыпалось. Я говорю: собери свои копейки и проваливай. Ногой монетку пнул, так она под стойку укатилась. Он на карачках ползал, собирал. — Михаил расхохотался. — Картина маслом!
Инна заливисто засмеялась, хлопая в ладоши.
— Ой, не могу! Вот умора! И что, ушёл?
— А куда он денется? — пожал плечами Михаил. — Уполз.
Елена взяла чашку с кофе, сделала глоток и вдруг замерла.
— А ты его лицо не запомнил? — спросила она медленно.
Михаил пожал плечами:
— Да какое там лицо? Мужик как мужик. Лет сорок пять, неприметный. А что?
— Да нет, ничего, — Елена отмахнулась, но взгляд её стал задумчивым. — Просто сегодня мы с Инной, когда в бутик заходили, твоего Кольку встретили. Бывшего моего. Как раз у входа торчал.
Инна встрепенулась:
— Ой, точно! Мы же тебе не рассказали! — Она повернулась к Михаилу. — Представляешь, Миш, стоим мы, выходим, а он тут как тут. Грязный, старый, в этой своей куртке ужасной. Мы с Леной чуть не поперхнулись. Я спрашиваю: ты чего тут? А он мямлит: к Ане приехал. К Ане! Приехал в таком виде, позорище!
Елена брезгливо поджала губы:
— Я же говорила: никогда он ничего не добьётся. Так и будет всю жизнь по трассам мотаться на своей развалюхе. Хорошо, что я вовремя от него ушла.
— А он вам ничего не сказал? — уточнил Михаил. — Про то, что в бутик заходил?
— Нет, молчал, как рыба, — махнула рукой Инна. — Только смотрел на вывеску как-то странно. А потом мы ушли.
Михаил хмыкнул:
— Да он, наверное, просто обалдел от счастья, что тебя увидел, Лен. Или денег хотел попросить.
В этот момент в прихожей щёлкнул замок, и через секунду в кухню вошла Анна. Девятнадцать лет, высокая, стройная, с длинными русыми волосами, собранными в небрежный хвост. На ней были джинсы и свободный свитер. Она скинула рюкзак на пол и подошла к столу.
— Привет, — сказала она, оглядывая компанию. — Чего такие весёлые?
— А, Анечка, привет! — Инна тут же подалась к ней. — Ты представляешь, нам твой папа сегодня встретился! Такой смешной был, в старье своём. А Миша его из бутика выгнал!
Анна замерла. Она перевела взгляд на Инну, потом на Михаила, потом на мать.
— Что значит выгнал? — спросила она тихо, но в голосе уже звенел металл.
Михаил рассмеялся:
— А то и значит. Зашёл ко мне в бутик, шарф хотел посмотреть. А вид — как у бомжа. Ну я его и выставил. Правильно?
Анна побелела.
— Ты выгнал моего отца из магазина? — переспросила она, глядя на Михаила в упор.
— Анечка, ну что ты заводишься? — вмешалась Елена. — Он и правда был ужасно одет. Миша не знал, что это твой отец. Да и какая разница? В элитный бутик нельзя заходить в таком виде.
Анна сжала кулаки.
— Неуважение? Вы называете неуважением то, что мой отец зашёл в магазин? А то, что его выставили, как собаку, это уважение?
Инна захлопала глазами:
— Ань, ну чего ты кипятишься? Подумаешь, ну выгнали и выгнали. Он же не маленький, переживёт.
— Замолчи! — крикнула Анна. — Ты вообще молчи! Ты ему сестра родная, а радуешься, что его унизили!
— Анна! — повысила голос Елена. — Не смей так разговаривать с тётей! Мы тут все взрослые люди. Твой отец сам виноват, что не следит за собой.
Анна смотрела на мать с такой смесью боли и презрения, что та на мгновение отвела взгляд.
— Ты хоть знаешь, мама, что папа мне квартиру купил? — спросила Анна тихо. — В центре. На свои деньги.
В кухне повисла тишина. Михаил перестал улыбаться. Елена медленно поставила чашку на стол.
— Что ты несёшь? — спросила она. — Откуда у него деньги на квартиру?
— Он купил, — повторила Анна. — Полгода назад. Я там пока не живу, потому что до учёбы далеко, но он её оформил на меня. И учёбу он мне оплачивает, а не ты. И карманные деньги даёт. А ты всё это время внушала мне, что он никчёмный.
Михаил хмыкнул неуверенно:
— Ну, мог в долг взять. Или кредит. Чего тут такого?
