Глава 15
Всё началось с того, что Рита включила радио.
— Гена! — закричала она из кухни так, что Пони подпрыгнула на месте. — Гена, беги сюда!
Гена прибежал, думая, что случилось как минимум наводнение. Рита стояла посреди кухни с телефоном в руках и сияла, как начищенный самовар.
— Смотри! — она сунула ему экран. — Александр Маршал даёт концерт! В нашем городе! Через две недели!
— Маршал? — переспросил Гена. — Это который... "Белый пепел"?
— Ты знаешь Маршала?! — Рита чуть не уронила телефон.
— Ну... в школе слушал. У отца были кассеты. "Туман-туман", "По барабану"... Классика.
Рита смотрела на него с таким выражением, будто он только что признался в знании тайных вселенских истин.
— Гена, ты идеальный мужчина. Ты любишь кошек, делаешь украшения и знаешь Маршала. Я выхожу за тебя замуж прямо сейчас!
— Так неожиданно, — смутился он. — Я даже не одет.
— Шучу. Но на концерт мы пойдём! Обязательно!
— А кошки?
— Кошки переживут один вечер. Купим им автокормушку, настроим камеру, будем следить по телефону.
— Они обидятся.
— Они простят. Главное — пообещать рыбу.
Пони, услышав слово "рыба", навострила уши и подошла ближе.
— Рыба будет, — сказала ей Рита. — Но не сейчас. Через две недели. После концерта.
Пони посмотрела на неё с выражением "две недели — это целая кошачья жизнь" и ушла советоваться с Мусей.
Следующие две недели прошли под знаком подготовки. Гена тайком от Риты искал в интернете, что дарят на такие мероприятия. Цветы? Но Маршал же мужчина. Виниловую пластинку? У них даже проигрывателя нет. В итоге он решил, что главное — билеты. А билеты он купил в первый ряд, потратив половину месячного заработка.
Рита, в свою очередь, искала, что надеть. Женщина с четырьмя кошками имеет в гардеробе только два типа одежды: та, что покрыта шерстью, и та, что покрыта шерстью, но ещё не была в стирке. Для концерта требовалось нечто особенное.
— Гена, — спросила она за ужином. — А что ты хочешь, чтобы я надела?
— Одежду, — автоматически ответил Гена, кормя Персика с руки.
— Гена!
— Что? Я не разбираюсь. Ты всегда красивая.
— Даже в растянутых трениках?
— Особенно в растянутых трениках. Там кошка нарисована.
— Это аргумент.
Она вздохнула и полезла в интернет за советом. Кошки, почувствовав, что хозяйка чем-то озабочена, окружили её плотным кольцом. Пони улеглась на клавиатуру, Персик забрался на плечо, Муся устроилась на коленях, а Лиза, осмелев, пристроилась в ногах.
— Девочки, вы мне мешаете, — простонала Рита.
— Они помогают, — перевёл Гена. — Кошки всегда помогают. Просто по-своему.
— По-своему — это значит делают всё наоборот?
— Это значит — делают так, как нужно им. А тебе остаётся только радоваться.
Рита засмеялась и сдалась. Она будет в том, что есть. Главное — не в трениках.
День концерта наступил быстро. С утра началась паника.
— Гена, где мои туфли?!
— Которые?
— Чёрные, на каблуке!
— Пони вчера играла с ними. Кажется, под диваном.
Рита нырнула под диван и через минуту вылезла с туфлями и Лизой на руках.
— Лиза под диваном? — удивился Гена. — Там же был Персик.
— Они там вдвоём. Устроили штаб.
— Кошачий бункер.
Рита начала собираться. Гена пытался помочь, но кошки, почуяв неладное, устроили настоящий бойкот. Пони украла его очки и спрятала в миске с кормом. Персик запутался в колготках, которые Рита приготовила. Муся улеглась на выглаженное платье и отказалась слезать. Лиза просто сидела в углу и смотрела укоризненно.
— Они не хотят нас отпускать, — констатировал Гена, выковыривая очки из корма.
— Они ревнуют.
— К Маршалу?
— Ко всему, что не они.
— Логично.
Кое-как собравшись, они установили автокормушки, включили камеру наблюдения и, поцеловав каждую кошку в макушку (Муся позволила, Лиза сбежала, Пони укусила за палец, Персик лизнул в нос), вышли из дома.
— Думаешь, выживут? — спросила Рита в лифте.
— Они кошки. Они всегда выживают. Вопрос — в каком состоянии застанем квартиру.
— Главное, чтобы диван уцелел.
— Диван не уцелеет. Пони его уже год точит.
— Мечты...
Концерт был грандиозным. Гена и Рита сидели в первом ряду, и Маршал был так близко, что можно было разглядеть морщинки у глаз.
— Гена, я сейчас умру от счастья! — шептала Рита, когда заиграли "Белый пепел".
— Не смей, — ответил он. — У нас ещё ужин после концерта.
Маршал пел, зал подпевал, атмосфера была невероятная. В какой-то момент Рита схватила Гену за руку и сжала так, что он чуть не вскрикнул.
— Это лучший вечер в моей жизни! — прокричала она сквозь музыку.
— А как же вечер, когда мы познакомились? — крикнул в ответ Гена.
— Второй лучший!
