Люди шептались. Мощи переносили из старой базилики Сан-Лоренцо в новый собор Санта-Репарата — место достойное, просторное. Тесса, торговка хлебом, прижимала к груди корзину с лепёшками и щурилась на процессию. "Святой или нет — какая разница? Хлеб-то покупать надо", — пробормотала она, но ноги сами понесли её к толпе. Процессия остановилась у старого вяза. Дерево давно засохло — кора потрескалась, ветки торчали, как кости. Никто не помнил, когда оно последний раз зеленело. Может, лет пятьдесят назад, а может, и все сто. Ковчег пронесли мимо — и вдруг… Тесса уронила корзину. Хлеб покатился по булыжникам. Кто-то вскрикнул. На мёртвых ветвях вяза проклюнулись почки. Зелёные, сочные. А следом — цветы. Нежные, как будто не январь за окном, а май. "Мадонна! — Тесса вцепилась в плечо соседки. — Ты это видишь?" Видели все. Площадь взорвалась криками, плачем, молитвами. Священники замерли с кадилами в руках. Носильщики поставили ковчег на землю и тоже уставились на дерево. А вяз цвёл. Посреди з
Италия. Чудо засохшего вяза: легенда о Сан-Дзаноби
3 дня назад3 дня назад
5
3 мин