Анна резко повернулась к нему:
— А ты вообще молчи. Ты кто такой, чтобы моего отца из магазина выгонять? Ты даже не знаешь, кто он на самом деле.
— Анна! — Елена вскочила. — А ну замолчи сейчас же! Иди в свою комнату!
Анна посмотрела на мать долгим взглядом.
— Хорошо, мама. Я пойду. Но знай: папа завтра придёт к университету, я с ним встречаюсь. И если ты ещё хоть раз скажешь про него гадость, я вообще перееду к нему. И не смейте мне звонить сегодня.
Она развернулась и вышла из кухни. Через минуту хлопнула дверь её комнаты.
На кухне повисла тяжёлая тишина. Инна переводила взгляд с Елены на Михаила. Михаил хмуро смотрел в чашку. Елена кусала губы.
— Вот видите, — пробормотала Инна. — Девчонка совсем от рук отбилась. Это всё он, Колька, настраивает.
— Да заткнись ты, — неожиданно резко бросил Михаил. — Без тебя тошно.
Инна обиженно замолчала.
---
В это же самое время на другом конце города, в старом районе, Коля сидел в небольшом кабинете. Напротив него за столом расположился мужчина лет тридцати, в строгом костюме, с аккуратной стрижкой и внимательными глазами. Это был его юрист, Игорь Сергеевич.
— Николай Иванович, — говорил Игорь, раскладывая перед собой бумаги. — Завтра в десять утра у нас подписание акта приёма-передачи помещений на втором этаже. Инвесторы приедут, всё готово. Арендатор оттуда съехал, так что помещения пустые.
Коля кивнул. Он сидел в той же куртке, но здесь, в этом маленьком кабинете, выглядел иначе. Увереннее, спокойнее.
— Хорошо, — сказал он. — А что с первым этажом? С бутиком этим, «Милан»?
Игорь заглянул в бумаги:
— ООО «Милан», арендует помещение номер пять. Договор заключён на год, но у них просрочка по оплате — три дня. По договору, если просрочка составляет более трёх рабочих дней, мы имеем право расторгнуть его в одностороннем порядке. Завтра уже можно выставлять уведомление.
Коля задумался, глядя в окно.
— А если они захотят продлить?
— Могут попытаться, — пожал плечами юрист. — Но по закону мы не обязаны. Если они не платят, договор прекращается. Неотделимые улучшения — ремонт, который они сделали, — они делали без нашего согласования, так что компенсация им не положена.
Коля молчал. Потом медленно проговорил:
— Завтра с утра мы подписываем бумаги на второй этаж. А с бутиком я сам зайду.
Игорь удивлённо поднял брови:
— Зачем? Я могу всё оформить официально.
— Надо кое с кем поговорить, — Коля вздохнул. — Дай мне копию договора и документы на помещение.
— Как скажете, Николай Иванович. Завтра к девяти привезти?
— Да, к девяти.
Коля вышел из офиса и остановился на крыльце. Ночной город шумел где-то вдалеке. Он достал телефон и перечитал сообщение от Ани: «Папа, завтра после пар. Я соскучилась!».
Он улыбнулся и набрал ответ: «Я тоже, дочка. Спокойной ночи».
Через минуту пришло: «Спокойной ночи, пап. Я тебя люблю».
Коля убрал телефон в карман и посмотрел на небо. Звёзд не было видно из-за городских огней. Но ему и не нужны были звёзды. У него была дочь.
---
Глава 3. Визит
Утро ворвалось в торговый центр вместе с первыми лучами солнца. Сотрудники бутиков только начинали рабочий день: продавцы расставляли товар, уборщицы натирали полы.
В бутике «Милан» всё шло своим чередом. Девушки-продавцы, Света и Лена, раскладывали новые поступления. Старшая, Света, та самая высокая блондинка, была сегодня особенно раздражительной.
— Ленка, ты вчера видела этого бомжа? — спросила она, поправляя пиджак на манекене. — Михаил Петрович его так лихо выставил. Я чуть со смеху не лопнула.
Лена, девушка пониже ростом, с круглым лицом, пожала плечами:
— Видела. Но знаешь, Свет, мне его немного жалко стало.
— А его правильно выгнали! — отрезала Света. — Тут тебе не благотворительность.
В подсобке послышался шум, и через минуту оттуда вышел Михаил. Свежая рубашка, идеально выглаженные брюки, начищенные туфли. На лице сияла довольная улыбка.
— Девочки, доброе утро! — пропел он. — Как настроение?
Света тут же подбежала к нему:
— Михаил Петрович, у нас новые поступления. Посмотрите.