— Принято!
После концерта они стояли в фойе, обсуждая впечатления, когда к ним подошёл высокий мужчина в кожаной куртке.
— Ребята, вы из первого ряда? — спросил он.
— Да, — ответил Гена.
— Маршал просил передать вам приглашение за кулисы. Вы ему понравились. Сказал, что вы единственные не орали как оглашенные, а слушали.
Рита открыла рот. Гена поправил очки (те самые, после корма).
— Мы? За кулисы?
— Да. Идёмте, я провожу.
Они шли за мужчиной по коридорам, и Рита шептала:
— Гена, это сон? Ты меня ущипни.
— Я боюсь, это сон у меня. Если ущипну, проснусь.
— Тогда не щипай. Идём дальше.
За кулисами было шумно и людно, но Маршал, увидев их, подошёл сам.
— Привет, молодёжь! — прогудел он басом. — Спасибо, что пришли. Редко вижу такие внимательные глаза в первом ряду. Обычно там сидят те, кто хочет, чтобы их сняли на камеру.
— Мы просто любим вашу музыку, — честно сказал Гена.
— С детства, — добавила Рита. — У папы кассеты были.
— О, кассеты! — Маршал улыбнулся. — Помню это время. А вы, я вижу, пара?
— Да, — кивнул Гена. — У нас даже кошки общие.
— Кошки? — удивился певец. — Сколько?
— Четыре.
— Четыре?! — Маршал расхохотался. — Это серьёзно. Я сам кошатник, у меня два кота. Британцы.
— У нас сборная солянка, — сказала Рита. — Бирманская, две дворняжки и один найденный.
— Найденный — это святое, — кивнул Маршал. — Значит, вы хорошие люди. Кошки даром не доверяют.
Они проговорили минут пятнадцать. Маршал расспрашивал про жизнь, про кошек, про работу Гены. На прощание сфотографировался с ними и подписал программку: "Рите и Гене — с любовью и кошачьим приветом. Александр Маршал".
— Я повешу это в рамку! — объявила Рита, когда они вышли на улицу.
— И рядом повесим фотографию Пони, — добавил Гена. — Чтобы знала, кого благодарить.
— Пони тут при чём?
— Если бы не она, мы бы не встретились. А если бы не встретились, не пошли бы на концерт. Логика.
— Железная.
Домой они вернулись за полночь. Открыли дверь и замерли.
В прихожей было тихо. Подозрительно тихо.
— Они спят? — прошептала Рита.
— Кошки не спят в полночь. У них прайм-тайм.
Они осторожно прошли в комнату и включили свет.
Картина маслом: на новой игровой стене, на верхней полке, сидели все четверо. Рядом. Муся — по центру, Пони — слева, Персик — справа, Лиза — чуть поодаль. Они сидели и смотрели на вошедших с одинаковым выражением: "Ну и где вы были?".
— Они нас встречают, — сказал Гена.
— Они нас судят, — поправила Рита.
Пони спрыгнула первой, подбежала к Гене и начала обнюхивать его с ног до головы. Потом фыркнула — пахнет чужими людьми и незнакомыми местами.
— Мы к Маршалу ходили, — оправдывался Гена. — Он кошатник. У него два британца.
Пони посмотрела на него с сомнением, но потом, видимо, решила, что британцы — не конкуренты, и сменила гнев на милость. Запрыгнула на плечо и заурчала.
Персик подбежал к Рите и начал тереться о ноги, требуя внимания. Лиза осторожно приблизилась к Гене и ткнулась носом в руку. Муся величественно спустилась с башни и улеглась на диван, демонстрируя, что она всё прощает, но осадок остался.
— Они скучали, — сказала Рита, подхватывая Персика на руки.
— Ещё бы. Мы их бросили на целый вечер.
— На целых пять часов.
— Для кошки это вечность.
Они раздали лакомства, почесали всех за ушами и наконец сами сели на диван. Кошки оккупировали их колени, плечи и всё свободное пространство.
— Ну как, стоило? — спросил Гена.
— Ещё как, — ответила Рита. — Это был лучший вечер.
— А вечер знакомства?
— Третий лучший.
— А где второй?
— Второй — тот, когда ты подарил мне кулон с кошками.
— Принято.
Пони, сидевшая на плече, лизнула Гену в ухо.
— Она говорит спасибо, — перевёл Гена. — За то, что вернулись.
— Или за то, что принесли новые запахи.
— Тоже вариант.
Они сидели в обнимку, слушали кошачье урчание и переглядывались. За окном шумел ночной город, а у них дома было тепло и уютно.
— Гена, — прошептала Рита.
— М?
— Знаешь, что самое прекрасное?
— Что?
— Что мы есть друг у друга. И у нас есть эти четверо. И даже Маршал теперь знает, что мы существуем.
— Мир тесен.
— Мир прекрасен.
Они поцеловались. Кошки, недовольные, что их оттесняют, дружно завозились, но быстро успокоились — люди всё равно никуда не денутся. Они вернулись. А значит, можно спать спокойно.
И они заснули — все шестеро, в обнимку, под тихое мурчание и счастливые мысли о том, что любовь бывает разной: громкой, как концерт Маршала, и тихой, как кошачье урчание. Но главное — что она есть.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал и Канал МАХ