Этот акт вопиющего нахальства, довёл меня просто до бешенства! У меня и так тело не шевелится, а тут и вовсе будто парализовало! Разве можно вот так, сразу в губы?
Начало здесь 👇
Дело в том, что с детства я терпеть не могу, когда ко мне прикасаются незнакомые люди. И уж тем более не могу целоваться с незнакомыми и даже с малознакомыми мужчинами! Пока все девочки рассказывали, как они целуются после первого свидания, я молчала. Ну не могу так! Мне нужно узнать человека до того, как он начнёт ко мне прикасаться. Привыкнуть к нему, а на это нужно время.
Да, это странно, но есть в этом и свои плюсы. Мой бывший муж, зная эту мою особенность, никогда не переживал, что я под влиянием импульса ему изменю. Верная… Да какая разница, если наша семья всё равно развалилась? И я сделала Юру несчастным? Ладно, не буду об этом думать. Ой! Поздно.
В глазах защипало. Кажется, даже слеза выкатилась, и тут же послышалось:
- У тебя что-то болит? – ишь, какой внимательный! Знать бы, кто ты такой!
- Глебушка, она пока не может ничего сказать, – пояснила мама.
Глебушка?! Ах, Глебушка! Шёл бы он отсюда! Да и вообще все! У меня мозг кипит, я хочу одна побыть! Неужели это неясно?
- Мне кажется, нам лучше уйти, – произнёс Глеб, а я перевела взгляд на него. Интересно, почему я не шевелю головой? Она у меня вообще в рабочем состоянии? И как он догадался, что я хочу побыть одна? В любом случае спасибо ему за это. – Уля, мы придём завтра, хорошо? Просто кивни, если согласна.
Я собрала всю волю в кулак и кое-как кивнула. Наверное, не особо заметно получилось. Головой ворочать было не проще, чем пытаться шевелить руками и ногами!
Но я кивнула. Не то чтобы мне хотелось видеть его ещё раз. Нет, конечно! Кивнув, я показала им, что вполне понимаю, о чём они говорят.
Мама поцеловала меня, этот Глеб тоже (и опять в губы! Да что за привычка такая!), и они вышли.
- Завтра с папой придём, – пообещала мама, и я снова едва заметно кивнула.
Когда они ушли, я шумно выдохнула, почувствовав, что страшно устала. Будто коробки тягала.
Коробки!
Меня вдруг кольнуло какое-то мимолётное воспоминание. Настолько быстрое, что оно буквально задело край сознания и упорхнуло куда-то прочь, не дав мне шанса зацепиться за него как следует.
В этом мелькнувшем воспоминании, у меня в руках были коробки. Причём тяжёлые! И ощущение, что всё было недавно. Странно! Когда я съезжала от бывшего мужа Юрки, то укладывала вещи в хозяйственные сумки. Заказала упаковку клетчатых, из которых раньше на ранках торгаши свой товар доставали. Плохими они оказались по качеству: один переезд и половина порвалась. Пришлось выбросить.
Тогда что за коробки я вспомнила? Может, это фрагмент сна?
Да, наверное.
Но меня терзали сомнения, относительно того, как давно я в коме. И неужели я потеряла память? Нет, это какая-то ошибка! Такой мужчина, как Глеб, не мог привлечь моего внимания! Не то чтобы я привереда… Мне сорок лет! У меня сформировавшийся вкус и полное отсутствие розовых очков! Я чётко осознаю, что мне важно, чтобы мужчина был внешне привлекательным. А ещё я не люблю толстых.
Но здесь как раз у Глеба всё в порядке. Он худой, но не от занятий спортом, а явно от природы. Наверное, в юности был и вовсе тощим. Опять же, не мой типаж. Может, он за мной ухаживал, пока я в кому не впала, а сейчас просто пытается воспользоваться ситуацией? Мне плохо, я в больнице, долгое время проспала, а он рядом был. И теперь надеется, что я обращу на него внимание?
Я снова тяжело вздохнула. В моих воспоминаниях не нашлось места для этого Глеба. Всё, что я помню, как плакала перед сном, потому что моё сердце рвалось от тоски по мужу!