Михаил лениво скользнул взглядом по вешалкам.
— Нормально.
В этот момент дверь открылась, и вошла Елена. Дорогое пальто, сложная причёска, идеальный макияж.
— Миша, привет! — Елена подошла к мужу, чмокнула в щёку. — Решила зайти, проведать.
— Леночка, золотце! — Михаил расплылся в улыбке. — Проходи.
Елена скинула пальто, оставшись в облегающем платье, и села на пуф.
— Слушай, я всю ночь не спала из-за Ани, — сказала она тихо. — Она вчера так на нас набросилась из-за этого Кольки.
— Да забудь ты про него, — отмахнулся Михаил. — Девчонка погорячится и успокоится.
— Но ты слышал, что она сказала про квартиру? Откуда у него деньги?
— Да врет она, — отмахнулся Михаил. — Хочет казаться круче. Или он ей мозги пудрит. Коля твой всю жизнь нищим был и останется.
Дверь снова открылась — вошла Инна. Яркая помада, высокие сапоги на каблуке.
— О, а вот и я! — объявила она с порога. — Решила забежать, пока перерыв.
— Проходи, Инна, — Елена указала на соседний пуф. — Кофе будешь?
— А то!
Инна плюхнулась на пуф и затараторила:
— Вы слышали новость? На втором этаже, говорят, новое кафе открываться будет. Какие-то инвесторы приехали. Вон, уже ходят, смотрят.
— И что? — лениво спросил Михаил. — Нам-то какое дело?
В этот момент Света принесла кофе на подносе.
За стеклянной стеной торгового центра, в главном холле, появилась группа людей. Четверо мужчин в строгих костюмах шли уверенной походкой. Среди них выделялся один — невысокий, с портфелем в руке. Это был Игорь Сергеевич. Рядом с ним двое мужчин в дорогих пальто — инвесторы. А чуть поодаль шёл тот, кого никто не ожидал здесь увидеть.
Николай.
Он был одет так же, как вчера. Старая куртка, разношенные ботинки, тот же свитер. Только держался он иначе — спокойно, уверенно.
Группа остановилась прямо напротив бутика. Игорь Сергеевич что-то говорил, показывая на помещение. Инвесторы кивали, осматриваясь.
— Смотрите, — сказал один из них. — Здесь хороший трафик. Если мы сделаем кафе с панорамными окнами, будет отлично.
— Согласен, — кивнул второй. — Николай Иванович, вы молодец, что выбрали это место.
Коля кивнул:
— Второй этаж, прямо над этим бутиком. Вид на центральную аллею.
— А кто арендует первый этаж? — спросил первый инвестор, кивая на вывеску «Милан».
Коля посмотрел на вывеску. Через стекло он видел силуэты людей. Елена сидела спиной, но Инну он узнал сразу. Михаил стоял у стойки.
— Так, арендаторы, — спокойно ответил Коля. — Но это неважно. Пойдёмте, я покажу вам помещение.
Они двинулись дальше, к лестнице. Инна, смотревшая в окно, вдруг дёрнулась:
— Ой, а это кто? Смотрите, какие люди ходят. Наверное, те самые инвесторы.
Елена лениво обернулась:
— Где?
— Да вон, пошли уже. — Инна махнула рукой. — Один вон, в куртке старой, с ними идёт. Наверное, рабочий местный.
Михаил посмотрел в сторону уходящей группы и равнодушно пожал плечами.
Прошёл час. В бутик заходили редкие покупатели, но ничего не покупали. Инна болтала без умолку.
— Слушайте, а что вчера Аня про квартиру говорила? — вдруг спросила Инна. — Может, и правда Колька разбогател?
— Инна, отстань, — раздражённо бросила Елена.
В этот момент дверь бутика открылась, и на пороге появился Николай. Он стоял один, без юриста и инвесторов. Спокойный, собранный.
Первой его заметила Света. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Потом обернулась Лена. Потом Инна, которая сидела лицом к двери, округлила глаза и ткнула локтем Елену.
— Ленка, глянь...
Елена подняла голову и замерла. Михаил, стоявший у стойки, сначала не понял, а потом увидел Колю. Его лицо мгновенно перекосилось.
— Ты? — выдохнул он. — Опять? Ты что, издеваешься?
Коля шагнул внутрь. Он не обращал внимания на Михаила. Он смотрел на Елену, на Инну.
— Доброе утро, — сказал он спокойно.
Михаил вышел из-за стойки и направился к нему:
— Слушай, оборванец, я тебя вчера выгнал, сегодня опять выгоню! Вон отсюда!
Коля не шелохнулся. Он смотрел на Михаила с каким-то странным выражением — не то с жалостью, не то с усмешкой.
— Михаил, — сказал он тихо. — Я не к тебе пришёл. Я пришёл по делу.
— По какому ещё делу? — заорал Михаил. — Какие у тебя могут быть дела? Вон!
Он схватил Колю за рукав, но Коля мягко, но уверенно высвободил руку.
— Руки убрал, — сказал он жёстче. — Я предупредил.
— Ах ты! — Михаил замахнулся, но в этот момент дверь снова открылась.
Вошли Игорь Сергеевич и двое инвесторов. Они остановились, глядя на сцену. Игорь Сергеевич шагнул вперёд.
— Николай Иванович, всё в порядке? — спросил он обеспокоенно.
— В порядке, Игорь, — ответил Коля. — Подождите минуту.
Инвесторы переглянулись. Михаил замер. Он смотрел на юриста в дорогом костюме, потом на инвесторов, потом на Колю.
— Вы кто такие? — спросил он растерянно.
Игорь Сергеевич шагнул к стойке, достал из портфеля папку с документами и положил её на стеклянную поверхность.
— Я юрист, — сказал он чётко. — Представляю интересы собственника данного здания. А вы, простите, кто будете?
Михаил побледнел. Елена вскочила с пуфа, прижимая руки к груди. Инна открыла рот.
— Какого собственника? — переспросил Михаил осипшим голосом.
Игорь Сергеевич обернулся к Коле:
— Николай Иванович, может, я сам всё объясню?
— Нет, Игорь, — Коля покачал головой. — Я сам.
Он подошёл к стойке, взял папку, открыл её и достал договор аренды. Положил перед Михаилом.
— Это договор аренды помещения номер пять, которое занимает ООО «Милан», — сказал Коля спокойно. — Подписан год назад. Арендатор — гражданин Скворцов Михаил Петрович. Собственник помещения — ООО «Автодор-Инвест», генеральным директором которого являюсь я, Николай Иванович Ветров.
Тишина стала плотной. Михаил смотрел на договор, но, кажется, ничего не видел.
— Этого не может быть, — прошептал он. — Ты... ты не можешь быть...
— Могу, — перебил Коля. — Теперь по делу. У вас просрочка по арендной плате — три дня. По условиям договора, это даёт мне право расторгнуть его в одностороннем порядке.
Он повернулся к Игорю:
— Игорь, уведомление готово?
— Да, Николай Иванович. — Юрист достал ещё один документ. — Уведомление о расторжении. В двух экземплярах.
Коля взял уведомление, положил рядом с договором.
— Подписывайте, Михаил Петрович. Один экземпляр вам, один остаётся у нас. С момента подписания договор расторгнут. У вас есть два часа, чтобы освободить помещение.
Михаил смотрел на бумаги, не в силах пошевелиться. Потом перевёл взгляд на Колю.
— Ты не имеешь права, — прохрипел он. — Я вложил деньги в ремонт. Я буду судиться.
— Пожалуйста, — Коля пожал плечами. — В договоре чётко прописано: при просрочке арендатор теряет право на взыскание стоимости неотделимых улучшений. Ремонт вы делали без согласования с собственником. Так что шансов у вас нет.
Елена вдруг рванулась вперёд. Она подбежала к Коле, схватила его за руку:
— Коля, Коля, постой! Ты что, серьёзно? Мы же... мы же родные люди почти! Аня, наша дочь! Ты не можешь так с нами!
Коля посмотрел на неё. В его взгляде не было злости. Только усталость и печаль.
— Лена, — сказал он тихо. — Ты вчера сказала, что я никчёмный. Что никогда ничего не добьюсь. А сегодня ты говоришь, что мы родные люди. Что изменилось за один день? Только то, что ты узнала, что у меня есть деньги?
Елена отшатнулась.
— Я не то имела в виду, — залепетала она. — Я просто... я не знала...
— Ты не знала, — кивнул Коля. — Потому что не хотела знать.
Инна вдруг выскочила из-за пуфа:
— Коленька! Братик! Ну я же не такая, как они! Я же твоя сестра! Помнишь, как мы в детстве?
Коля посмотрел на неё.
— Ты вчера сказала, что я позорю тебя своим видом, — напомнил он. — Что у тебя ремонт, но ты бы мне из жалости дала. Я всё помню.
Инна побледнела и замолчала.
В этот момент дверь снова открылась. На пороге стояла Анна. Она была бледная, взволнованная, но держалась прямо.
— Папа! — позвала она.