А я сама от него ушла. Сама предложила развод. Впрочем, он меня и не держал…
В палату вошла медсестра с капельницей, что-то прощебетала, воткнула иголку мне в руку и убежала. Потом снова заглянула, дала мне воды. Я смогла сделать несколько глотков, и медсестра так обрадовалась! А я обрадовалась, когда она ушла. У меня просто кончились силы: и физические, и моральные. На всём приходилось фокусироваться, силиться, чтобы понять.
Как же я устала! И вот удивительно: два месяца спала, а всё равно не выспалась. Мне удалось немного поелозить на кровати, и я, окончательно выдохнувшись, уснула.
***
Я проснулась утром. Даже часы были не нужны, чтобы понять, что день только начинается. За окном забрезжил рассвет. Солнце! Солнце вставало! И только теперь до меня дошло, что за окном как-то совсем уж по-весеннему поют птицы. А спать я легла когда-то давно в сером, постоянно пасмурном и необычайно дождливом январе.
«Два месяца в коме, – вспомнила я. – И что-то явно забыто».
Лицо Глеба почти не всплыло из памяти. Я не особо запомнила, как он выглядит, но запомнила, что он мне не понравился. Вот даже чисто внешне. И что меня могло заставить начать с ним общаться? Может, по работе?
Да где уж там! Я столько лет работаю на одну и ту же компанию, причём не выходя из дома. У меня и должности нет: то письма составляю и рассылаю, то таблицы заполняю, то для сайта материал готовлю. И ещё тысячи других поручений. Работаю с девяти и иногда до ночи, потому что дел много, а времени мало. Если бы я в офис ещё ездила, вообще бы ничего не успевала!
По деньгам не обижают. Всегда учитывают, сколько времени и как самоотверженно я работаю. Премии не жалеют. Раньше перерабатывала 1-2 раза в неделю, а в остальные дни работала до шести, а как с мужем развелась, сразу в работе растворилась. И даже в выходные теперь не отказываюсь поработать.
Нет, там я точно этого Глеба встретить не могла. Друзей у меня нет. Точнее, есть, но условные. Переписываемся иногда, но в жизни не встречаемся. У всех своя жизнь, свои заботы и дела. Так что Глеб не мог появиться в моей жизни через них.
Почему-то мысли с этого нахального незнакомца сами собой вернулись к Юре. Да и последний человек, о ком я думала перед сном, был именно бывший муж, а не кто-то другой.
Кто бы мог подумать, что наши отношения закончатся? Когда я в тридцать выходила за него замуж, и подумать не могла, что окажусь одна в съёмной квартире через десять лет. Мне представлялось, что к сорока у меня будет минимум двое детей. Может, даже трое, но если трезво рассудить… Двоих бы вполне хватило. Я себя знаю! С тремя я бы просто не справилась.
Но детей у меня до сих пор не было. И, как оказалось, их у меня просто не может быть.
- Не всем дано, – пытался утешить меня Юра, когда я, вся в слезах, вышла из кабинета врача. Это был второй врач, который подтвердил моё бесплодие. – Это же не конец света!
- Мы же так хотели детей, – прорыдала я. – Очень хотели!
- В жизни не всё бывает так, как мы хотим, – спокойно заметил Юра. – Есть и другие способы.
Меня тогда даже подбешивало это его спокойствие. Казалось, что он просто не понимает масштаба катастрофы! У нас НЕ БУДЕТ ДЕТЕЙ! НИКОГДА! Или я сама рожу, или… Нет, я не из тех людей, которые верят в то, что чужих детей не бывает. Не все способны любить всех детей только потому, что это дети.
Я всегда хотела остаться честной с собой и избежать лицемерия. Не могу принять чужого ребёнка, как своего. Взять младенца на руки и придумать себе, что это мой ребёнок! Только начинаю это представлять, и мне прямо не по себе становится.
Много лет мне казалось, что я ненормальная. Что-то во мне сломано. Что не могу родить, поэтому во мне начисто отсутствует материнский инстинкт, и я просто не могу полюбить чужих детей. Я к ним нормально отношусь! У моего брата трое детей! И всех племянников я люблю, но как племянников! Честно, я иногда даже радуюсь, что провела с ними пару часов и вернулась домой, где их нет.