Коля обернулся, и его лицо смягчилось.
— Аня, — сказал он. — Ты как здесь?
— Я услышала... — Анна подошла к нему. — Люди говорят... Папа, что происходит?
— Всё нормально, дочка, — Коля обнял её за плечи. — Я решаю рабочие вопросы.
Анна посмотрела на мать, на Михаила, на тётю. Те стояли как статуи.
— Пап, а это правда, что здание твоё? — спросила она шёпотом.
— Правда, — кивнул Коля. — Частично. В долях с партнёрами.
Анна обняла отца крепко-крепко.
— Я всегда знала, что ты не просто так, — прошептала она.
Михаил вдруг сорвался с места и бросился к Коле:
— Коля! Николай Иванович! Послушайте! Я был неправ! Я дурак! Вы только дайте мне шанс! Я всё исправлю! Я заплачу аренду, сколько скажете, прямо сегодня!
Коля посмотрел на него долгим взглядом. Потом покачал головой.
— Поздно, Михаил. Дело не в деньгах. Дело в уважении.
Он повернулся к юристу:
— Игорь, проследите, чтобы помещение освободили в течение двух часов. И опечатайте вход. А мы с дочкой пойдём.
Он взял Анну за руку и направился к выходу. На пороге остановился, обернулся.
— Живите как знаете, — сказал он тихо. — Только больше на меня не рассчитывайте.
И они вышли.
---
Глава 4. Цена вопроса
В помещении будущего кафе на втором этаже пахло краской и свежей штукатуркой. Рабочие монтировали потолочные светильники. Анна и Коля стояли у панорамного окна, из которого открывался вид на центральную аллею.
— Вот здесь будет кафе, — сказал Коля. — Твоё.
Анна огляделась. Несмотря на строительный беспорядок, уже угадывался будущий уют.
— Моё? — переспросила Анна. — Пап, ты серьёзно?
— Абсолютно. Я давно хотел тебе предложить. Ты дизайнер, у тебя вкус. Будешь хозяйкой.
Анна подошла к окну, прижалась лбом к прохладному стеклу. Внизу сновали люди, виднелась вывеска бутика «Милан».
— Пап, а ты не жалеешь? Про маму, про Мишу?
— Нет, — ответил Коля просто. — Я много лет терпел. Терпел, когда Лена уходила и говорила, что я никчёмный. Терпел, когда Инна при каждой встрече просила денег и тут же меня унижала. Терпел, когда Миша вчера меня вышвырнул. А сегодня я просто поставил точку.
— Но они же родные...
— Аня, родство — это не только кровь. Это когда люди уважают друг друга. А твоя мама и тётя были рядом только когда им что-то было нужно.
Анна обернулась, посмотрела на отца.
— А я? Я тоже такая?
— Ты? — Коля обнял её. — Ты единственная, кто всегда меня поддерживал.
Они стояли у окна, обнявшись. Вдруг Анна дёрнулась:
— Пап, смотри, мама!
Внизу, у выхода из бутика, стояла Елена. Она оглядывалась, потом увидела их и быстро направилась к лестнице.
Через пару минут Елена влетела в помещение. Она запыхалась, волосы растрепались, дорогое пальто распахнуто. Вид у неё был растерянный и жалкий.
— Коля! — выдохнула она. — Коля, пожалуйста, выслушай!
— Я слушаю, — кивнул Коля.
— Коля, я понимаю, что была неправа. Я много лет была неправа. Я говорила гадости, не верила в тебя. Но пойми, я же не знала! Ты никогда не говорил, что у тебя есть деньги. Ты всегда ходил в этом старье. Откуда мне было знать?
— А ты спрашивала? — спокойно спросил Коля. — Ты хоть раз за все эти годы поинтересовалась, как у меня дела?
Елена опустила глаза.
— Ты думала, что я никчёмный, — продолжил Коля. — Ты сделала выводы по одежде и по машине. А теперь, когда узнала, что у меня есть собственность, прибежала просить. Но дело не в деньгах, Лена. Дело в том, что ты меня никогда не уважала.
— Коля, я исправлюсь! — Елена шагнула к нему. — Я буду другой! Только не выгоняй нас! Миша без работы останется, у него кредиты, мы всё потеряем!
— Миша, — Коля покачал головой. — Твой Миша вчера надо мной издевался. Сегодня пытался ударить. Почему я должен его жалеть?
— Он не знал! Если бы он знал, что это ты...
— Вот именно, — перебил Коля. — Если бы он знал, что у меня есть деньги, он бы вёл себя по-другому. А если бы я был нищим, он бы продолжал меня унижать. Он уважает не человека, а кошелёк.
Анна, молчавшая до сих пор, вдруг заговорила:
— Мама, а ты? Ты бы вела себя по-другому, если бы знала про папины деньги?
Елена взглянула на дочь. Губы её задрожали.
— Аня, ты же моя дочь...
— Я твоя дочь, — кивнула Анна. — И я знаю, что ты меня не слушала, когда я говорила, что папа хороший. Только вчера вечером ты сказала, что он никчёмный, а сегодня прибежала просить. Мне стыдно за тебя.
Елена закрыла лицо руками. Плечи её затряслись.
— Коля, ну что мне сделать, чтобы ты простил? — прошептала она.
Коля посмотрел на неё долгим взглядом. Потом тяжело вздохнул.
— Лена, я тебя не ненавижу. Я просто устал. Помогать я вам не буду. И бизнес свой я веду так, как считаю нужным. Мишу я выселяю по закону. Если он захочет судиться — пожалуйста. Но я своего решения не изменю.
Елена подняла на него заплаканные глаза.
— Значит, всё?
— Для меня это кончилось давно. Ещё когда ты ушла.
В дверях появилась Инна. Она тоже запыхалась, видимо, бежала следом. Увидев брата, расплылась в заискивающей улыбке.
— Коленька! А я тебя ищу! Думаю, дай проведаю брата. А ты тут с Анечкой. Красота какая! Это же твоё кафе будет? Слушай, а может, ты меня сюда работать возьмёшь? Я же всё умею.
— Инна, — Коля покачал головой. — Ты вчера сказала, что я тебя позорю. Сегодня хочешь у меня работать. Не надо.
Инна смешалась, но быстро нашлась:
— Ну мало ли что я сказала! Сгоряча!
— Вот именно что родня, — вздохнул Коля. — Поэтому я тебя не выгоняю. Но и помогать не буду. Извини.
Инна надула губы, развернулась и вышла.
Елена стояла, не зная, что делать. Анна смотрела на неё с жалостью и презрением.
— Мама, иди, — тихо сказала Анна. — Не надо больше ничего говорить.
Елена посмотрела на дочь, на бывшего мужа, потом медленно пошла к выходу. У двери остановилась, обернулась.
— Коля, а Аня? Она с кем останется?
— Аня со мной, если захочет, — ответил Коля. — Но решать ей.
Елена перевела взгляд на дочь. Анна молчала. Тогда Елена вышла.
Когда её шаги стихли, Анна повернулась к отцу.
— Пап, я с тобой, — сказала она твёрдо.
---
Вечером в квартире Елены и Михаила было темно. Михаил сидел в кресле на кухне, перед ним стояла початая бутылка коньяка. Елена лежала на диване в гостиной.
— Лен, — позвал Михаил пьяным голосом. — Всё пропало. Товар опечатали, помещение закрыли. Я кредит брал под залог товара. Если не продадим — банк заберёт всё. И квартиру эту тоже.
— А ты говорила, он нищий, — продолжал Михаил. — А он вон какой хозяин. И всё из-за того, что ты меня с ним не познакомила нормально.
— А ты бы поверил? — усмехнулась Елена. — Ты бы сказал: твой бывший — лох.
Михаил замолчал, потом сделал большой глоток.
— Что делать будем?
— Не знаю.
В прихожей зазвонил домофон. Елена нехотя встала, подошла, нажала кнопку.
— Кто?
— Это я, Инна, — раздался голос. — Открой, дело есть.
Через минуту Инна влетела в квартиру. Вид у неё был взбудораженный.
— Вы чего в темноте сидите? — спросила она, зажигая свет. — Я такое придумала!
— Что ещё? — без интереса спросила Елена.
Инна подсела к ней на диван, понизила голос:
— Слушайте. Колька этот думает, что отвязался. А у меня есть одна мысль. На Аньке можно сыграть. Она же его дочь. Он для неё всё сделает. А мы через неё можем на него повлиять.
Елена смотрела на Инну с сомнением.
— Аня сегодня на меня так смотрела... Она с ним.
— Против-против, — перебила Инна. — Но ты ей мать. Давай завтра сходим к ней в университет, поговорим по-хорошему.
Михаил оживился:
— А что, идея. Через дочку — это вариант.
Елена задумалась, потом медленно кивнула.
— Ладно, попробуем.
---
Глава 5. Жизнь без элиты
Прошло две недели. Торговый центр жил своей обычной жизнью. На месте бывшего бутика «Милан» теперь красовалась пустая витрина с табличкой «Аренда».