И я не противник детей. Меня не раздражают детские крики, доносящиеся с площадки во дворе, я улыбаюсь, когда вижу смеющихся детей, и в самолёте или поезде плач чужих детей меня не особо нервирует. Дети же! Но полюбить? Стать матерью для кого-то из чужих детей? Не смогу.
После вынесения мне «приговора» о бесплодии, я долго была в ужасном состоянии. Меня отправляли к психологу, и даже к психиатру за антидепрессантами, но я не шла. Решила пережить всё самостоятельно и была уверена, что справлюсь. Но целый год был похож на ад, и я никому не пожелала бы пройти через это.
Потом были спокойные четыре года. И вот, мне исполнилось сорок.
- Нам нужно развестись, – серьёзно сказала я Юре, едва задув свечи на именинном торте.
Он посмотрел на меня вопросительно, но вслух ничего не спросил. Ждал, когда я сама всё объясню. Мы отмечали только вдвоём: с возрастом у меня пропала необходимость в регулярном общении с кем-то и в шумных праздниках.
- Ты можешь создать нормальную семью. У тебя могут быть дети. А у меня их не будет.
- Разве так уж нам нужны дети? – спросил Юра.
Я вздохнула, предчувствуя долгий разговор. И мы правда проговорили тогда до глубокой ночи, и подробностей я уже и не вспомню. Не было скандалов или бурного выяснения отношений по поводу и без, как это бывало ещё до свадьбы. Это был разговор двух взрослых людей.
А утром я начала собирать свои вещи. Квартира, в которой мы жили, принадлежала Юре, и я не собиралась на неё претендовать. Открыла объявления в интернете и сняла первую попавшуюся квартиру, максимально далеко расположенную от места, где мы жили вместе с Юрой.
Внутри меня буквально разрывало на части!
Позже, месяца через четыре, я вдруг поняла, что, уходя, хотела, чтобы меня вернули. Чтобы Юра вернул меня буквально насильно, сняв с меня груз ответственности, что я не могу иметь детей. Он бы этим доказал, что ему нужна я! Именно я, а не способность рожать!
Но через четыре месяца от бывшего мужа пришло сообщение, которое меня отрезвило и окончательно поставило точку в нашей с ним истории:
«Я женюсь. И скоро стану отцом!»
Он вообще не терял ни минуты! Мне в голову даже пришла мысль, что у него уже кто-то был, пока мы ещё состояли в браке, но я её отмела. Было бы нечестно так думать только потому, что он не захотел бежать за мной. За той, которая до глубокой ночи убеждала его, что хочет развестись. Приводила логичные доводы.
Да только чувства логике не поддаются! Может, не любая женщина, но очень многие хотят увидеть именно поступки! Почувствовать себя нужной и важной. Причём без слов! Чтобы мужчина сам догадался, что от него ждут!
Возможно, мне не казалось, и Юра был несчастлив со мной. Может, ему не хватало смелости признаться мне, что дети ему важны, поэтому он принял моё решение и продолжил жить. Быстро нашёл мне замену. А что? Он всегда был привлекательным молодым человеком, а с возрастом стал ещё красивее.
Я заблокировала Юру, удалила все наши переписки. Что там было за годы брака? Просьбы зайти в магазин? Договорённости по поводу ужина? Это была часть нашей с ним жизни.
Когда мы разводились, я думала, что хуже уже не будет. Как же я ошибалась!
Боль и сейчас так переполнила меня, что я почувствовала, как бегут слёзы по щекам. И совершенно неосознанно, смахнула их рукой. Смахнула и замерла.
Рука снова двигалась! Неуклюже, оставаясь ещё какой-то деревянной, но я смогла её поднять!
Слёзы остановились так же резко, как начались. Юрка – пройденный этап. Сейчас есть проблемы и посерьёзнее. Во-первых, что со мной случилось? Во-вторых, кто такой этот Глеб? И в-третьих, какой сейчас день вообще? И как много из своей жизни я вдруг забыла?
Хоть бы кто сообразил мне всё разъяснить!
Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.
Продолжение 👇