На втором этаже кафе «У Ани» готовилось к открытию. Рабочие заканчивали монтаж мебели, Анна носилась по помещению, отдавая распоряжения.
Коля сидел за одним из столиков у панорамного окна и пил кофе. Он наблюдал за дочерью и улыбался.
Вдруг зазвонил телефон. Коля глянул на экран — незнакомый номер.
— Слушаю.
— Николай Иванович? — раздался в трубке робкий голос. — Это Михаил Скворцов. Можно с вами встретиться? На пять минут.
Коля нахмурился.
— Зачем?
— Поговорить. Пожалуйста. Я сейчас в торговом центре.
— Поднимайся. Второй этаж, кафе «У Ани». Только без фокусов.
Через пять минут Михаил появился в дверях. Коля его сначала не узнал — осунувшийся, побледневший, в мятом костюме, с тёмными кругами под глазами.
— Здравствуйте, — сказал он, останавливаясь у столика.
— Садись, — кивнул Коля на стул напротив.
Михаил сел. Руки его дрожали.
— Я пришёл извиниться, — начал он, глядя в стол. — За то, что вёл себя как хам. За тот день. Я был неправ.
Коля молчал.
— Я понимаю, что извинения сейчас ничего не значат, — продолжил Михаил. — Я многое потерял. Бизнес, квартиру... Лена ушла.
— Ушла? — переспросил Коля.
— Три дня назад. Собрала вещи и ушла. Сказала, что я неудачник. — Он горько усмехнулся. — Забавно, да? Она говорила то же самое про тебя, а теперь про меня.
Коля вздохнул.
— А чего ты хотел? Вы с ней были одинаковые.
— Я не за этим пришёл, — сказал Михаил. — Я пришёл просить работы. Любой. Грузчиком, уборщиком. Мне хоть что-то надо, чтобы платить кредиты.
Коля смотрел на него долгим взглядом, потом медленно покачал головой.
— Нет, Михаил. Работы я тебе не дам.
Михаил побледнел.
— Почему? Я же извинился. Я готов на любую работу.
— Дело не в работе. Ты меня в тот день унизил не потому, что я плохо выглядел. Ты меня унизил, потому что ты так устроен. Для тебя люди делятся на тех, кто выше, и тех, кто ниже. Выше ты готов лизать, ниже — пинать. Я не хочу, чтобы такой человек работал у меня.
Михаил открыл рот, но не нашёлся.
— Иди, Михаил. Ищи работу в другом месте. И главное — ищи не работу, а себя.
Михаил посидел ещё минуту, потом встал и пошёл к выходу. На пороге обернулся, хотел что-то сказать, но передумал и вышел.
Из подсобки вышла Анна. Она всё слышала.
— Пап, ты правильно сделал.
— Думаешь?
— Да. Он не изменился.
Анна села напротив.
— Пап, а мама? Ты её простил?
— Я на неё зла не держу. Но и прощать мне её не за что. Она сделала свой выбор много лет назад. Ты с ней общаешься?
— Она звонила. Просила денег. Я сказала, что своих у меня нет, а твои просить не буду.
— Правильно.
---
Прошёл месяц. Кафе «У Ани» открылось и сразу стало популярным. Анна справлялась отлично, наняла двух помощниц. Коля приезжал каждый день, пил кофе, радовался.
Про Елену он ничего не слышал. Инна тоже объявилась — написала длинное сообщение, полное обвинений. Коля прочитал и удалил.
Михаил, говорят, работал водителем, снимал маленькую комнату и потихоньку выплачивал долги. Иногда заходил в кафе, садился в углу, пил кофе и молча смотрел в окно. Анна его обслуживала, но не заговаривала.
А однажды вечером в кафе вошла пожилая женщина. Небольшая, седая, в скромном пальто. Анна узнала её не сразу, а когда узнала — ахнула.
— Бабушка? — воскликнула она и бросилась к ней.
Это была мать Коли, Анна Сергеевна. Она обняла внучку и посмотрела на сына, который встал из-за столика.
— Мама, — сказал Коля тихо. — Ты как здесь?
— Решила проведать. Внучку посмотреть, на кафе её знаменитое.
Они сели за столик. Анна принесла чай. Анна Сергеевна оглядывалась, улыбалась.
— Красиво у вас. Аня, ты молодец.
— Спасибо, бабушка.
Помолчали. Потом Анна Сергеевна повернулась к сыну.
— Коля, я знаю, что у вас там с Инной произошло. Она мне всё рассказала. По-своему. Но я хочу сказать: ты правильно сделал. Инна всю жизнь на других ездила. Пора и самой научиться.
Коля удивлённо посмотрел на мать.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Я дочь люблю, но правду вижу. А ты, сын, молодец. Не озлобился.
Коля опустил глаза.
— Мам, спасибо.
— Не за что. Ты у меня всегда был хороший.
Они сидели втроём, пили чай, разговаривали. За окном зажигались огни, и кафе наполнялось тёплым светом.
---
Глава 6. Новый год
Прошло ещё полгода. Кафе «У Ани» прочно обосновалось на втором этаже и стало одним из любимых мест у посетителей. Анна уже не носилась между столиками сама — у неё работали три официантки и два бариста. Сама она чаще сидела за столиком у окна с ноутбуком.
Коля приезжал теперь реже — дела звали в другие города. Но каждые выходные старался быть в кафе.
В то утро Анна пришла пораньше, до открытия. Любила это время — тишину, запах свежесваренного кофе. Она налила себе капучино, села за любимый столик у окна.
За стеклом только начинал просыпаться торговый центр. Анна смотрела вниз и вдруг увидела знакомую фигуру.
По центральной аллее медленно шла женщина. Анна узнала её не сразу — слишком изменилась. Елена похудела, осунулась, одета была в простую куртку. Волосы собраны в небрежный хвост, на лице ни следа косметики.
Она подняла голову, посмотрела на второй этаж, увидела витрину кафе и остановилась. Потом медленно направилась к лестнице.
Анна глубоко вздохнула.
Через минуту Елена вошла в кафе. Дверь тихо звякнула колокольчиком. Она остановилась на пороге.
— Здравствуй, дочка, — тихо сказала Елена.
— Здравствуй, мама, — ответила Анна.
Елена нерешительно подошла. Анна указала на стул напротив.
— Садись. Кофе будешь?
— Буду, — Елена села. — Если можно.
Анна встала, прошла за стойку, налила ещё одну чашку. Поставила перед матерью.
— Как ты? — спросила Анна, садясь обратно.
— По-всякому. Живу у знакомой. Работу ищу.
— А Миша?
— Мы развелись официально. Месяц назад. Он теперь водителем работает.
Анна молчала, рассматривая мать. Перед ней сидел совсем другой человек.
— Я не за деньгами пришла, — вдруг сказала Елена. — Просто захотела тебя увидеть.
— Соскучилась? — Анна повернулась к ней. — Ты полгода не звонила.
— Я боялась. Боялась, что пошлёшь. Я наделала столько ошибок.
— Никогда не поздно, — тихо сказала Анна. — Если действительно поняла.
— Твой отец меня не простит.
— Папа другой. Он не злопамятный. Если ты готова измениться — он хотя бы выслушает.
Елена сидела молча, смотрела в чашку.
— Я попробую, — сказала она наконец.
---
Новый год встречали в кафе. Анна закрыла его для посетителей и пригласила только близких: отца, бабушку, пару подруг. Накрыли столы, зажгли гирлянды.
Ближе к полуночи в дверь постучали. Анна открыла — на пороге стояла Елена. В руках она держала небольшой пирог, завёрнутый в полотенце.
— Я не вовремя? — спросила она робко. — Испекла... Думала, может, вы тут...
Анна оглянулась на отца. Коля смотрел на Елену, потом кивнул.
— Заходи, — сказал он. — Раз пришла.
Елена вошла. Анна взяла у неё пирог, поставила на стол. Бабушка, Анна Сергеевна, посмотрела на бывшую невестку с интересом.
— Садись, — Коля указал на свободный стул.
Елена села. Руки её дрожали. Анна налила ей шампанского.
— С наступающим, мама, — сказала она.
Елена подняла глаза, полные слёз.
— Спасибо, дочка, — прошептала она.
Коля поднял бокал.
— За новый год. За новые возможности. И за то, чтобы в новом году у всех всё было хорошо.
Чокнулись. За окном засверкали огни салюта.
Анна смотрела на отца, на мать, на бабушку и думала о том, что, наверное, это и есть главное чудо нового года — когда даже после стольких обид люди могут сидеть за одним столом и желать друг другу добра.
Потом она вышла на улицу, подышать. Морозный воздух обжёг лицо. С неба падали редкие снежинки. Анна подняла голову и улыбнулась.
— Спасибо, — прошептала она куда-то вверх. — За всё.
И пошла обратно, в тепло, к близким.
Там, за окном, оставался старый год со всеми его бедами и радостями. А впереди был новый.
И всё обязательно будет хорошо.